Антагонист (СИ)
Затем невидимые кости застучали по столу, и когда всё стихло, круглая штуковина мигнула, и на ней русскими буквами появилось слово: «Система».
«Система…. Система — это хорошо! — облегчённо вздохнул я. — Ну, или как минимум неплохо, потому как даже если не брать просто оригинальные книги, а вспоминать о фанфиках, то в большинстве прочитанных мною системы были полезны. Ну, или как минимум не шибко вредили пользователю».
— Очень хорошо, — кивнул одноглазый. — Я прекрасно понимаю этот пункт. Вращай дальше!
Ну я и начал вращать. На этот раз, когда кости заглохли, в круге было написано: «Активная внутренняя энергия». И вот что это могло значить, я, честно говоря, не знал. Потому как внутренняя энергия могла быть разнообразной. От Жизненной силы и Ци, до магии и той же праны. Минуя многочисленные аналогичные силы, от использованных в американских комиксах до бесчисленных поделок японских авторов.
Впрочем, Один опять понимающе покивал, так что я подумал, что он в курсе, что делает, и не стал задавать вопросов. После чего провёл по изображению рукой ещё раз. Получив в итоге надпись: «Аниме-мир: Академка».
— Э-э-э… А какой именно аниме-мир? — задал я вполне резонный вопрос Одину.
— А я почём знаю? Что-то про учёбу, — пожал Бог плечами и добавил: — Там слишком много всего, так что мне сейчас лениво было разбираться.
Я хотел было возмутиться, но он уже хлопнул в ладоши, и я провалился во тьму…
Очнулся я, сидя в этом самом летающем вагончике, прямо в жёлобообразном кресле. И судя по тому, что никого не удивило моё появление, в сам мир я тоже каким-то образом был Одином вписан.
Вначале ничего не понял. Потом, почувствовав лёгкое головокружение, отвалился на спинку кресла и, полежав с закрытыми глазами, резко распахнул их и мысленно произнёс:
«Система, статус!» — ведь обычно в тех же фанфиках именно так можно было начать работу с подобной очень полезной духовной надстройкой.
— Эм-м-м… Мастер, а вы уверены, что хотите, чтобы все всё слышали? — раздался слева от меня немного смущённый и почти лишённый эмоций детский голосок. — И если хотите… То всё читать, или какой-то конкретный кусок моей статистики вас интересует?
— Что? — я чуть не подскочил со своего места, а потом, повернувшись, круглыми глазами уставился на сидевшую рядом маленькую девочку в средневековом платьице с беленькими волосами.
— Т-ты кто? — выдавил я из себя.
— Я Система, полная маркировка «Система УМ-9000», — всё так же лишённым эмоций голосом произнесло дитё. — Разработка Бога Игр. Была имплантирована им в сбитого грузовиком филиппинского школьника Хосе Гарсия перед отправлением его в мир «Сиськодемонов». После чего была вырвана из носителя существом, идентифицированным как Истинное Верховное Божество «Примал-Один», запихнута в это тело и отправлена к вам, моему новому мастеру.
— То есть… Подожди. Ты моя Система, — медленно произнёс я, после чего закрыл глаза, потёр переносицу, а затем начал массировать виски. — Один вырвал тебя из твоего носителя, дал тебе тело и отправил ко мне.
— Всё так и есть, — кивнула девочка. — Правда, я не понимаю, зачем мне нужно было давать собственное тело, но я не против…
— Я зато, кажется, понимаю… — пробормотал я, мысленно ещё добавив, что вот конкретно я против, потом как этот средневековый одноглазый божественный баран, похоже, слишком прямолинейно понял, какую-нибудь инструкцию вроде «Систему нужно интегрировать в тело».
— Ты мои мысли читать можешь? — спохватился я.
— Нет, — покачала головой Система. — В данной странной модификации мне доступно только речевое общение.
— Понятно, — покачал я головой, а потом задал следующий вопрос: — А что ты вообще можешь делать? Подожди! Ты когда на первый вопрос мне отвечала, сказала что-то про «свою» статистику?
— Абсолютно точно! — кивнула девочка. — В данной модификации я могу исполнять все возложенные на меня Богом Игр функции, от роста параметров до квестов… Но только для моего собственного тела.
