Отдам папу в хорошие руки (СИ)

  
ГЛАВА 18.
 
Лиза 
Варя уже спит, а крошечные пальчики по инерции крутят прядь моих волос. Я сижу на краю кровати, поддерживаю малышку одной рукой, второй медленно глажу по спинке.
Дмитрий не спеша подходит и присаживается передо мной на корточки, смотрит на Варю. И в его взгляде столько любви и нежности, что у меня перехватывает дыхание.
  
Я видела много пап, но Юшков смотрит на дочь, как на чудо.
— Елизавета Олеговна, — шепчет он, чтобы не разбудить малышку, — вы наша спасительница.
Я смущенно улыбаюсь.
— Да ну, какая я спасительница? — выдыхаю я и встречаюсь с его темным взглядом.
Между нами всего несколько сантиметров, и вдруг я осознаю, насколько мы близко.
— Кажется, что Варю уже можно положить на кровать, — шепчу я и ловлю его взгляд на своих губах.
Меня бросает в жар.
— Давайте я помогу, — шепчет он, протягивая руки к дочке.
Дмитрий подается ближе, и наши руки встречаются. Это ведь простое касание, но такое горячее и ощутимое, что у меня по телу пробегает дрожь.
Длинные мужские пальцы чуть задевают мою ладонь, скользят по запястью. Он легко и уверенно забирает Варю к себе. А я на секунду теряю равновесие, и его плечо почти касается моего.
Встаю и делаю шаг назад, освобождая место. И еще мне нужно срочно отойти, пока дыхание не выдает, что я слишком взволнованна. Юшков бережно укладывает дочь в кровать, поправляет простынку, наклоняется, чтобы поцеловать ее в макушку.
Мы бесшумно выходим из комнаты. Я выдыхаю, будто только сейчас позволяю себе снова дышать.
Дмитрий идет следом, и мы останавливаемся в прихожей.
— Спасибо, — тихо произносит он. — Я даже не знаю, как бы справился без вас.
— Главное, что Варя успокоилась и уснула. Вы только не забывайте про таблетки и про мазь.
Он кивает, а я подхожу к своим стареньким кедам.
— Уже поздно, мне надо домой. Такси я вызову сама.
— Подождите, — Дмитрий чуть подается вперед, перехватывает мою руку, которая уже тянется к обуви. — Лиза, а если Варя проснется и снова заплачет?
Я застываю.
Он сказал «Лиза»?! Без отчества и без формальностей.
— Дмитрий Анатольевич…
— Елизавета, — он перебивает мягко, — после того, как мы пережили «тот случай» у вас в квартире, может, перейдем на «ты»?
Я смотрю на него и не знаю, смеяться или смущаться.
Юшков стоит рядом такой высокий, в домашней футболке, босиком, глаза усталые, но смотрит он серьезно и без тени флирта.
— Хорошо, — выдыхаю я. — Пожалуй, да, давай на «ты».
— Лиза, прошу, останься, — его пальцы сжимают мое запястье. — У Вари в комнате раскладывается диван. Если надо, я дам тебе свою футболку и шорты, чтобы переодеться.
— Что? — я даже не сразу понимаю смысл его слов. — Нет, Дмитрий, я так не могу. Это неправильно.
— Почему? — он делает шаг ближе. — Я уйду в свою спальню, не потревожу тебя, если моя помощь с Варей не понадобится. Вся квартира в твоем распоряжении.
Я опускаю глаза. Все вроде бы логично, даже заботливо, но есть огромное «но».
— Я не уверена, что это хорошая идея, — говорю я тихо.
Он не отступает.
— Лиза, прошу.
Я поднимаю взгляд, и встречаюсь с его глазами.
Если я останусь, то переступлю границу. Ту, где заканчивается воспитательница Вари и начинается женщина, которая слишком ясно чувствует, как бьется сердце рядом с этим мужчиной.
— Ладно, — выдыхаю я, сдаюсь самой себе. — Но только прошу вас… тебя никому об этом не рассказывать.
Он отпускает мою руку и едва заметно кивает.
— Подожди, я сейчас.
Дмитрий скрывается за соседней дверью, а я тихо и медленно выдыхаю.
Лиза, что ты делаешь? Совсем с ума сошла.
Юшков быстро возвращается, протягивает мне свежее полотенце и стопку своих вещей.
— Спасибо, но мне хватит полотенца.
— Ванная прямо по коридору.
Я без промедления шагаю туда. Захожу, сразу же закрываю за собой дверь. В зеркале отражается усталое лицо, чуть взъерошенные волосы, покрасневшие глаза.
Я открываю кран, умываюсь прохладной водой, прижимаю полотенце к лицу.
Становится немного легче, но все равно как-то странно, мне жутко неловко оставаться ночевать в квартире Юшкова.
Когда я осторожно выхожу в коридор, в квартире стоит тишина. Дмитрия нигде нет. На носочках я быстро иду к спальне Вари и осторожно заглядываю.
Диван у стены уже разложен и аккуратно застелен свежим постельным бельем. Наволочки пахнут стиральным порошком.
Я сажусь на край дивана, провожу рукой по прохладной ткани.
Странное ощущение оставаться на ночь у незнакомого мужчины.
Нет, все же зря я согласилась на эту авантюру. Но спокойно спящая Варя сглаживает мое волнение.
В конце концов, я убираю одну сторону простыни, чтобы не мять все целиком, ложусь прямо в одежде и замираю, глядя в сторону кроватки.
Я слушаю ее размеренное дыхание, и невольно улыбаюсь. Маленький ураган наконец-то стих.
Тепло от пледа и слабое мерцание ночника убаюкивают. Веки тяжелеют, мысли путаются.
И вдруг я слышу тихие шаги. Шлеп-шлеп по полу.
Я открываю глаза, и вижу, как Варя, пошатываясь, идет ко мне.
— Мамуя, — шепчет она сипло, — я хотю к тебе.
Малышка сразу залезает ко мне, устраивается рядом, я ее обнимаю.
— Засыпай, Варюш, все хорошо, — шепчу я, укрывая ее простынкой.
Трогаю лоб, температуры нет.
— А папую к нам позовем? — сонно спрашивает Варя.
  
