"Северная корона". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)

– Какую часть фразы «лежи смирно» ты не понял?! Я все сделаю!
– Зачем?
– Заткнись!
Этот вопрос страшил ее больше всего. У Лорены не было ни одного достойного «зачем». Призрак Невио смотрел на нее из пустоты с осуждением.
Она огляделась по сторонам, пытаясь понять, что использовать, что поможет отвратить неизбежное…
– У тебя есть какие-то лекарства? Должны быть, где они? – спросила она.
  
– В мастерской. Ты видела, как я брал для Нинки.
– Это же были лекарства для сейкау!
– Без разницы.
Тогда Лорена не успела осмотреть все сосуды, но ей и беглого взгляда хватило. Лекарства в поселении тоже служили воле Брерис: они подходили лишь для ран средней степени тяжести, да и то в лучшем случае. Еще одна подстраховка для смерти неугодных, отслуживших свое.
И вот теперь Лорене предлагалось справляться с тремя чудовищными ранениями и критической потерей крови мазью из слюней унгаха и какими-то сушеными листьями? Нет, добить и правда милосердней! Но это же глупо, так глупо… В горах Саргон легко выжил бы с такими травмами… А вот под покровительством своей обожаемой Брерис он долго не протянет.
Лорена прижала руку к его лбу, почувствовала, что кожа сухая и опасно горячая. Он уже полыхал в лихорадке, и удар ножом, быстрый и честный, вполне мог стать подарком…
Саргон и сам это понял. Он посмотрел в глаза Лорене, и от этого взгляда будто электричество по телу прошло – горячей болезненной волной.
– Ты можешь уйти, – тихо сказал он. – Не обязательно смотреть. Тебя не убьют, не бойся. И… спасибо.
Сказал – и прикрыл глаза, как будто последнее слово причинило ему большую боль, чем любые раны.
Лорене выть хотелось от бессилия. Какая глупость, повсюду, торжество глупости – приводящее к трагедиям. Она отчаянно искала выход, но выхода не было…
А потом вдруг появился. В памяти мелькнул нужный образ, и он стал тем маленьким камушком, который в горах способен вызвать лавину. Идеи, будто заждавшиеся своего часа, рванулись вперед единым роем. Это еще ничего не гарантировало – но это давало шанс.
Лорена наклонилась ближе к умирающему Глашатаю и прошептала:
– Я знаю, что нужно делать, слышишь? Ты только продержись… Ничего не делай, понял? Я сейчас уйду, но обязательно вернусь!
Он смотрел на нее молча, и Лорена догадалась, что он не верит. Он уже чувствовал умирание в себе, он прекрасно знал, на что способно его поселение – и не видел спасения. Но понимала Лорена и то, что он постарается ее дождаться. Возможно, даже чудовищам слишком страшно умирать в полном одиночестве…
Она больше не отвлекалась на это. Идеи выстроились в четкую цепь, Лорене только и оставалось, что следовать им. Покинув Глашатая, она побежала вниз, но на втором уровне остановилась. Нельзя сейчас покидать дом через главную дверь, это может подкинуть туповатым слугам ненужные мысли. Поэтому Лорена подхватила оставленную кем-то маску, подошла к окну, сдвинула в сторону защитный экран – и невольно отпрянула.
Она совсем забыла про сейкау, а они никуда не делись. Они все еще висели на коре эвкалориса, настороженные, испуганные даже. В этом чувствовалась горькая ирония: они вели себя так, как полагалось вести себя людям, беспокоясь за близкого.
Вот только они не понимали, что Лорена хочет помочь. Стоило ей подойти к окну – и они шипели на нее, обнажая внушительные клыки. Они не готовы были ее выпустить – хоть в дверь она выйдет, хоть в окно.
Голос страха в душе шептал, что нужно отступить. Она и так старалась больше других, ей просто не позволили довести дело до конца, это не ее вина. Может, Лорена поддалась бы, если бы способа спасти Саргона не было. Так ведь способ был!
– Вот! – Она вытянула вперед, в окно, окровавленные руки. – Смотрите, что происходит! А если вы будете мне мешать, станет только хуже!
Сейкау все еще шипели на нее, но от крови своего господина шарахались, смирели. Собственная затея казалась Лорене безумной, и тут ей пошло на пользу то, что времени на размышления не осталось. Поразмыслив, она бы не решилась на нечто столь самоубийственное…
