Последний оператор (СИ)

Короткий, удобный, с широким раструбом, он стоял без элементов питания, которые лежали рядом с ним в отдельной коробке. «Вечные» углеродные батарейки в форме крупных таблеток, их было, как раз две штуки, так что хватит очень надолго, на пару лет непрерывного использования уж точно, если не дольше.
Взяв батарейки, я быстро вставил их на штатные места, и фонарь тут же устремил мощный пучок света на стену, в которую я его направил. Есть! Теперь я с глазами и не буду бродить во тьме, как усталый, никому не страшный монстр.
    
Глава 3
 
Поиск
 
Волна облегчения прокатилась по моей душе, когда я увидел, что фонарь работает. Ура!!! Одна маленькая проблема решена, найден фонарь, найден терминал, я получил чуть больше информации и теперь могу действовать дальше на свой страх и риск. Но, что ждёт меня дальше?
Что ждёт, что ждёт… Не знаю, что меня ждёт. Гм, кажется, я стал заговариваться. Повернувшись к терминалу, я снова стал клацать по световой клавиатуре.
— Есть ли оружие в секторе?
— Уточните, какое оружие?
Я завис. Какое ещё может быть оружие, кроме того, что может убивать⁈
— Огнестрельное или любое ему подобное, — набрал я ответное сообщение.
Комп думал недолго и выдал сразу ответ.
— Оружия нет.
— Ясно, как мне дойти до помещения, в котором находится сейф с продуктами?
— Внимание, высвечиваю схему прохода.
На экране загорелась белым схема внутренних помещений бункера, где я отмечался зелёной точкой. Точка на экране стояла на месте и пульсировала мягким зелёным пламенем. Возле зелёной точки возникла другая, уже белого цвета, постояв на месте пару мгновений она превратилась в стрелку, и пошла вперёд, оставляя за собой пунктирный след и обозначая тот путь, которым мне следовало пройти до нужного склада или попросту говоря, до нужной двери.
— Путь обозначен! — мягко напомнил мне женский голос терминала, когда точка дошла до окончания маршрута и остановилась там, замерцав белым прерывистым светом.
— Вижу, — буркнул я, — теперь найти бы этот самый путь, да не вляпаться куда-нибудь.
— Есть ли в бункере ещё живые люди? — набрал я следующий вопрос на световой клавиатуре.
— Нет, — не сразу ответил терминал, — живые люди покинули объект «К» пятьдесят лет назад.
— Который сейчас год?
— 2202.
— Почему я остался один?
— Вопрос некорректен.
— Ответь, как можешь.
— Информация отсутствует.
— Почему меня не разбудили от сна?
— Вопрос некорректен.
— Как я смог сохраниться и не погибнуть в криокамере?
— Вопрос некорректен, я не отвечаю за системы жизнеобеспечения криокамеры, она полностью автономна, а весь процесс находился на контроле центрального компьютера.
— Где он находится?
Несколько долгих минут в воздухе висела пауза, наконец терминал выдал ответ.
— Центральный компьютер уничтожен тогда же, когда объект покинул последний живой человек.
— Каким образом он его покинул?
— Информация в базе отсутствует.
— Почему?
— Вопрос некорректен.
— Блин!
— Вопрос не корректен.
— Это не вопрос. И что теперь мне делать здесь одному?
— Вопрос некорректен.
— Да, что ты заладила одно и то же! — психанул я и отошёл к противоположной стене, чтобы немного успокоиться и собраться с мыслями. Впрочем, толку то…
— Есть ли на объекте какие-либо живые животные?
— Все животные на объекте уничтожены.
— А разве с поверхности они не приходят?
— Таких случаев не зафиксировано.
— Где мы находимся?
— Остров Норт-Килинг, территория Кокосовых островов.
— Хрена себе, где я очутился! — невольно сказал вслух и напряг память, на этот раз голова не сразу отозвалась болью, а чуть погодя. Кажется, я планировал лечь в крио-сон вовсе не на Кокосовых островах, а где-то северо-восточнее, намного ближе к материку.
В памяти всплыла примерная карта мира, дав мне смутное понимание, где я нахожусь и тут же исчезнув. Взамен, пришла сильная боль, которую мне пришлось пережидать довольно долго.
— Как я тут оказался, ты конечно же, не знаешь?
— Некорректный вопрос.
