Королевство руин (ЛП)

Я хмурюсь от его мягкого тона, но все равно качаю головой. — Нет.
— Пожалуйста, — ворчит он, оставляя меня в еще большем замешательстве. Не думала, что слово «пожалуйста» присутствует в его лексиконе. Так что же заставило его сказать это сейчас?
— Здесь стоит защита Броуди, — бормочу я, указывая за спину, как будто ее видно, и он пожимает плечами.
— Я в курсе, но, если ты возьмешь меня за руку, меня пропустит. — Он протягивает руку ладонью вверх и смотрит на меня. Я не знаю, что, черт возьми, происходит, но часть меня хочет сделать именно это, но другая, защитная часть, приказывает мне снова покачать головой.
  
— Нет.
Его глаза закрываются, и он вздыхает, а я замечаю легкая сжатие его челюсти. Что бы его ни беспокоило, это действительно важно, потому что Кассиан, с которым я знакома, хотя это и довольно короткое знакомство, на самом деле, не стал бы продолжать пытаться вот так держать себя в руках. Он моргает, его веки открываются, и он медленно выдыхает. — Мне нужно поговорить с тобой, и я был бы признателен за уединение.
— Зачем? — Настаиваю я. Он должен мне что-то сказать. Вместо этого он приподнимает бровь.
— Сейчас, конфиденциальность очень важна. В противном случае, я бы обсудил это с тобой за завтраком. — Мои губы изгибаются от неуверенности, пока я смотрю на него, вызывая еще один вздох и проклятие. — Черт. Если Броуди установил защиту, он не шутит. Как только ты больше не захочешь, чтобы я здесь находился, защита узнает и вышвырнет меня.
Верю ли я этому? Я не знаю, но я знаю, как она вышвырнула Крилла вчера из комнаты. Что бы он ни хотел сказать, он, кажется, твердо решил, что я должна это услышать. Прежде чем я передумаю, я вкладываю свою ладонь в его. Его пальцы обвиваются вокруг моих, и мгновение спустя он заходит внутрь.
Я сглатываю, неуверенная в присутствии кого-то еще в моем пространстве. Особенно его. Стены кажутся ближе, а потолок ниже. От одного его присутствия все сжимается вокруг меня, и я чувствую, что не могу дышать.
Он пинком захлопывает дверь, не оглядываясь, только усиливая чувства, бурлящие внутри меня. Здесь жарко? Внезапно становится чертовски жарко. Может, мне открыть окно?
Эта мысль быстро гаснет в моей голове после вчерашнего вторжения Крилла. Эта чертово окно останется закрытым в обозримом будущем. Его рука удерживает мою в своей хватке, пока его взгляд обводит мою комнату.
Мне не нравится, что он лезет в мою внутреннюю обстановку- или в ее отсутствие, если честно. — О чем ты хотел поговорить, Кассиан? Мы опаздываем на занятия, а мне сначала нужно поесть. — Я пытаюсь выдернуть руку и сделать шаг назад, но его хватка только усиливается.
— Вчера вечером я встречался со своим отцом.
— Я в курсе. — Я буквально была там, когда его вызвали. Это не новость или известие, требующее входа в мою комнату.
— Он мудак, — заявляет он, и я ухмыляюсь.
— Я предполагаю, что именно от него ты этого и набрался.
Его глаза прищуриваются, когда я одариваю его невинной улыбкой в ответ. Он видит меня насквозь, как обычно.
— В субботу он устраивает вечеринку при луне, — объясняет он, и на его челюсти снова появляется нервный тик.
— Рада за него.
— Он хочет, чтобы я был там.
— Рада за тебя.
— С тобой.
— Черт возьми, нет, — выпаливаю я, откидывая голову назад и хмуро глядя на него, не в силах высвободить свою руку, несмотря на все мои усилия.
Он вздыхает, на долю секунды опуская глаза в пол, прежде чем снова встречается со мной взглядом.
— Я понимаю, что ты хочешь сказать, но…
— Нет никаких «но», — перебиваю я, пытаясь снова вырвать свою руку, но костяшки его пальцев белеют от того, как он цепляется за меня.
— Есть, — возражает он, его голос близок к рычанию.
— Кассиан, — начинаю я, делая глубокий вдох, но он меня не слышит.
— Адди, — отвечает он, его глаза расширяются от мольбы, которую я на самом деле не понимаю.
Здесь происходит еще что-то, чего я, очевидно, не знаю. Что я упускаю? — Зачем?
— Потому что он мудак, помнишь?
