"Фантастика 2023-159". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— Да какие уж шутки. Всякое бывало. Я еще, можно сказать, воровской притон держала.
Игра в правду продолжалась: жил же у нее вор — вот вам и воровской притон.
Но эта игра уже не забавляла.
— А потом я в варьете работала, — Софи нервно хихикнула. — По ночам, да. Веселое, скажу вам, местечко.
Выходит, и этого она жениху не рассказывала. Не стыдилась, просто была для него такой, какой он хотел ее видеть. Но притворство — слишком тонкое искусство и тяжелое бремя для чистого сердцем человека.
Оглядев кухню, Тьен заметил на буфете графин с водой, поднялся из-за стола, наполнил стакан и подал его девушке, присев на корточки у ее ног.
— Не нужно вспоминать о прошлом.
— Не нужно, — повторила она эхом. — Так просто, да?
— Да, — успел сказать он, прежде чем Софи со злостью выплеснула воду ему в лицо.
…Было ведь уже. Слезы, обиды, вода в лицо. Сейчас еще и стакан грохнет…
— Просто, да? — Стакан со звоном разбился о пол. — Забудем о прошлом, и все сразу же станет, как прежде?
— Не сразу.
— Ты хотя бы представляешь…
— Представляю.
— Ты даже не знаешь…
— Расскажешь.
— Ты…
Она вскочила на ноги, рванулась в сторону, но тут же затихла, оказавшись прижатой к его груди, мокрой от слез щекой к мокрой от воды рубашке. Маленькая и теплая. Родная. И он, зажмурившись, не желая видеть ничего вокруг, уткнулся носом в мягкие русые завитушки, вдыхал запах ее волос и слушал, как стучит, успокаиваясь, ее сердце…
Пока не хлопнула, закрывшись за чужаком, входная дверь.
— Анри ушел, — прошептала Софи, не покидая его объятий.
— Давно пора.
— Я отвратительно себя веду.
— Для особы с такой криминальной биографией это нормально, — неловко пошутил он.
Девушка вздохнула.
— Я должна извиниться.
— Перед Анри?
— Перед тобой. Я вспоминала только плохое, когда ты вернулся. Это неправильно. Ты ведь помогал нам тогда. И в последний день… Ты спас Люка, его мог сбить тот автомобиль. А деньги, которые ты оставил пригодились потом для Клер. Она сильно болела, и…
— Ты выручала меня чаще.
— Чем?
Он бережно погладил девушку по голове, убрал упавшие на лицо волосы и осторожно коснулся губами ее лба.
— Тем, что ты была.
Из гостиной слышалась музыка, и смеялись над чем-то дети. Показалось, что над их глупостью…
— Тьен, можно тебя попросить?
— Все, что угодно.
— Ты не мог бы сейчас уйти?
Растерявшись, он даже не подумал удержать ее, и девушка отошла к окну. Поправила стоявший на подоконнике цветочный горшок, из которого торчали острые пятнистые листья незнакомого шеару растения.
— Пожалуйста. Я устала и выпила слишком много вина. Увидимся завтра. Ты же заедешь за Люком?
— А… торт?
Софи обернулась, и он с облегчением вздохнул, увидев улыбку на ее лице.
— Я заверну тебе кусочек с собой.
Глава 19
Посещают порою мысли, которые, спроси тебя кто-нибудь о них, крайне сложно внятно сформулировать, до того они смутные и размытые, то ли ни о чем, то ли обо всем сразу. Но еще труднее от подобных мыслей отделаться. Чем бы ни занимался, как бы ни старался отвлечься, они с тобой. Словно надоедливая мошка зудит над ухом, и не жалит, и в покое не оставляет.
Эйнар промучился день, кое-как пережил ночь, а едва первые лучи солнца пробрались в комнату, решился.
В конце концов, отец не запретил. А если бы и запретил… Хватит, не маленький уже. И так долго держался в стороне, делая вид, что не понимает, что творится вокруг. Хотя не понимает же…
Но попробует разобраться.
Пришел в этот раз открыто. С первой секунды понял, что его услышали, и прислушался сам, выискивая, откуда докатилась волна недовольства.
— Что ты здесь делаешь? — спросил Этьен, когда Эйнар, определив местоположение брата и убедившись, что тот один, вышел рядом с ним на покатую, крытую ребристым шифером крышу.
— А ты?
Третий шеар Итериана сидел, прислонившись к закрытой чердачной дверце, в компании драного серого кота и, судя по всему, планировал пробыть тут до утра.
