Космический замуж. Землянка для двух министров (СИ)

Я смотрю на них. На Кайрона, высокого, мощного, с насмешливой искрой в сиреневых глазах, в которых теперь при взгляде на меня плещется что-то опасное, горячее.
На Дэриана, могучего, идеального, с идеально-резкими чертами лица, которые сейчас смягчаются, пока он играет с моим котёнком, цепко посматривая на меня.
И мне так хорошо, что аж ноет внутри. Мне хочется, чтобы Кайрон снова подхватил меня на руки, закружил в этом безумном вихре. Чтобы Дэриан снова обнял и прижал к себе, дал почувствовать его несокрушимую силу.
  
Мысль такая внезапная, такая ясная и такая пугающая, что меня в жар бросает. Щёки вспыхивают. Сердце сжимается от внезапного страха перед этой новой, нарастающей волной желания.
— Мне… мне пора, — выдыхаю я, с трудом отрываясь от места. — Спокойной ночи.
И, не глядя на них, я сбегаю в свою спальню, оставляя их с нашими питомцами в гостиной, полной тишины и невысказанных слов.
  
Глава 13. Напряжение
 
Следующие три дня пролетают в странном, нарастающем ритме.
Мы работаем вместе. Действительно вместе.
Проект Биосеть захватывает нас полностью, но теперь под строгими терминами и голографическими схемами скрывается нечто иное, куда более опасное и волнующее.
Напряжение между мной и министрами растёт с каждым часом. Оно витает в воздухе, густая как патока.
Оно в долгих, задерживающихся взглядах Дэриана, когда он смотрит на меня поверх планшета.
Его глаза, обычно холодные и аналитические, теперь прожигают меня насквозь, и я чувствую, как по спине бегут мурашки, а низ живота сжимается от сладкого томления.
Оно в мимолетных, нарочито небрежных прикосновениях Кайрона. Он то поправляет прядь моих волос, мешающую ему видеть схему, и его пальцы обжигают кожу у виска.
Иногда его рука случайно ложится на мою, когда мы тянемся к одному и тому же интерфейсу, и его прикосновение, горячее и уверенное, заставляет моё сердце замирать.
Бывает, что проходя мимо меня, Кайрон наклоняется, будто чтобы что-то поднять, и его губы вскользь касаются моей шеи.
Это быстро, почти незаметно, но после этого я целый час не могу собраться с мыслями, а место прикосновения пылает, словно от ожога.
Моё тело начинает жить своей собственной, предательской жизнью. Кожа становится невероятно чуткой, и малейшее движение воздуха вызывает дрожь.
Где-то глубоко внутри всё время теплится странное, тревожное тепло, готовое вспыхнуть в любой момент.
Я ловлю себя на том, что засматриваюсь на сильные руки Дэриана, на то, как играют мышцы на его спине, когда он работает. На губы Кайрона, насмешливый изгиб которых теперь видится мне не ироничным, а обещающим нечто пугающее и восхитительное.
Пытаюсь бороться с этим. Отвожу взгляд, делаю шаг назад, стараюсь говорить строго по делу.
Но всё это бесполезно.
Они окружают меня. Их запах становится для меня навязчивым и опьяняющим.
Иногда мне кажется, что я схожу с ума.
Ведь это неправильно. Опасно. Но когда Дэриан одним своим тяжелым взглядом заставляет меня замирать на месте, а Кайрон легким прикосновением вызывает дрожь во всём теле, все доводы рассудка рассыпаются в прах.
Я засыпаю с мыслями о них. Просыпаюсь с тревожным, сладким ожиданием нового дня. И всё это время внутри меня нарастает щемящее, невыносимое предвкушение.
Что-то должно случиться. И я, к своему ужасу и восторгу, уже не знаю, чего хочу больше: чтобы это случилось как можно скорее, или чтобы это никогда не наступало.
От этой мысли становится одновременно страшно и сладко.
В один из дней я просыпаюсь от непривычной тишины.
В апартаментах пусто. Ни низкого гула голосов из кабинета, ни запаха кофе, ни следов присутствия двух могущественных мужчин, заполняющих собой всё пространство.
Здесь только равномерное дыхание Пушистика, свернувшегося у моих ног, и невозмутимый взгляд Чешира с подоконника.
Я вспоминаю обрывок вчерашнего разговора. Совещание, срочный вызов в Совет.
Пытаясь вернуть себе хоть каплю нормальности, я сажусь за терминал.
Голографические схемы Биосети мерцают перед глазами, но цифры и формулы расплываются.
Вместо алгоритмов я вижу твёрдую линию сжатых губ Дэриана, сосредоточенную складку между его бровей. Вместо логистических маршрутов — насмешливый изгиб губ Кайрона и его пальцы, ловко перебирающие проекции.
Я откидываюсь на спинку кресла, закрываю глаза. И снова чувствую фантомное тепло на коже там, где вчера меня касалась рука Кайрона.
Вспоминаю, как его бедро намеренно касалось моего, когда мы сидели на диване, и как от этого простого прикосновения по всему телу разливалась горячая волна.
И тяжёлый, изучающий взгляд Дэриана, от которого перехватывало дыхание и ноги становились ватными.
Я приказываю себе прекратить об этом думать, но тело отказывается слушаться разума.
Где-то глубоко внутри всё сжимается в сладком, мучительном предвкушении.
Я ловлю себя на том, что прислушиваюсь к малейшему звуку за дверью, надеясь услышать знакомые шаги. Эта комната, ещё вчера казавшаяся такой роскошной и наполненной, теперь ощущается пустой и безжизненной без них.
Наконец, я сдаюсь. Смахиваю все проекции и просто сижу, глядя на сияющую спираль галактики за окном.
Думаю о них. О том, что будет, когда они вернутся. И что я почувствую, когда снова увижу их взгляды, полные того самого вопроса, от которого кружится голова и учащается пульс.
Внезапно дверь бесшумно открывается. В проёме стоит Кайрон. Он сбрасывает верхнюю одежду, оставаясь в простой тёмной рубашке, облегающей мощный торс.
В его волосах лёгкая растрёпанность, а в сиреневых глазах горит знакомый огонь, но на сей раз в нём нет насмешки. Есть… сосредоточенность.
— Дэриан задерживается на совете, — сообщает он, медленно приближаясь.
Его голос тише обычного, бархатисто-низким и вкрадчивым, от чего по моей коже бегут мурашки.
— Скучаешь, Ирочка?
  