— То есть ты даже параметры мои сказать не можешь?
— Ну… — задумчиво произнесла белобрысая и, протянув ручку, пощупала мой бицепс. — Для сильного человека вы, кажется, очень сильный. Точнее я смогу сказать, если вы разовьёте во мне навык «Наблюдение».
Моя рука встретилась с лицом. После чего я посмотрел сквозь пальцы на ребёнка и задал последний интересующий меня в данный момент вопрос:
— Ты хоть знаешь, где мы находимся?
— Индекс данного мира в каталоге Бога Игр не значится, — лаконично ответила мне Система. — Так вам зачитать мою статистику, или подождём, когда останемся одни. А то я испытываю странное чувство, делая это на людях!
Я в ответ только болезненно застонал.
Глава 1. Оно действительно плавает?
Какое-то время мы летели в тишине. В смысле, что мы с Системой не разговаривали, в то время как другие пассажиры, многие из которых ещё недавно банально спали, чуть разложив свои кресла полутубусы, проснулись после не очень мелодичной трели, явно что-то обозначавшей, и с каждой минутой становились казалось всё более возбуждёнными.
Кто-то даже начал суетиться, но в основном просто разговоры стали громче, а уже из них я выяснил для себя несколько важных моментов. Во-первых, говорили явно по-русски. Причём с таким количеством разнообразных акцентов, что охватывали, казалось, все республики Советского Союза.
Во-вторых, уже обладая этим знанием, я перестал валять дурака и внимательно присмотрелся к спинке кресла передо мною. Потому как там была наклеена какая-то инструкция, оказавшаяся стандартным напоминанием алгоритма действий на случай тотального писца летающему вагончику.
То есть там, совсем-совсем не кириллицей, а некими символами, похожими на текстовые кракозябры неправильной кодировки интернет страницы, которые я, оказывается, мог читать, сообщалось, что в случае, если мы начнём тонуть… Тут я не выдержал и, чуть подвинув безучастную Систему и перегнувшись через неё, внимательно посмотрел в иллюминатор.
Вагончик, как оказалось, не летел, как мне представлялось, а, можно сказать, «плыл» по едва заметной, слегка волнующейся поверхности чего-то, что выглядело как некая плёнка, натянутая в воздухе. Внешнее кольцо её не касалось, а висело где-то в метре над ней, в то время как у самого аппарата на днище имелись погружённые в эту субстанцию подводные крылья. И были видны какие-то явно энергетические завихрения кильватерных струй в тех местах, где они пересекали эту плёнку.
Немного ошарашенный, я продолжил чтение, чтобы узнать о том, что, коли будем тонуть, есть большой шанс, что нас спасут. Однако, если после пересечения «Океаны Альвы» произойдёт разгерметизация салона, то в наших «неудобных подлокотниках» откроются секции со специальными масками и пятью сменными ингаляторами. Иначе…
В общем, в первую очередь было понятно, что дышать этой гадостью нельзя. А я всё же не терял надежды на то, что мир, в который я попал, окажется хоть немного известным. Ну, просто я в канон не попал, и вообще место действия другое, вот все на русском говорят, вместо того чтобы, например по-японски шпрехать. Я тут же поинтересовался у своей маленькой соседки:
— Система, — вновь повернулся к малышке, — а в твоей базе данных есть упоминание о мире с неким «Океаном Альвы»?
— Нет, — она отрицательно покачала головой.
— А чем-нибудь похожим на него? — не сдался я. — Посмотри в окно, по чему плывёт наш самолётоплав.
Система, посмотрела на меня, и я посмотрел на Систему, а так как эмоций у неё не было, мне показалось, что я заглянул в бездну. Очень тупую, судя по взгляду, бездну. После чего девочка на некоторое время прилипла к иллюминатору, в который я наконец её ткнул, не выдержав в итоге её взгляда.
Ну а покуда она залипла, я, в свою очередь, прислушался к разговору трёх девушек, сидевших в ряду перед нами.
— …Я так рада, что скоро уже Вистерция! Я так устала за три месяца полёта… кто бы знал! — прочирикала в этот момент одна из них. — Целых три пересадки, в том числе в Научном городе Амброзии, где нас почти неделю не выпускали из доков даже в торговые кварталы!