Последний оператор (СИ)

Луч света фонаря заметался по стенам высвечивая, то ряд высоких, до потолка, пластиковых шкафов, то большой треугольный стол в конце комнаты заставленный грудой каких-то вещей и бутылок, то непонятные ящики и свёртки, валявшиеся везде, где только можно, особенно по углам.
— Свет! — громко сказал я, ориентируясь на возможность включения функции «Умный дом», в ответ где-то щёлкнуло нанореле или мне показалось, что щёлкнуло и всё осталось, как и прежде. Никакого света не включилось, то ли электроника уже давным-давно вышла из строя, то ли всё обесточено и никакой автономный генератор здесь не работал.
  
Странно, что запустился свет в техпомещении откуда я пришёл, но видимо там ещё действовала ядерная батарейка, что вырабатывает электричество с помощью радиоизотопного генератора, но не суть. А вот здесь ничего не работало, и с этим ничего не поделать.
Наверное, здесь радиоактивные изотопы выработали весь свой ресурс и превратились в стабильный изотоп меди, что уже потерял свою радиоактивность. Блин, и откуда в моей голове столько технических знаний и понимания того, с чем я имею дело? Неужели я был технарём раньше или инженером каким-то? Не знаю, насчёт этого моя память усиленно молчала, если можно так фигурально выразиться.
Порыскав лучом фонаря по всему помещению, я остановил его на предметах, что показывали всем своим видом о наличии в них воды или другой жидкости вроде вкусных питательных напитков. Подойдя ближе, я увидел целую батарею различных пластиковых и не только бутылок, стоящих на треугольном столе. Бросив фонарь рядом, я схватил первую попавшуюся бутылку, на ней крупными буквами на английском, красовалась надпись: — «Energy».
— Блин, у этих англосаксов всё сплошное «энерджи»: и средство против запоров; и средство для активизации мозговой деятельности; и средство для больших физических нагрузок, — пробормотал я невольно вслух и добавил, — а на вкус всё дерьмо однотипное.
Отставив в сторону эту бутылку, я довольно быстро перебрал весь бутылочный арсенал и остановил свой выбор на какой-то минеральной воде, открыл её и с наслаждением выпил, то и дело отдуваясь и переводя дух. Вода лилась в пересохшую глотку, уходя в неё, как в раскалённый песок.
— Фух, — выдохнул я когда смог выпить всю бутылку, — фух, хорошо то как! — и потом добавил, — хорошо, но мало, — после чего посчитал нужным вскрыть банку с энергетиком и выдуть её вслед за минералкой.
Наконец, так мучившая меня жажда оставила меня, и даже голод на время затих. По заверениям технического терминала здесь ещё имелась еда, которую оставалось только найти. Ну, посмотрим, посмотрим. Луч фонарика пометался с одних ящиков на другие и остановился на одном из них.
Судя по маркировке пластикового контейнера, в нём находилась еда, и хоть контейнер и был наглухо закрыт специальной защёлкой, но открыть его не составило никакого труда. Я когда-то сталкивался с подобными и поэтому помнил, как его открывать на уровне безусловных рефлексов. Щёлкнула удерживающая крышку магнитная лента, разомкнутая магнитным же замком и ящик обнажил своё нутро, набитое различными контейнерами с саморазогревающейся пищей.
Остановился я только на третьем контейнере, лениво запивая его минеральной водой из очередной бутылки. Медленно дожёвывая его содержимое, я придирчиво осматривал помещение желая завалиться спать прямо здесь и сейчас. Вроде нонсенс, ведь я только что проснулся и не должен хотеть спать. Хотя, не знаю сколько я бродил по бункеру и сколько прошло времени с того момента, как я очнулся от криосна.
Вроде бы могло пройти и полдня, а могло и пару часов, кто его знает⁈ Нужно найти коммуникатор или часы с «вечной» батарейкой и тогда уже отслеживать по ним режим дня и ночи, а то в этом подземелье и не поймёшь, когда день, а когда ночь. Оборудование не работает, день можно отследить только по дырке в потолке, в том помещении из которого я изначально пришёл.
