Королевство руин (ЛП)

Моего отца боятся все, и, похоже, эта паника проникла и в академию. Когда я был маленьким, он пугал меня, но, когда я стал старше, мудрее, я понял, что многое из его дерьма — это дым в глаза. Он также научил меня никого не бояться. Вероятно, он не хотел включать себя в это уравнение, но вот мы здесь.
Дверь кабинета профессора со скрипом открывается, когда он толкает ее рукой, но он отходит в сторону, так что мой отец видит только меня, стоящего на пороге. Неудачник. Войдя в комнату, я замечаю маленькую лампу, являющуюся единственным источником света, поэтому мой отец выглядит еще более устрашающим сейчас, когда солнце село.
  
Он откидывается на высокую спинку кожаного кресла Уитлока, положив лодыжку на колено и переплетя пальцы вместе, одаривая меня скорее насмешкой, чем улыбкой. Его каштановые волосы длинные и непослушные, закрывают половину лица, но пронзительные голубые глаза выделяются даже при слабом освещении.
Дверь со щелчком закрывается за мной, когда я прохожу дальше в комнату. Отец указывает на стул по другую сторону стола, и я со вздохом сажусь на него.
— Ты избегал меня, — ворчит он, усаживаясь так, чтобы обе его ноги были на полу, и опирается локтями на стол.
— Но до тебя так и не дошло, — парирую я, и его неудачная попытка улыбнуться полностью исчезает.
— Следи за своим тоном, — предупреждает он, и в его словах проскальзывает волчья хрипотца.
— Чего ты хочешь, отец? — спросил я.
— Альфа, — рявкает он, ударяя кулаками по столу в приступе ярости, и я качаю головой.
— Ты не мой альфа. — Я сохраняю свой голос ровным, а любой намек на эмоции — запертым.
— Твой, пока я не скажу обратное. — Такой была его реакция с тех пор, как я разорвал связи. Ему не понравилось мое заявление, и ему не понравилось, что я оставил его стаю — или его контроль, — что, по его словам, вынудило его изгнать меня. Изгнание — одинокое место для волка, но вокруг меня все еще много людей, так что я не возражаю против этого так сильно, как мог бы.
Ему не нравится, что я наслаждаюсь его наказанием, поэтому он возвращается к воображаемому контролю, который, как он все еще верит, у него есть. Из-за того, что другие люди боятся его, он действительно думает, что он у него есть.
Сделав глубокий вдох, я откидываюсь на спинку стула, но я далеко не расслаблен. Сейчас я более бдителен, чем в закусочной в пятницу. Может, я и не боюсь его, но это не значит, что я не должен предугадывать его шаги.
— Если ты здесь, чтобы показать свою власть, я вынужден буду это прекратить, — заявляю я, и он качает головой, излучая разочарование.
— Покинуть стаю — это одно, Кассиан, но позволить другому истоку победить в дуэли за тебя — это совершенно другое.
Ах, значит, новости дошли до него. Хорошо. Я знал, что это выведет его из себя. Не то чтобы я сделал это намеренно, но это просто еще одно напоминание ему о том, что он больше не контролирует меня. Он может быть раздражен, что это кто-то другого происхождения, но бьюсь об заклад, он еще больше разозлен тем, что она победила девушку, с которой он меня обручил. Самая сильная бета для меня, по крайней мере, так он сказал, была побеждена фейри. Я думаю, это фантастика; он, однако, явно — нет.
Он хочет, чтобы я высказал ему свое мнение. Он хочет проникнуть мне под кожу. Он хочет вызвать у меня любые эмоции, но я отказываюсь.
— Это не твое дело, — выдыхаю я, напоминая ему, что он не мой альфа, но не произнося снова этих слов, потому что знаю, что это заставит его наброситься на меня с поднятыми кулаками.
— Это мое дело, когда это плохо отражается на мне, — рычит он, и мои глаза сужаются.
— Разве? Я не член твоей стаи, и ты публично изгнал меня. Во всяком случае, это отражение того, насколько я ужасен, и доказательство того, что ты правильно поступил, изгнав меня. Это работает в твою пользу, если уж на то пошло, — бормочу я, наблюдая, как его руки сжимаются в кулаки на столе.