Глава 14. Неизбежность
 
Он останавливается прямо передо мной, не оставляя пространства для манёвра. Ощущаю его тепло, его запах кружит голову. Низ живота сжимается предвкушением и желанием намного большего.
— Я… я просто смотрела на звёзды, — выдыхаю я, чувствуя, как учащается пульс.
— Скучное занятие, — он проводит пальцем по моей щеке, и это прикосновение уже не мимолётное, а осознанное, изучающее. — Они неподвижны. А вот ты… ты вся дрожишь.
Я и правда дрожу. Но уже не от страха. От предвкушения, которое копилось все эти дни и теперь прорывается наружу.
— Кайрон… — начинаю я, но слова обрываются от его взгляда.
— Желанная моя, — он наклоняется так близко, что его губы почти касаются моих. — Мы с Дэрианом давали тебе время освоиться, привыкнуть к нам. Но я не намерен больше ждать.
Я ошеломлённо смотрю в его нереальные сиреневые глаза, они кажутся бездной, в которой тонут все мысли.
Он наклоняется ко мне. На его губах играет та самая хитрая, всё понимающая улыбка.
— Ты понимаешь, о чём я. Ты же чувствовала, что это неизбежно. С первого дня.
Его дыхание касается моих губ, тёплое, свежее, волнующее. Рука, лежащая на моём плече, начинает медленно, почти гипнотически двигаться, его большой палец проводит по моей ключице.
Это не просто прикосновение. Это утверждение. Вопрос, на который уже есть ответ.
Мой трепет от понимания, чего именно он от меня хочет, начинает отступать, сменяясь другим, более древним и мощным чувством.
Страх ещё витает где-то на периферии, но его вытесняет нарастающая волна тепла, исходящая от каждого касания его чутких пальцев.
  
Он не торопит. Исследует. Его рука скользит по моей спине, заставляя меня непроизвольно выгнуться навстречу. Я чувствую каждый мускул его предплечья под тонкой тканью.
— Кайрон... — снова пытаюсь я что-то сказать, но мой голос звучит хрипло и предательски слабо.
— Тихо, красавица, — он шепчет это прямо в губы, — просто почувствуй меня.