И здесь меня осенила мысль, а ведь, судя по всему, в бункер попала бетонобойная ракета и пробив его ушла глубоко в землю попутно выворотив из недр бункера камеру, в которой я и лежал. Это мне крупно повезло, что удар ракетой не пришёлся чуть ближе к ней, иначе бы я уже давно рассыпался атомарной пылью и не шастал теперь по тёмным коридорам давным-давно заброшенного сооружения в поисках воды и пищи.
Это я, что называется, удачно зашёл. Между тем поглощённая пища давала о себе знать, а тело, измученное резкими физическими нагрузками после векового сна, отказывалось дальше работать, и закрыв в помещении дверь я нашёл более-менее удобное место для сна и прислонившись к стене уснул.
Снилось мне всякое, но снилось, и я не валялся в беспамятстве, поэтому, когда я пробудился от сна, то не чувствовал себя, как новорождённый младенец, которому внезапно дали взрослый разум со всем его нажитым опытом и знаниями. Прекрасное чувство, когда ты понимаешь, кто ты и где находишься, пусть смутно и пусть не сразу приходит это понимание.
Проснувшись, я некоторое время не ориентировался в пространстве и вертел головой находясь в полной темноте, потом, вспомнил. Царила глубокая тишина, только откуда-то из-за двери слышался непонятный шелест или шуршание. Может быть это крысы, но терминал сказал, что животных здесь нет, даже насекомых нет. Может врал?
Хотя, как компьютер может врать? У него в программе это не заложено, тем более там нужно прописывать всё до мельчайших подробностей. В каких случаях, кому, в чём, насколько и так далее. Не будет компьютер врать, он просто не будет давать ответа, а врать нет, не умеет. Хотя про насекомых я у него не спрашивал, а он, соответственно, и не отвечал. Может они здесь и есть, и шуршат сволочи.
Однако пора и вставать, и надо обязательно найти оружие, хоть какое-то, а то нападёт какой-нибудь сумасшедший робот, кстати, а почему тут нет ни одного робота? Не то, что человекообразного, даже обычного робота-пылесоса не наблюдается, они же помнится были и на ядерных батарейках тоже⁈ — перебил я сам себя.
Встав, я прошёлся по комнате теперь уже со всем тщанием обследовав её. Примерно за час-полтора я стал обладателем горы разных консервов от овощных до сублимированного хлеба и довольно большого запаса воды. Нашлись даже простые пластиковые канистры с обыкновенной водой, видимо для приготовления пищи, но готовить я здесь не собирался.
Во-первых, у меня не имелось ничего такого, что требовалось бы готовить или хотя бы подогревать, во-вторых, не на чем. Да и смысл? Однако на одних консервах я долго не протяну, надо выбираться на поверхность, но пока что я знал слишком мало, чтобы стремится туда изо всех сил. Ещё бы имплант свой запустить, тогда я буду знать намного больше, особенно, если найду и смогу подключаться напрямую к любому компьютеру.
Найдя пластиковый консервный нож, я вскрыл им очередную консерву, что не имела ключа для открытия. Это оказались консервированные персики в собственном соку, то есть в компоте. М-да, давно я персиков не ел, наверное, лет сто, а то и больше! Подцепив ножом склизкий оранжевый ломтик, я отправил его в рот, и захлёбываясь соком стал жевать. Вкусно!
Нашёлся и витаминный напиток. Наевшись и напившись, я отправился в очередной поиск. Дверь пришлось отодвигать в сторону, так как весь коридор и не только он, оказался давным-давно обесточен. Нет электричества — нет ничего! А аккумуляторы давно уже сдохли, как и ядерные батарейки, что стояли в автономных приборах. Вот потому и роботы не шастали кругом, они же на самом деле не вечные и требуют ремонта постоянно, я вздохнул.
  
Хрена мне эти роботы, когда я один тут остался, даже мышей нет и выбраться неизвестно как и куда, да ещё бункер на острове оказался. Что мне крабов потом жрать, этих, как их там, банановые что ли. А, нет, ошибся, кокосовый краб! А если ли тут кокосы? М-да, что-то в голове дурдом настоящий творится. Надо чем-то заняться, чтобы голова кругом не шла.
Организм мой постепенно отходил от летарги, тьфу, криосна и теперь мышцы жаждали деятельности, а мозг постепенно восстанавливал свой функционал. Мысли ещё сильно путались, но голова стала работать яснее и чётче, дело теперь за малым, выбраться из бункера и найти людей.