— Закатом любуюсь, — ответил он.
— Было бы чем, — Эйнар присел невдалеке и всмотрелся в потемневшее, раскрашенное винными потеками небо. Картину вечерней зари изрядно портили наползающие на нее разбитые крыши, уродливые трубы и повисший над фабричными кварталами смог. — Какой в городе закат?
— Какой есть, — отозвался Этьен. — Так зачем явился?
Об угрозах он не вспомнил, да и вообще, если сравнивать с прошлой встречей, казался почти дружелюбным. А причина столь благостного расположения была несколькими этажами ниже — Эйнар заметил ее, по оставшейся с недавних войн привычке обшарив окрестности, узнал и уже не удивлялся месту, облюбованному братом для ночлега.
— Хотел извиниться за вчерашний визит, — начал он.
— Извинения приняты, можешь идти, — тут же закончил Этьен.
— Вообще-то я думал, мы сможем поговорить.
— Не о чем, — отрезал брат, мрачнея на глазах. Или это солнце уже спряталось за крыши?
— Ты со всеми так или только со мной?
— Не только. Но ты в числе избранных.
Нет, солнце тут ни при чем. А казалось, в этот раз удастся пообщаться.
— Это из-за отца? — поинтересовался наследник уныло.
Брат покосился в его сторону и насмешливо хмыкнул:
— Эйнар, сколько тебе лет? У меня чувство, что я конфету у ребенка отбираю.
— Я не ребенок, — насупился младший шеар… или старший, тут смотря как считать. Если не от дня рождения, а по прожитым годам…
— Оно и видно, — ухмыльнулся Этьен. — Ладно, я сегодня добрый. Говори.
— Что? — растерялся Эйнар.
— Что собирался. Ты же поговорить пришел. Вот и говори.
— Я хотел спросить…
— Спрашивай, — разрешил брат. — Отвечу. На три вопроса.
— Почему всего на три?
— Потому что в сказках обычно так. Три желания, три вопроса. Вот я и ответил на первый.
Возмутиться или возразить Энар не успел: с хрустом расколов шифер, в крышу между ним и Этьеном ударило копье с широким наконечником. Знакомое такое копье.
Братья непроизвольно переглянулись и разом обернулись к владелице оружия.
— Что? — сильфида недоуменно свела брови к переносице, прочитав что-то неодобрительное в глазах командира. — Ты же сказал, что не желаешь больше его видеть.
— Хм… — Этьен задумчиво потер подбородок. — Ну, во-первых, ты опоздала, и я его уже увидел. Во-вторых… ты промахнулась.
— Могу получше прицелиться, — пробурчала девушка.
— В другой раз.
Эйнар не понял, шутка это или приказ. Хотелось верить, что первое.
Эсея выдернула копье, и оно растворилось в воздухе. Без него она выглядела обманчиво хрупкой и беззащитной.
— Если что, я буду рядом.
— Нет, ты будешь где-нибудь подальше. В гостинице, например.
— Но…
— Не обсуждается! — сердито рявкнул Этьен.
Сильфида зло сверкнула глазами (в сторону Эйнара почему-то) и исчезла, как за минуту до этого ее оружие.
— Наглая девица, — заметил наследник. — Как ты ее терпишь?
Брат поглядел на него с раздражением, в следующий миг сменившимся едкой усмешкой.
— Итак, твой второй вопрос: как я ее терплю?
— Нет, это издевательство какое-то! — Эйнар в сердцах ударил кулаком по крыше и проломил шифер с другой стороны от себя. — Нельзя так разговаривать.
— Я тебя не держу, — равнодушно произнес брат.
— Ладно. Рассказывай про свою сильфиду. Может, и я научусь сносить неповиновение свиты. Правда, мне такое умение ни к чему, меня, в отличие от тебя, уважают и перечить не смеют.
— Кишка тонка, — снисходительно бросил Этьен.
— У ко… гм… — Хорошо, что не договорил, а то зачлось бы как третий вопрос.
— У тебя, младшенький, кишка тонка. Думал поддеть? Так мне твои поддевки до задницы. Пусть тебе твоя свита хоть ноги языками моет, но мои, они — мои, ясно? Все вместе и каждый в отдельности. А что касается Эсеи, то она на особом положении, и тебе за вчерашнее надо бы навалять как следует. Но раз уж ты в каком-то смысле мой брат, вас это, можно сказать, уравнивает.