"Северная корона". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)

Она не стала говорить, что если планета окажется бесполезной, то и ее население никто спасать не станет. Блейн и так не забывал об этом.
* * *
Ее организм быстро очистился от наркотиков, и, когда она очнулась, она чувствовала себя прекрасно – не было ни головной боли, ни слабости, ни тошноты. Впрочем, сейчас это служило слабым утешением. Ноэль слишком хорошо понимала, что попала в беду.
  
Но отчаиваться было рано: она все-таки жива! Если бы ее хотели убить, это сделали бы сразу. До тех пор, пока все не закончилось, у нее есть шанс спастись, и она собиралась действовать по инструкции.
Она приподнялась на локтях и осмотрелась по сторонам. Она не была связана, и это уже радовало. Кто бы ни напал на нее, он ее точно недооценил! Ноэль обнаружила, что лежит на холодном металлическом полу, в клетке из добротного металла. Она не была уверена, что ее силы хватит, чтобы согнуть эти прутья, но пока не собиралась и пробовать. То, что окружало клетку, надежды тоже не внушало!
Ее принесли в полуразрушенный зал, который теперь больше походил на свалку. Здесь повсюду поднимались к далекому потолку горы металла и другого мусора. Вполне возможно, что, очищая корабль, поселенцы приносили сюда ненужный хлам – и забывали про него.
В зале было темно, единственным источником света служил фонарь, оставленный неподалеку от клетки, поэтому Ноэль не могла оценить, насколько это большое помещение. Но, судя по запустению и абсолютной тишине, зал находился далеко от жилого крыла. Тот, кто ее похитил, все просчитал, звать на помощь бесполезно, придется надеяться только на себя.
Ноэль поднялась на ноги, стряхнула с одежды пыль и подошла к прутьям. Она уже знала, что значительная часть металла на корабле пришла в негодность – Киган тоже заметил это и был поражен. Но с тех пор, как она обнаружила паразитов, многое представало в ином свете. Судя по всему, на Арахне обитало огромное количество микроорганизмов, и один вид оказался способен портить металл. Возможно, они и клетку ослабили?
Но нет, земные инженеры постарались на совесть: из чего бы ни были сделаны эти прутья, они прошли испытание и временем, и агрессивной атмосферой Арахны. Просто сломать их Ноэль не могла.
– Даже не надейся, – донеслось со стороны. – Если бы отсюда можно было выбраться так легко, тебя бы здесь не оставили!
Она мгновенно узнала этот голос и почувствовала, как в душе вспыхивают первые огни злости. Рене! Вот кто за всем стоит! Похоже, эта безумная тетка не унялась, верные ей охранники освободили ее, и теперь она решила отомстить Ноэль!
– Ты?!
– Я, – отозвалась Рене из темноты. – А что – я?
– Ты меня похитила!
– Издеваешься? Я, по-твоему, в состоянии кого-то похитить? Присмотрись внимательнее!
Ноэль подошла к прутьям и прищурилась, стараясь рассмотреть, что находится за пеленой света фонаря. Когда ее зрение адаптировалось к новым условиям, она обнаружила, что неподалеку находится другая клетка – в которой и была заперта Рене.
Что это, трюк, попытка обмануть ее? Но зачем? Рене, судя по всему, была из военных, она действовала напролом. У нее просто не было причин устраивать этот спектакль!
– Я не понимаю… – наконец признала Ноэль.
– А что тут понимать? Мы с тобой теперь во власти одного человека, только и всего! Не знаю, как тебя, а меня забавляет эта ирония.
– Не вижу в этом ничего забавного! Какого еще человека? Я думала, за твое заключение отвечает совет!
– Как видишь, нет. Совет доверил это одному человеку – и ошибся.
Словно в подтверждение ее слов, вдалеке послышались одинокие шаги. Они были тихими, но гулкое эхо зала подхватывало их и разносило повсюду, заранее предупреждая, что кто-то приближается.
Ноэль напряглась, всматриваясь в темноту. С минуты на минуту ей предстояло увидеть своего похитителя.
  