Я качаю головой. Может, он и мудак, но для меня этого объяснения недостаточно. — Нет, говори, как есть, Кассиан. У меня нет желания встречаться с твоим отцом. Почему это не работает в обе стороны? Может быть, сказать этому мудаку, что я фейри. Это отпугнет его.
— Я думаю, что он хочет встретиться с тобой, именно потому что ты фейри, — признается он, его голос едва громче шепота, и моя грудь сжимается. — Я сам сказал ему «нет» и неоднократно бросал ему вызов, пока разговор не стал… менее чем дружеским. И, честно говоря, я не хочу выяснять, блефовал он или нет, потому что я никогда не видел, чтобы он делал это раньше, поэтому не могу представить, чтобы он начал сейчас. Возможно, это было завуалировано, Адди, но даже к завуалированным его угрозам нельзя относиться легкомысленно.
Мой пульс учащается с каждым произносимым им словом. Он относится к этому серьезно. Я чувствую это нутром.
— Угроза касается тебя или меня? — Выдыхаю я, мое подсознание уже знает ответ, но я хочу услышать его лично.
— Обоих, — признается он, а его большой палец поглаживает тыльную сторону моей ладони, как будто он не держит ее мертвой хваткой.
— Что ему могло понадобиться от меня? — Спрашиваю я, нахмурившись. Я не могу взять в толк.
— Я не знаю, — отвечает он, но я могу сказать, что он постоянно обдумывал это с тех пор, как они расстались. — Но я бы предпочел выяснить это в более контролируемой обстановке, чем ожидать от него чего-то непредсказуемого, из-за того, что он с самого начала не добился своего. — Его глаза темнеют, как будто он вспоминает, что уже происходило нечто подобное, и от этого у меня по спине пробегает дрожь неуверенности.
— Он причинил бы мне боль. — Слова срываются с моих губ прежде, чем я успеваю их остановить, потому что мой разум требует разъяснений по поводу еще одной опасности, с которой я внезапно столкнулась.
— Определенно. — Он ни капли не сбивается с ритма и не приукрашивает этого. Думаю, я должна быть благодарна за это.
Облизывая пересохшие губы, я делаю глубокий вдох и вспоминаю все, что он сказал до этого момента. Один факт тяжелым грузом ложится у меня в животе, когда я снова поднимаю на него взгляд: — Вечеринка при луне; означает ли это…
— Да, в новолуние.
Черт.
Это та возможность, которой я хочу, или вызов, которого я внезапно боюсь больше всего?
Черт.
Я не могу даже думать об этом. Эмоции и переживания только причинят мне еще больше вреда. Я знаю это.
— Он припас для меня еще одну дуэль, — бормочу я, и уголок его рта приподнимается.
— Ты умнее, чем кажешься.
— Пошел ты, — ворчу я, ударяя его в грудь свободной рукой, но он даже не вздрагивает. Вместо этого он прижимает мою ладонь к своей груди своей собственной. Его взгляд смягчается, когда он подходит ближе и смотрит на меня сверху вниз.
— Я тоже так думаю, но я не позволю этому случиться. — Это похоже на обещание, которое я не уверена, что он сдержит.
— Почему бы и нет? Это облегчило бы жизни нам обоим, — выдыхаю я, напоминая себе так же сильно, как и ему, что я, фейри, и не должна претендовать на него.
— Кто сказал? — хрипло спрашивает он, и я чувствую легкий толчок в биении его сердца под своей ладонью.
— Я так сказала.
— И ты серьезно в это веришь? — настаивает он, сокращая то ничтожное расстояние, которое оставалось между нами. Его рука отпускает мою у себя на груди, чтобы обхватить мою щеку, заполняя мое личное пространство, пока мой рот открывается и закрывается, но ничего не выходит. — Потому что я думаю, что тебе это нравится так же сильно, как и мне.
  
— Я не знаю, — запинаюсь я, качая головой, но слова застревают между нами.
— Если бы это было правдой, я бы не стоял здесь. Я бы стоял за пределами защиты. — Ублюдок. Он прав, и это бесит. Даже когда я мысленно кричу ему убираться, магия не реагирует, потому что это не мои настоящие мысли. — Пойти со мной — это больше для тебя, чем для меня, — добавляет он, проводя большим пальцем по моей нижней губе, отчего у меня перехватывает дыхание.