— Ясно. Ладно, тогда пойду искать, главное, не забыть, обратно дорогу найти, — последние слова я говорил уже сам себе.
Выйдя из ремонтного помещения больше похожего на короб, чем на помещение, я собрался с силами сунул фонарь в единственный карман и полез наверх. Лезть вверх оказалось в чём-то легче, а в чём-то труднее, так как сил становилось меньше, а подниматься всегда хуже, чем опускаться.
Невольно я вспомнил одну притчу о том, что падать всегда проще, чем взлетать, да толку то об этом думать, нужно найти еду, а то сдохну тут в тоннелях этих. Благо я здесь один, ни животных, ни людей, как говорится — один Александр Майлз и больше никого, кроме меня самого.
Выбравшись обратно в коридор, я прислонился к стене отдышаться, одновременно проворачивая в голове схему продвижения к нужному коридору. Где-то тут должна быть дверь, которую идя сюда я не смог заметить. Ладно, рад — два — три — четыре — пять, я иду искать!
Дверь обнаружилась не сразу, пришлось пройти пару раз туда-обратно мимо неё, пока я не смог заметить заваленный мелкими кусками обшивки небольшой проход снаружи которого торчала искорёженная пластиковая дверь, давно сорванная с петель каким-то взрывом и присыпанная гораздо позже кусками пенобетона с потолка и стен.
Очистив её, я стал отодвигать в сторону куски пенобетона освобождая проход. Я не торопился и не тратил понапрасну сил, стараясь разобраться, как легче и проще это сделать, а разобравшись довольно быстро очистил нужный мне коридор и пошёл по нему дальше. Этот проход, точнее обычный служебный коридор оказался очень длинным, но у меня светил фонарь, и я спокойно шёл вперёд смотря, как преломляется на стенах моя тень.
Теперь я не боялся чудовищ и вампиров. Шучу, меньше всего я сейчас, да и до этого тоже, я думал о фантасмагоричных существах, в моём мозгу страхи перемешались в совсем уже дурном калейдоскопе и больше всего я сейчас боялся встретить людей или роботов. Живых людей и почти что живых высокотехнологичных роботов. Всё же с момента погружения меня в криосон прошло без малого сто пятьдесят лет, это очень много, целая эпоха. Страшно себе представить до какого развития дошли люди, если выжили, конечно, что не факт.
Остановившись, я покачал головой, глянул на окружающие стены и пошёл дальше, стремясь найти нужный мне склад или чем там это помещение значилось. По пути изредка попадались другие двери, ведшие в какие-то помещения, но соваться туда, пока я не нашёл самого необходимого мне, я не считал нужным.
Коридор вывел меня на лестницу, судя по карте, что я запомнил, она должна привести меня на два этажа вниз и там в самом конце коридора и будет искомый мною объект. Луч фонаря метался по ступеням, стремясь предупредить меня о возможной опасности, но они оказались чистыми, только вековая пыль тонким белым слоем покрывала их.
На них не оказалось ни росчерков хвостов вездесущих крыс, ни следов их же мелких лапок, ни тем более птичьих или человеческих. Вообще никаких, хотя, на самом деле, это и неудивительно, ведь вход сюда оказался завален взрывом, а внешние стены бункера должны быть толщиной не менее метра, если не поболее из пенобетона марки 800 или ещё чего покрепче.
Я вообще не технолог строительных материалов, слабо в этом разбираюсь. Прочные стены, и всё на том. Однако вот мы и пришли, то бишь, я пришёл.
Указанная на схеме дверь имела порядковый номер 2055125 и большую букву «А» через дробь. Она! Вынув из кармана связку чип-ключей, я внимательно их осмотрел, в свете фонаря пытаясь понять какой из них подойдёт. Внимание к себе привлёк светло-серый с буквой с большой буквой «А».
  
— Гм, может быть, может быть, — стал я разговаривать сам с собою. Да и с кем тут разговаривать? Тут даже трупов нет! Однако же я ошибался, о чём узнал намного позже. Взяв чип-ключ в руку, я приложил его к приёмной пластинке. Дверь щёлкнула, проиграла какую-то короткую ненавязчивую мелодию и мягко отошла в сторону, пахнув на меня затхлым запахом открывшегося за ней тёмного помещения.