ГЛАВА 19.
 
Дима 
В шесть утра я осторожно заглядываю в комнату Вари. Лиза спит на самом краю дивана, а Варя устроилась у нее под боком, маленькая ручка перекинута через Лизу.
Девчонки спят так сладко, что мне не хочется даже дышать, чтобы не потревожить их хрупкий мир.
Стою, как вкопанный, и смотрю на Варварёнка. Папа для нее все же не мама. Я стараюсь справиться со всем, но вот с этим теплым чувством, которое малышка ждет от мамы, нет. И ты хоть лбом стену пробей, а дочери нужна мама.
Сейчас Лиза рядом, как будто сама судьба подсунула мне правильное решение. Надолго ли?
Я тихо прикрываю дверь и иду на кухню. Включаю плиту, наливаю молоко в кастрюлю, собираюсь варить кашу. Слышу щелчок выключателя в коридоре, а затем звук дверного замка.
Итак, вопрос этого утра: овсянка или манка?
— Доброе утро, — слышится сбоку, и я поворачиваюсь.
Лиза стоит на пороге, она мнется на месте, стесняется. Даже не представляю чего ей стоило согласиться остаться здесь на ночь.
— Доброе утро, — отвечаю я. — Удалось поспать?
— Да, — она тихо кивает. — Варя еще спит.
И тут Лиза быстрым шагом направляется к плите.
— Оно сейчас сбежит!
Я успеваю прикрутить газ, молоко еле успевает закипеть. Лиза смотрит на меня с видом всезнающего специалиста:
— Чтобы молоко не сбегало, можно поставить деревянную лопатку в кастрюлю.
— Серьезно? — я поднимаю бровь, пытаюсь скрыть улыбку.
— Да, небольшой лайфхак, — гордо сообщает она.
Я качаю головой, смеюсь тихо про себя. Воспитательница Лиза и ее маленькие хитрости.
— Я могу помочь.
— Раз уж ты такая опытная, то тебе и варить кашу, — вручаю ей ложку. — А я сделаю нам кофе.
— А где взять сахар? — слышу за спиной голос Лизы.
Я подхожу к ней сзади. Лиза как раз стоит напротив нужного навесного шкафчика, следит за молоком. Тяну руку к дверце и сразу чувствую легкий запах духов. Тесно, волнительно, все тело быстро реагирует на нее. Я аккуратно открываю дверцу.
— Сахар я убрал на верхнюю полку, — тихо говорю прямо ей в макушку. — А то маленькая сладкоежка втихаря подъедает сахар.
Лиза тихо смеется, а потом неожиданно поворачивается ко мне. Оказывается, у нее красивые голубые глаза. Такие яркие и в зрачках видны прожилки.
  
На секунду хочется просто коснуться ее щеки, провести пальцем по выбившейся пряди. А потом наклониться и поцеловать пухлые губы, почувствовать тепло ее дыхания.