Отдам папу в хорошие руки (СИ)

— Елизавета, — он смотрит прямо мне в глаза, — говорите как есть. Я должен знать весь масштаб катастрофы.
— С прибабахом, — отвечаю честно. — Вечно у нее куча претензий ко всем и вся.
Дмитрий хмурится еще сильнее.
— Значит, сыночка-корзиночка, — произносит он сухо.
Я закатываю глаза и шепчу, не удержавшись:
— Чуть ли не в попку зацелованный.
Пару секунд он смотрит на меня так, будто решает: смеяться или продолжать хмуриться. Но уголок его губ все же дергается.
  
— Так что готовьтесь, Дмитрий Анатольевич, — добавляю я с нажимом. — Родители захотят разобраться.
  
ГЛАВА 7.
 
Лиза 
Я только открываю рот, чтобы сказать, что связываться с семьей Поляковых себе дороже, как со стороны ворот слышится характерный топот каблуков и звонкий голос:
— Где мой мальчик?!
О, нет. Только не сейчас.
Во двор детского сада влетает мама Артура Полякова. Вся в белом: брюки, блузка, сумочка, только нимба не хватает. Сразу замечаю, что настроение у нее боевое, лицо перекошено, глаза сверкают.
— Артурчик! — она бросается к своему сыну, тот, кстати, уже перестал реветь и с интересом ковыряется в песке. Но женщина хватает его за руку и демонстративно поднимает ее, будто трофей. — Кто посмел обидеть моего ребенка?!
Я краем глаза смотрю на Дмитрия, он чуть напрягает плечи.
— Елизавета Олеговна, присмотрите за Варей.
И, не дождавшись моей реакции, он уверенно идет в сторону Поляковой.
— Здравствуйте, я отец Варвары Юшковой, девочки, которая укусила вашего сына. Вижу, что он в порядке.
— В порядке?! — она чуть не захлебывается возмущением. — Вы посмотрите! Его укусили! Это же дикость, это... это уголовщина!
Варя вздрагивает рядом со мной, я сразу беру ее за руку и прижимаю к себе. Дмитрий бросает быстрый взгляд в нашу сторону. Я увожу Варю к дальней качели, но со слухом у меня все в порядке.
— Никто не спорит, что поступок неправильный, — продолжает Дмитрий тем же сдержанным тоном. — Но, может, вы поинтересуетесь, что стало причиной?
— Причиной?! — Полякова повышает голос, ну и неприятная же эта мамаша. — А какая может быть причина, чтобы кусать моего сына?!
— Например, то, что ваш сын бросался песком и ударил девочку лопаткой по голове, — спокойно сообщает Дмитрий.
— Вранье! — выпаливает Полякова. — Мой мальчик никогда такого не сделал бы!
Я закатываю глаза. Ну конечно, сыночка-корзиночка, чуть ли не святой младенец. Варя качает своего пупсика по имени Дима на качели, ей не до взрослых разборок.
— Я слышал от родителей детей, что именно так и было.
Полякова уже готова взорваться. Лицо краснеет, губы поджаты.
— Вы хотите обвинить моего сына?! — почти кричит она. — Да вы знаете, кто его отец?!
— Знаю, — спокойно отвечает Дмитрий. — Но давайте оставим статусы в стороне. Мы обсуждаем конфликт между детьми.
Я едва не аплодирую ему. Вот так надо разговаривать с такими дамочками: без хамства, но твердо, каждое слово как гвоздь вбивает.
— Я буду жаловаться заведующей! — визжит Полякова, уже таща своего Артура к выходу. — Пусть разбираются, куда смотрят ваши воспитатели, и каких детей сюда водят!
— Разбирайтесь, — коротко кивает Дмитрий. — Только не забудьте упомянуть, с чего началась ссора.
Она разворачивается и уносится вихрем, оставляя после себя запах дорогих духов и атмосферу скандала.
Я выдыхаю и украдкой смотрю на Дмитрия. Он разворачивается и идет к нам, ни одни мускул на его лице не дергается.
Да, вот бы мне иметь такой иммунитет против людей.
— Спасибо, — тихо говорит он мне, подходя ближе. — За то, что отвели Варю в сторону.
— Всегда пожалуйста.
Мне становится очень приятно быть его союзником в этой войне.
— До сидания! — Варя машет мне своей маленькой ладошкой, а другой она крепко держится за папину руку.
— До свидания, — я улыбаюсь и машу ей в ответ.
Вот бы и мне так легко отпускать проблемы.
Всех моих детей забирают, я спешу в здание садика. По пути в кармане брюк начинает вибрировать телефон. На экране высвечивается «Мама».
Блин, совсем забыла.
— Мам, привет, — стараюсь говорить бодро.
— Доченька, а ты где? — в ее голосе слышу тревогу.
— Я еще на работе.
— Как на работе?! — возмущается мама. — Ты что, забыла про ужин?
Вот он, момент истины.
— Нет, мам, я не забыла, — нервно массирую висок. — Скоро буду.
В голове сразу вспыхивает картинка: длинный стол, во главе – папа с серьезным лицом, сестра с ребенком, ее ехидные шуточки про то, что я «все еще без кольца», и неугомонная мамина энергия. А я после рабочего дня с тридцатью четырехлетками должна выдержать еще ужин с семьей.
Господи, дай мне сил.
Я лечу по тротуару, ноги сами знают маршрут, еще три квартала, поворот и появится многоэтажка родителей.
И тут мимо меня пролетает машина. Согретая солнцем вода из лужи окатывает меня, на рубашке мгновенно разрастаются пятна, брюки все в грязных брызгах.
— Да чтоб тебя! — вырывается из меня.
Осматриваю себя, не веря собственному «счастью»: это что за редиска так мастерски целится в пешеходов?
Машина резко тормозит, загораются стопы, водитель сдает назад. Сердце замирает в груди, сейчас кто-то выйдет и устроит мне разнос.
Но как только автомобиль останавливается рядом, у меня чуть челюсть на асфальт не падает.
В салоне сидит семейство Юшковых. Дмитрий – за рулем, а Варя восседает в детском кресле рядом с папой.
— Да вы издеваетесь? — шиплю я.
Дмитрий опускает окно и осматривает меня с головы до ног.
— Извините, я не думал, что лужа окажется такой глубокой.
Я хочу выть от того, как все ужасно складывается в этот сумбурный вечер. Хоть плачь, хоть смейся.
— Вы могли бы не останавливаться и ехать дальше! — я пытаюсь осторожно стряхнуть с блузки грязь.
— Не мог. Давайте мы вас подвезем.
  
