Руины из роз

– На четыре года больше, чем ему, и я была единственной надеждой бабули. И все равно не смогла ее спасти. У Дэша нет причин рисковать собой.
– Я знаю, – тихо согласился брат. – Нам действительно нужно поговорить с ним.
– Что ж, – выдохнула я, – теперь все ясно. И у нас достаточно листьев, чтобы продержаться до весны. У нас все хорошо.
* * *
Вскоре после этого я шагала по залитой солнцем дорожке к расположенному на площади маленькому деревенскому рынку. В основном там продавали продукты и безделушки, кое-какую мебель, парочку изделий из кожи и иногда – шкуры. У меня остались воспоминания из детства о том, что раньше у нас было больше разнообразия товаров. На наш рынок приходили бродячие торговцы со своими поделками и редкими товарами, а жители деревни создавали более изысканные произведения искусства и ремесла, чтобы продавать их приезжим. Раньше я любила бродить по разным лавкам, разглядывая красивые изделия из стекла, забавные узоры на вышивке, картины и скульптуры. Время от времени я помогала маме продавать шкуры, которые мы дубили с отцом, или выращенные мной цветы. Я здоровалась с приезжими торговцами и смотрела, как они зазывают покупателей.
  
Но наше королевство будто перестало существовать для всего остального волшебного мира. Никто не смог бы прийти сюда, даже если бы захотел. Хуже того, никто не мог отсюда уйти. Многие пытались это сделать за прошедшие годы. По крайней мере, мне так рассказывали. Я была слишком мала, чтобы наблюдать все это воочию.
Некоторые пытались бежать через общественные леса, расположенные к востоку и югу от деревни. Фактически эти земли принадлежали королевской семье, но их отдали под нужды деревни. В итоге проклятие не охватило их так сильно, как Запретный Лес, и там не рос эверласс.
Как бы то ни было, группа деревенских жителей намеревалась уйти этим путем. Насколько я поняла, они прошли какое-то расстояние, но не смогли двинуться дальше. Перед ними будто возникла невидимая стена, которая обжигала тех, кто пытался протиснуться через нее, и убивала тех, кто продолжал терпеть боль и упрямо пробивался вперед.
После этого выжившие – отчаявшиеся, разъяренные и напуганные – отправились в замок. Вооружившись вилами и луками, копьями и факелами, они намеревались потребовать свободы.
Ни один из них не вернулся.
В тот же вечер король демонов появился на деревенской площади. Он объявил, что любой, кто войдет в Запретный Лес, будет наказан. Тех, кто попробует что-либо украсть, повесят. Совсем как в старые добрые времена.
Король демонов остался верен своему слову, по крайней мере, так говорили люди. Мы так и не выяснили, были ли люди наказаны, повешены или съедены Чудовищем или каким-то другим хищным созданием, но в те первые дни любой, кто отваживался войти в Лес, больше не возвращался.
Мы, оборотни, утратившие способность менять облик, оказались пойманными в ловушку в этом забытом всеми богами месте. Мы не могли даже почувствовать своих внутренних зверей. Мы практически утратили все магические способности.
Таким, как я, было легче, потому что я так и не успела узнать своего внутреннего зверя и мало что помнила из прежних времен. Мне не довелось испытать первобытную силу, мощь и получить дополнительные способности, которые приходят с превращением. Обычно старшие и опытные наставники помогали молодому оборотню совершить превращение в первое полнолуние после наступления шестнадцатилетия, но проклятие лишило нас этого задолго до моего совершеннолетия. Я не знала того, что потеряла.
Для наших старших это была такая тяжелая потеря, что они больше не говорили об этом. Вообще. Я не знала, кто в какое животное раньше превращался. Я не знала подробностей жизни оборотня или каково это – менять облик. Я почти ничего не знала о том, кем могла бы быть.
