Антагонист (СИ)
— Что? — фыркнул Один. — Мой двойник настолько отожрался на пирах, что со своего трона слезть не может? Или Рагнарёк у них случился?
— Ваш двойник, Божественный Один, в их мире полутруп на троне, который и разговаривать-то уже не может. А Фенрир… Его вообще нет. Как сказал Михаил, Бобик так на цепочке и издох! Пришлось нашим убирать, потому как вашим уже всё равно, а вонь от него до Небес поднималась!
— Печально, — произнёс кто-то из толпы.
— Валькирии же в том мире, как и я сама и почти все Астгарцы, давно уже немощные старики, — продолжила богиня. — Кроме Тора. Но он там теперь не воин, а в байкеры заделался. Ну и Локи, который ушёл в Мидгард и обосновался в некой Северной Америке, после чего живёт там припеваючи.
— А ты адресок не записала, случаем? — тут же заинтересовался Бог Лжи и Обмана.
— Это те земли, которые мидгардцы за Британикой и Ирландией нашли, — отмахнулась от него Фрея.
— Так там нету же ничего? — как-то очень обиженно воскликнул Локи.
— Щас нет, потом будет, — пожала плечами женщина. — В общем, поговорили мы с Михаилом и о попавшей к нам душе. Пусть они и недовольны были, но согласились что это трагическая случайность…
Ой, как многообещающе посмотрел на меня Тор. Я аж ощутил холодок, прошедшийся по прозрачной спине.
— …Но так как своих они не бросают, а хоть произошла случайность, но всё же мы виноваты и мы должны обеспечить ему надлежащее герою посмертие, — продолжила Фрея, тоже глядя на меня.
— Почему мы? — удивилась болезненного вида дамочка в чёрном балахоне, которая, судя по всему, была Хель. — Вернуть его назад, и пусть сами разбираются.
— Да почему бы и нет, — фыркнул Один. И махнул рукой на море бомжей за моей спиной. — Вон, раз он герой, то пусть к эйнхерии присоединяется! Пирует вепрем Сехримниром и пьёт мёд из-под козы Хейдрун! Вполне себе надлежащее посмертие.
Я повернулся и посмотрел на толпу. Толпа посмотрела на меня и сжала кулаки на рукоятях мечей, явно показывая мне, что хрен я покушаю мясо бесконечной свинки и попью мёда их-под вечнобродящей козопчелы. Я же покрепче перехватил призрачный автомат, всем своим видом показывая, что думаю о таких замысловатых диетах.
— Не получится. Да вы и сами видите, — опять вздохнув, ответила одноглазому богиня любви. — Да и вообще, у них там всё строго. Три дня его прошли, и он не воскрес, так что его тело похоронили. На девятый день он так перед их Господом Богом и не предстал, так что Михаил вручил мне ноту протеста и велел передать её вам.
Женщина достала из рукава письмо во вполне современным официального вида конверте и протянула Одину. А когда тот так и не понял, что с ним делать, забрала, распаковала и отдала уже бумагу… ну, или пергамент с текстом.
— Другими словами, он теперь, как честный христианин, обязан воскреснуть?! — удивлённо произнёс мудрейший Астгардец через полчаса чтения, потому как давалось оно ему, судя по всему, нелегко. — А на нас ложится задача по реализации процесса, потому как у них полностью исчерпан бюджет на чудеса на ближайшие сто лет? А что такое бюджет?
— Как я понимаю, это количество праны, выделенное на чудотворные явления в Мидгарде, — немного неуверенно ответила Фрея. — Вроде, по словам Михаила, покуда всё как у нас, то есть три землекопа на попечении, можно её и не считать. А когда религия охватывает весь земной шар, то требуется бухгалтерия и учёт с заведомо утверждённым бюджетом.
— Земной шар? — спросил ошарашенный Тор. — А разве Мидгард не плоский диск, висящий на Иггдрасиле?
— Ну, у них точно шар, — покачала головой богиня любви. — И Мирового древа на нём не растёт — мне доказали. А у нас, может, и плоский. Мы же на самом деле его строение никогда не проверяли…
— Да зачем, — отмахнулся Один. — Всё знают, что он плоский и в середине Древа расположен.
— Вот-вот, — неодобрительно покачала головой женщина.
