Сердце Хейла (СИ)

- Я все равно уже пригласил его на свидание, – уперто сообщил он новость дяде, который только пожал плечами: хочешь гробить свое сердце – валяй.
Они провели несколько минут в молчании, и Дерек не выдержал первым.
Спросил снова:
- Так как дела у тебя? Ты не сказал.
- Во вторник подобрал развлечение прямо у клуба, – начал рассказывать Питер. – Ты представляешь, даже заходить не пришлось. Парень топтался у входа, а через пять минут уже ехал со мной в отель.
- Ты не повез его в лофт? Почему? – немного недоуменно спросил Дерек.
- Я был в “Вавилоне”, он на другом конце города, лень было тратить время на дорогу, – объяснил Питер.
- Он оказался так хорош, да?
- Ну... – Питер задумался. – Шесть дюймов, необрезанный... Немного испуганный, немного молчаливый...
Он покусал губу, раздумывая о чем-то, будто не хотел говорить самого главного. Но потом, встряхнув головой, отогнал воспоминание и сдался:
- Девственник.
- Что? Что? – изумился Дерек. – Ты же не связываешься с маленькими невинными мальчиками? Ты мне сам говорил!
- А тут как-то пришлось... связаться, – поморщился Питер и резко оборвал разговор странной фразой: – Давай не будем об этом больше, дрогнуло же сердце, теперь возись... с малолеткой...
Дерек присвистнул.
- То есть ты хочешь сказать, что... – он хотел произнести что-то другое, то, что никогда Питеру не говорил, потому что не позволялось. Но вместо этого вырвалось легкое и ироничное, – ...хочешь сказать, что у тебя все-таки есть сердце?
- Да, именно, – подтвердил Питер, – и маленький засранец явно вознамерился его сожрать: вчера он целый день караулил меня у офиса.
- Тебе повезло, что это твой выездной и в офисе тебя не бывает, – покачал головой Дерек, удивляясь настойчивости и тупости мальчишки: бегать за Питером, что за торнадо гоняться.
- Охранник сказал ему то же – меня нет и не будет, – раздраженно ответил на это Питер, с удивлением понимая, что его совсем не допрашивают об очевидном – как юный проныра вообще узнал, где работает Хейл.
- Девственники, – снисходительным тоном только и протянул Дерек, – они такие приставучие.
- Надеюсь, мой опомнится и побежит искать любовь в свой, детский бассейн, – зло произнес Питер на это, закрываясь журналом снова. Думая – снова и снова, о том, что память на этот раз не дала ему поблажек забыть ни единого мгновения, проведенного с невинным мальчишкой.
... Тот стоял у клуба, будто боялся туда зайти. Он и визга тормозов испугался. Вздрогнул и молча уставился своими глазищами на остановившуюся рядом тойоту.
- Если собрался идти в “Вавилон”, то не советую, – вальяжно выронив руку из открытого окна, произнес Питер. – Сегодня вторник, выбирают самый толстый член и зрителей будет уйма. Затопчут, мальчик.
Мальчик поежился, испугавшись не толпы, видимо, а пресловутого толстяка. Но совершенно без страха посмотрел в голубые глаза напротив. Скользнул взглядом ниже – на губы. Завис.
Уверенные, опытные самцы такое чуют с ходу – то, как предполагаемый партнер для секса становится не предполагаемым, а реальным.
Мальчишка был готов ко всему. Питер уже не сомневался, когда приоткрывал для него дверцу пассажирского сидения и тихо, но уверенно приказывал:
- Садись в машину, прокатимся.
Мальчишка сел без разговоров. Без разговоров дал себя увезти от ярких, спасительных огней ночного клуба. Но странно замешкался на пороге, когда Питер уже закрывал за ним дверь.
- Я... – сказал еле слышным шепотом.
- Ты? – рассмеялся Питер: парень чудо как был хорош, теперь он рассмотрел его лицо в деталях, без всех этих прыгающих по нему бликов светомузыки, которая освещала улицу развлечений и была призвана зазывать в свои развратные норы толпы педиков.
- Я... – повторил испуганный юнец и уже не скрывая нарастающего ужаса, спросил абсолютно глупое: – А что мы сейчас будем делать?
- А догадайся вот, – подмигнул ему Питер, как-то совсем легко для себя приняв очевидную невинность будущего партнера.