Зато я хорошо усвоила одну вещь: предложения демона всегда подразумевают определенные условия. У его сладких речей есть кислый привкус. Какую бы сделку ни пытался заключить наш безумный король, та, на которую он в конце концов согласился, стала проклятием для нас всех. Подавив наших внутренних зверей, демоны также подавили нашу способность быстро исцеляться. Нашу силу. Нашу боевую отвагу. Они подрезали нам крылья. После смерти безумного короля дворяне пытались сопротивляться, но были уничтожены. Большая часть армии отправилась следом за ними. Без способности к превращению они стали легкой добычей. Почти за одну ночь королевство превратилось в остров, замок в окружении шести деревень оказался отрезан от внешнего мира и отдан на милость демонов. Какая чудесная жизнь.
Я помнила тот шквал эмоций, который испытала тогда. Ужас, гнев, печаль и отчаяние, но я была юной. Я научилась приспосабливаться. Я поняла свое предназначение. Предназначение, которое я до сих пор чувствовала. Борьба, от которой я не откажусь до самой смерти.
Такой была бы моя жизнь, и, если бы люди просто оставили меня в покое, я могла бы справиться с этим.
– Привет, Фил, – поздоровалась я, увидев идущего навстречу кузнеца с большим молотком в массивной руке. Он был единственным человеком в деревне, у которого не возникало вопросов по поводу моей любви к острым предметам.
Кузнец кивнул и улыбнулся, показав широкую щель между передними зубами.
– Ну привет, Финли. Прекрасный день, не правда ли?
– Очень хороший день, – ответила я, направляясь к центру деревни.
Извращенка Рита, торгующая в ларьке помидорами, ухмыльнулась мне из-за деревянного прилавка.
– Ну, здравствуйте, мисс Финли. Спала с какими-нибудь демонами в последнее время? Я слышала, что королю демонов особенно нравятся девственницы.
– Что, правда? Черт возьми. Я не девственница. Разве что придурки в моей постели не считаются?
Она засмеялась и упаковала несколько помидоров и немного салата.
– Возможно. Я тебе не говорила? На днях вечером я видела, как Пэтси Бейкер жарили вдвоем. Это когда один берет ее сзади, а другой – спереди.
Извращенке Рите нравилось вгонять молодежь в краску. С Хэнноном ей отлично это удавалось. Меня было гораздо труднее вывести из себя, но я оценила ее усилия. Вот еще один побочный эффект пребывания здесь в ловушке – некоторые люди стали… странными. Я научилась просто мириться с этим.
– Да что ты? Она хорошо провела время?
– Пока ей не брызнули в глаз. Это когда…
– Ага, я знаю, что это значит. Не нужно вдаваться в подробности.
– Я слышала, что прошлой ночью король демонов пробрался в комнату малютки Далии Фостер и сорвал ее розу. Она ждет от него ребенка.
– Отвратительно. Я ненавижу это выражение.
Рита злобно ухмыльнулась.
Я не упомянула, что «малютка» Далия Фостер – практически моя ровесница, и у нее не осталось никаких цветов, которые можно было бы сорвать… ни в одном из ее отверстий. Я слышала, что она рано начала вести половую жизнь и много экспериментировала. Похоже, противозачаточный чай подвел ее. Но, по крайней мере, она придумала хороший предлог рассказать об этом своему властному отцу.
Извращенка Рита завязала пакет и передала его мне.
– А когда настанет твоя очередь? – спросила она, и ее взгляд опустился на мой плоский живот. – Ты симпатичная девушка. Возможно, король демонов сделает для тебя исключение и прокрадется в твое окно. Я слышала, он превосходный любовник.
– Неужели? Даже с ножом в животе? Потому что именно это и ждет его, если он попытается забраться в мою комнату.
Ясное дело, Рита несла чушь. Судя по тому, что я слышала, эта деревня видела короля демонов всего один раз, и это было тогда, когда он предупредил всех, чтобы они оставались в деревне или готовились к смерти. Женщины не интересовали его тогда и вряд ли будут интересовать сейчас. Во всяком случае, не здешние женщины. Мы всегда считались самой бедной деревней в королевстве. К тому же ходили слухи, что он ненавидит оборотней. Нет, сюда король демонов не явился бы.
  
– Если не он, то, я думаю, ты будешь рада услышать, что некто решил наконец взять жену…