— Так! — стукнул кулаком по подлокотнику трона и вперился в меня единственным глазом. — Я, конечно, письмо прочитал… И даже уважаю завуалированные угрозы! А потому понимаю, что если не выполню требование, то их главный объявит меня террористом и похитителем душ и введёт против нас Специальную Войсковую Операцию… не знаю, что всё это значит, но будет весёлая заварушка!
Тор оскалился в улыбке и схватился за молот, да и вообще, все астгардцы обрадовались и явно не против были такого исхода. А вот Фрея резко побледнела и хотела что-то сказать, но не решилась.
— Но это будет героическим концом света без какого-либо Рагнарёка, — уже не так радостно произнёс Один, а затем посмотрел на свою посланницу. — Да и вообще, мне не так сложно сделать то, что они тре… просят. Но что, если я не хочу видеть его живым у себя в Мидгарде?
— А… ну об этом они подумали, — облегчённо произнесла Фрея. — Мы с Михаилом как раз большую часть дня, собственно, и провели, изучая их современный эпос и фольклор в поисках приемлемого для них и для нас решения!
— Например? — заинтересованно спросил Один, при этом очень внимательно рассматривая своим единственным глазом довольно помятую одежду своей Богини Любви.
— Ну, нынче в современном эпосе того мира души, похищенные при оплошностях чужих богов, по мнению самих смертных, проходят процесс перемещения к жизни в какой-нибудь другой мир с исполнением нескольких желаний, — словно заправская учительница начала лекцию женщина.
— Очень интересная схема, — задумчиво покивал одноглазый старик. — И простая, и не особо затратная.
— Вот тут, так как Михаил был со мною честен, я и решила, что самый распространённый эпос нам и не подходит, — с сожалением была вынуждена признать Богиня. — В том смысле, что даже вы можете не выдержать и погибнуть от истощения, если попытаетесь выполнить желания, которые может загадать этот воин.
— В смысле? — нахмурился Один. — Я что, по твоему мнению, так слаб?
— Нет, — тут же отрицательно замахала руками женщина. — Вы самый сильный… Просто конкретно этот вот человек очень хорошо разбирается в их нынешнем эпосе. Он практически местный мудрец, если трактовать нашими значениями. А потому ерунды просить не будет.
— Так… — опять внимательно посмотрел на меня Один.
Я же, в свою очередь, внимательно слушавший их разговор, разочарованно цыкнул. За что сразу же заработал очень понимающий взгляд Локи.
— А потому мы подобрали самый лучший в нашем случае вариант! — радостно закончила Фрея. — Нечто, называемое в том мире «Гача»!
— Гача??? — удивлённо повторил Один.
«Гача?!» — мысленно взвыл я при упоминании о зле, от которого пытаются откреститься даже китайцы.
— Вот! Мне всё подготовили, — довольная собой, произнесла Богиня Любви и, вытащив из рукава на этот раз свиток, протянула его своему Верховному Божеству.
— Ага… Хм-м-м… Угу… А вот это очень интересный тип плетения… — начал бубнить Один, ещё до того как развернул свиток, потому как это была этакая божественная флешка, и в него полились знания ещё в тот момент, когда он его только взял.
Собственно, свиток так и рассыпался, не будучи открытым, а довольный одноглазый бог посмотрел на меня.
— Что ж, смертный. Раз так получилось, то ты сыграешь в ту самую «Гачу». Итого, у тебя будет три попытки, причём последней станет мир, в который я тебя отправлю. Сразу скажу, перерождать я тебя не буду, отправим как есть, ну разве что немного омолодишься и изменишься под местные реалии, — произнёс чем-то очень довольный Бог и стукнул пяткой копья о пол.
Передо мною тут же появился довольно большой, метр в диаметре, летающий плоский круг, на котором было написано: «Проведите рукой вниз для вращения!»
Я ещё раз посмотрел на асов, затем на круг, затем на недовольно шумящих бомжей. После чего сжал челюсти покрепче и сделал то, что было надписано. Послышался грохот. Но не вращающегося барабана игрального автомата, как можно было себе представить, а игральных костей, встряхиваемых в деревянной чашке. Отчего у меня сразу же зародились очень плохие предчувствия.