Но раз уж хватило тому смелости прийти в известный клуб, не скрываясь, то и жалеть парня Питер не стал. Сказал, махнув рукой в сторону кровати, виднеющейся в затемненном алькове:
 
- Спальня там.
Мальчишка нырнул в темноту, но Питер не дал ему такого счастья – врубил свет на полную, рассматривая, как бестолково и невпопад раздевается, сидя на кровати, его малолетний любовник. Сжалившись, Хейл удалился в уборную, помыл руки и вышел к ожидающему его парню уже обнаженным. Полностью.
Тот замер, уставившись прямиком на член, а Питер только самодовольно улыбнулся – он знал, что член его был хорош. Даже очень.
- Нравится? – спросил прямо.
Увидел робкий кивок и последующее стягивание белых боксеров.
- Тоже неплохо, – оценивающе проговорил Хейл, засмотревшись, и провел рукой по своему нарастающему стояку.
Потом, когда лежали уже рядом, он вдыхал остро пахнущую невинность мальчишки глубокими и редкими вдохами. Она пахла. Юностью и юным потом. А когда язык Питера отсчитал восьмой позвонок на худой спине, и мальчишка зажался совершенно смешно и по-детски, чуя уже, куда движется любовник, запах его стал еще гуще.
Питер нырнул лицом в круглые половинки, нащупал кончиком языка напряженный анус. Лизнул, толкнулся, всосал как мог сильно морщинистую окружность, балдея от вкуса и запаха молодой кожи. И уже покидая нализанную промежность, понял, что означало странное хныканье мальчишки.
- Ты что, кончил? Эй...
Любовник смущенно запыхтел в подушку, которую душил уже как десять минут. Ляжки сжал, как заправская монашка.
- Да разожми ты ножки, принцесса, – рассмеялся Питер беззлобно, увидев наконец между ними, раздвинутыми по приказу, внушительное пятно спермы.
- Ты перепачкал всю простынь, детка, – довольно констатировал и даже потрогал влагу пальцем.
- Прости, – скромно извинился его скорострел.
Это было забавно. Это было весело. Весело задавать стыдные и откровенные вопросы.
- Ты девственник? – спросил Питер прямо.
- Вот еще, – фыркнула эта мелочь, только что кончившая от умелого римминга.
Но Питер его все же дожал.
- Мне можешь сказать, я же вижу! Сколько тебе лет? Шестнадцать?
- Семнадцать, – тут же обиженно прогудели в матрас.
- Тогда, конечно, ты взрослый, – пошутил Питер, – тогда у нас получится всё идеально...
- Что? Что получится? – спросило это чудо, завозившись.
- Секс, детка. Секс получится, – четко проговаривая и смакуя каждое слово, отозвался Питер. – Я трахну тебя сейчас. Я буду трахать тебя всю ночь. Вот это у нас получится идеально...
- Вообще-то, у меня это в первый раз, – дрогнувшим голосом признался семнадцатилетка, понимая по грозовому взгляду мужчины, нависшего над ним, что тот и так уже это откуда-то знает.
- Я догадался, – шепнул Питер ему и попытался оставить мальчишку на животе, уже подхватив его под бедра для лучшего обзора. Но тот со странным упрямством – я хочу видеть тебя; хочу видеть, как будешь ты меня трахать – пожелал улечься в миссионерскую позицию.
- Так будет больнее, – честно предупредил Хейл, натягивая презерватив.
- Я потерплю, – пообещал девственник, морщась от смазывающих его вход пальцев. И попросил робко: – Ты только делай это медленно, ладно?
Питер кивнул и уверенным движением закинул его ноги к себе на плечи; качнулся всем телом, чуть прикасаясь к анусу мальчишки горячим членом. Потом плавно и без раздумий вошел на половину длины, выслушал задыхающийся стон боли и погрузился в тело любовника полностью...
... – Моё свидание с ним в среду, – расслышал Питер откуда-то доносящийся голос Дерека. – Среда – это твой день. Вот я и спрашиваю...
- Прости, что?
- Ты слушаешь меня вообще? – обидчиво спросил Дерек и повторил: – Я прошу, чтобы ты уступил мне среду.
Питер кивнул, соглашаясь, и удивленно поинтересовался:
- Тебе зачем вообще лофт? Позвал бы свою любовь к себе в квартиру?