ГЛАВА 8.
 
Лиза 
— Не мог. Давайте мы вас подвезем.
— Нет, спасибо. Мне тут недалеко, сама дойду.
Дмитрий чуть хмурится, но не спорит, только прищуривается.
— Вы ведь живете в другом районе.
— Да, — коротко киваю я. — Но сегодня я иду в гости.
В своем кресле оживляется Варя.
— В гости? — глаза у нее становятся круглыми, она тянется ручкой к папиной руке. — Папуя, я тозе хотю в гости!
Я невольно улыбаюсь. Ну конечно. Какая девочка не хочет «в гости», особенно если там, по ее представлениям, горы печенья и плюшевые единороги?!
— К кому? — спокойно спрашивает Дмитрий, переводя взгляд на меня.
— А это, Дмитрий Анатольевич, не ваше дело.
Это что еще за допрос?
— До свидания, — добавляю я, стараясь сохранить хотя бы остатки достоинства, и разворачиваюсь, чувствуя, как блузка липнет к животу.
Иду по тротуару быстрым шагом, а за спиной слышится низкий рокот мотора. Машина плавно обходит меня, не обдавая новой волной брызг. Видимо, у Дмитрия все же есть чувство такта.
Я только собираюсь облегченно выдохнуть, как вижу, что черный седан поворачивает именно в сторону дома моих родителей. Что ж, там стоит целый ряд многоэтажек, не факт, что семейство Юшковых живет рядом с моими.
Вхожу в квартиру родителей, сразу ощущаю ароматный запах запеченного мяса, духов Ксюхи и тот самый уют, который невозможно спутать ни с чем.
Разуваюсь и машинально ставлю свои туфли на обувницу. Взгляд падает на две пары чужой обуви у стены.
Женская – туфли на низком квадратном каблуке, с заломами на сгибах, явно не мамины. И мужские… грязные. Причем не просто пыльные, а прям с ошметками земли, будто владелец лично месил ногами болото.
  
Я невольно морщусь. Асфальт же сухой, где можно было найти столько грязи?
Теперь мама будет ворчать, что у нее прихожая «вся в песке».
— Лиза! — из комнаты доносится знакомый голос.
Через пару секунд появляется Ксюша, моя младшая сестра, вечный ураган в человеческом обличье.