Она выбралась из дома, используя тела сейкау. Она лезла по ним, как по выступам на коре, а они, продолжая завывать, держали ее. Лорена не вытерпела, слезы все же сорвались – от страха за себя и не только за себя. Но от этого стало хуже, в наполненный ядовитым туманом день слезы ослепляли ее, под конец она и вовсе двигалась наощупь. Она успела упомянуть всех родичей Брерис и все действия, которые можно и нужно произвести с полоумной богиней. Любой механик из Обретенных гор покраснел бы от смущения, услышав столь оригинальный подход к ругательствам, но Лорена не собиралась стесняться. От пустых злых слов почему-то становилось легче.
Она все-таки добралась, коснулась ногами земли. Лорена не позволила себе удивляться или торжествовать, время и без того утекало. Она сразу сорвалась с места, побежала по случайно узнанному, а теперь спасительному пути. Немногочисленные жители поселка спешили прочь, увидев ее, окровавленную, как будто обезумевшую. А Лорене и дела не было уже ни до кого, лишь бы ей не мешали.
Она снова была на кладбище разрушенных боевых машин. Но теперь она не разглядывала погибших гигантов, как зачарованная, а обыскивала их. Она собирала из доспехов все аптечки, какие могла найти. Сейчас, в ядовитом тумане, да еще и с паршивой маской на лице, у нее не было времени изучать их. Она лишь помнила, что в родной колонии старались подготовиться ко всему, даже к самым сложным ранениям, лишь бы сберечь офицера… Лорена не сразу сообразила, что попросту не унесет такой груз сама. Это могло стать проблемой, если бы она не обнаружила, что за ней потащились два сейкау – те, что всегда следили за ней в городе.
– Держите! – Лорена без прежнего страха сунула перевязанные одной веревкой чемоданчики прямо в пасти зверям. Потом она указала на кровь. – К нему! Быстро!
Они поняли ее. Лорена не представляла, каким чудом… Но ведь она изначально не знала, чему они обучены и как много умеют. Ей было достаточно того, что сейкау направились прочь. Она же задержалась, чтобы обыскать пятый доспех, который казался самым новым на кладбище. Тут ей улыбнулась удача: Лорена обнаружила аппарат для переливания, да еще и с уцелевшим определителем группы крови.
Она тут же насобирала с собственных рук засохших бурых хлопьев и бросила их в сканер. Вторая положительная. Хреново. Она на роль донора не подходила. Это нужно было срочно исправлять…
Обратно в дом Лорена вернулась не через окно, а через дверь. Слуги, которые вообще не знали, что она ушла, окончательно ошалели. Но это было Лорене на руку, людьми в замешательстве проще управлять. Ничего не объясняя, она подошла к первой попавшейся служанке и уколола ее ладонь тонкой иглой определителя, девица только пискнуть и успела.
Третья положительная. Мимо.
Другие служанки, сообразив, что делает Лорена, попытались убежать, но тут им помешали сейкау – не добродушно сонные, как раньше, а рычащие и шипящие, запрещающие любое движение. Лорена ничего не приказывала им, она вообще не отвлекалась. Одну за другой она проверяла трясущихся от ужаса служанок. Не то, не то, снова не то… Вторая положительная. Наконец-то!
Перед Лореной рыдала совсем молодая кухарка – крупная, розовощекая, очевидно здоровая. С этой ничего не случится, она не пострадает, разве что чуть-чуть…
– Когда очнешься, мазью смажешь, – сказала Лорена.
– Что? – растерялась девушка.
Но объяснять пленница не стала, она просто ударила кухарку – и одного удара оказалось достаточно, чтобы та отключилась. Лорене было жаль, но другого варианта не оставалось, если бы крупная девица впала в истерику, на нее пришлось бы потратить слишком много времени, которое и так стало драгоценным.
  
Лорена кое-как дотащила кухарку наверх, в спальню, и обнаружила, что сейкау не подвели, они и правда принесли аптечки, куда надо. А главное, Саргон все еще был жив! Он смотрел на нее удивленно и устало, словно пытался понять, Лорена перед ним или уже галлюцинации начались. Он не ожидал, что она действительно вернется…