Он поджимает губы, сверля меня глазами. — Я хочу с ней познакомиться.
— Нет. — Мой ответ приходит мгновенно, но он не воспринимает его всерьез.
— Это не вопрос.
— Ответ по-прежнему отрицательный, — настаиваю я, отказываясь уступать мужчине, который всегда был слишком эгоистичен, чтобы быть настоящим альфой.
— Я встречусь с ней, Кассиан. В субботу я устраиваю вечеринку при луне. Ты придешь и приведешь ее, — приказывает он, все еще не понимая смысла того, что я ему сказал. Выпрямившись в кресле, я наклоняюсь немного ближе к столу.
— Я сказал…
— Если ты этого не сделаешь, — перебивает он, проецируя свой голос так громко, что стол между нами дребезжит. — Я встречусь с ней в гораздо менее дружеской обстановке, когда тебя не будет поблизости.
Черт.
Обещание в его глазах несомненно. Я вижу его насквозь. У него уже есть в голове план действий на случай, если я не возьму ее с собой на вечеринку при луне, и мое чутье подсказывает мне, что ничего хорошего из этого не выйдет. Перед дуэлью — черт возьми, да даже сразу после дуэли — если бы он бросил эту угрозу в мой адрес, я бы согласился, не сказав ни слова. Невозмутимый, безразличный и счастливый избавиться от девушки-фейри, которая ничего не сделала, кроме как оставила после себя хаос.
Однако сейчас я не могу сказать, что я такой же бесстрастный, как раньше.
Я не могу позволить ему прикоснуться к ней. Мой волк этого не допустит.
— Это угроза, отец? — Спрашиваю я, отказываясь признавать, что достаточно забочусь о ней, чтобы выполнить его требование.
Усмешка расползается по его лицу, когда он откидывает волосы назад. Он встает, перегибаясь через стол в попытке доминировать. — Брось мне вызов и узнаешь.
СОРОКОДИН
АДДИ
О
детая с ног до головы в черное, в своем сером плаще, наброшенном на плечи, я готова провести еще один день в раю. Я подумываю о том, чтобы засунуть кинжалы в карманы своих боевых штанов, но в последнюю минуту отказываюсь от этого.
Ночью меня почему-то мучили кошмары, и, похоже, они просочились в мое утро, оставив меня на взводе, несмотря на то что я ничего не помню о тех ужасах, которые закрались в мои сны. Я должна помнить, что это всего лишь сны, а не моя реальность, как бы сильно они меня ни нервировали.
Пробегаюсь пальцами по косам, закрепляющим мои волосы на голове, я убеждаюсь, что сегодня у Вэлли не будет возможности добраться до них своими цепкими ручонками.
После того, как Кассиана увели прошлым вечером, я пробормотала какое-то нелепое оправдание, схватила свой бургер и умчалась оттуда. К черту боевые группы. К счастью, я добралась до своей комнаты без дальнейших происшествий. Что еще лучше, Флора поймала меня на обратном пути и мы посмотрели мой новый любимый сериал. «Офис» — это дар от кого-то свыше, кто хочет пролить немного света в мою жизнь, и я этому рада.
Чему я не рада, так это тому, что заснула в процессе. В комнате Флоры. У меня снова скручивает живот от этой мысли, точно так же, как это было, когда я проснулась посреди ночи, испуганная и дезориентированная своим первым кошмаром.
Она рушит мои стены, кирпич за кирпичом, и, кажется, я беспомощна перед этим фактом. Я улизнула, не потревожив ее, и, хотя я чувствую себя не в своей тарелке из-за кошмаров и сна в чужом пространстве, я больше беспокоюсь о том, чтобы попытаться выяснить, что произошло в сериале, когда я вырубилась.
Стук в дверь отрывает меня от моих мыслей. Взглянув на часы, я замечаю, что сейчас немного рановато, но Флора, вероятно, хочет убедиться, что я не исчезла совсем.
  
Я распахиваю дверь своей спальни без дальнейших раздумий, застывая на месте, когда обнаруживаю Кассиана по другую сторону порога. Мое сердце колотится в груди, прежде чем я успеваю его успокоить, и я прочищаю горло, давая себе шанс вести себя невозмутимо, прежде чем заговорить.
— Что ты здесь делаешь?
Его зеленые глаза встречаются с моими, подчеркнутые его изумрудным плащом. — Я могу войти?