Глава 10
 
Альда понимала, что, отправляясь на другую планету, она должна была подготовиться ко всему. И все равно обнаружение гигантского боровика застало ее врасплох.
Точнее, это был не гриб даже, а шляпка от гриба, огромная, словно холм. Она занимала все вокруг, бесцеремонно оттесняя другие растения. На ощупь она была упругой и гладкой, совсем как земной боровик, да и цвета совпадали. Хотя стоило ли удивляться тому, что в таком климате появятся грибы?
То, что это, действительно, гриб, подтвердил и Блейн.
– Мы зовем его мрикк, – пояснил он. – Грибом его называли в первом поколении, нам это передалось скорее как их наследие. Для нас понятие «грибы» ничего не значит, здесь только мрикк и есть.
– Рядом с той территорией, которую вы изучили, он тоже растет? – уточнил Рале.
– Да, иногда попадается, и это большая удача, если мы его найдем. Хотя…
Блейн замялся, не зная, как продолжить, и Альда почувствовала исходящее от него смущение, смешанное со злостью. Заинтригованная, она заглянула в его мысли – и тут же отпрянула, увидев образ человеческих костей.
Не дожидаясь ее вопроса, Блейн пояснил:
– Недавно мы узнали, что мрикк всеяден. То есть он не ест по-настоящему… Но он перерабатывает все, что окажется с ним рядом. Даже если это будет мертвое тело. К сожалению, мы узнали об этом уже после того, как появилась традиция использовать его в пищу…
– Нервные вы какие, – хмыкнул Киган. – Будете продолжать в том же духе, долго не проживете. Это называется круговорот жизни: всё питается всем. Хищники едят травоядных, травоядные, как следует из названия, – траву, а потом трава прорастает через мертвые тела тех и других.
– И все же мы предпочитаем, чтобы это происходило именно в таком порядке, – холодно заметил Блейн. – Мы не рвемся есть себе подобных.
– Я бы это так не назвал!
– Зато назвали мы!
Они продолжали спорить, однако Альда уже не слушала. Она знала, что Блейн не решится напасть на пришельца, а Киган, в свою очередь, слишком умен, чтобы использовать способности против гражданского. С учетом этого, вся их болтовня – просто мелочи.
Поэтому она снова сосредоточилась на мрикке. Его край был отвесным, он нависал над ней под прямым углом и был не меньше десяти метров в высоту.
– О чем задумалась? – полюбопытствовал Рале, подходя ближе.
– О нашей миссии. Я пытаюсь понять, куда и как направился Фостер. Он поехал налево или направо? Мы ведь не сможем проверить сразу оба варианта, на это уйдет слишком много времени!
– Вообще-то, варианта три, а не два, если мы по умолчанию поверим, что он не развернулся здесь.
– Три?.. Куда еще он мог поехать?
– Напрямик.
– Сюда? – Альда похлопала рукой по мягкой шляпке. – Разогнался и врезался, что ли?
– Не думаю, что все было так экстремально. Просто я допускаю, что если это растение похоже на земной гриб, то и растет оно с соответствующей скоростью. А Фостер проехал здесь давно, намного раньше нас.
Альда начинала догадываться, к чему он клонит:
– То есть, когда тут проезжал Фостер, мрикка или не было, или он был слишком мал, и по нему можно было проехать?
– Бинго.
– Так даже хуже! Как мы узнаем?
– Посмотрим сверху, – невозмутимо ответил Рале.
– Что?.. Сверху? Это как?
– Сейчас увидишь.
Прежде чем Альда успела сообразить, что происходит, ее подхватила невидимая сила – и оторвала от земли, совсем как Рале. Но если телекинетик управлял всем этим и оставался совершенно спокоен, то Альда чувствовала себя котенком, которого неожиданно подняли за шкирку. Она не знала, что делать, как удержать равновесие, а земля оставалась все дальше.
Не прошло и минуты, как они оба оказались на вершине мрикка. Рале ступил на нее грациозно, а Альда, отпущенная им, просто плюхнулась и едва удержалась на краю.
  
– Эй, что за дела! – возмутилась она.
– Я решил стать твоим учителем.
– С чего это? Я не просила!
– Но ты наверняка думала об этом, – подмигнул ей Рале.
– Думала, только сейчас для этого совсем не время! Я собиралась подойти к тебе, когда мы вернемся на корабль!