Пепельная Пустошь: Новая земля (СИ)
Похоже, «Фудком» ещё работал, - едва Гедимин перешёл очередной ручей, как увидел вырубленный дочиста подлесок и свежие зарубки на стволах больших деревьев (их пытались свалить, но не вышло). Некоторые ивы и Деревья Ифи не досчитались нижних ветвей. И в этот раз стена тростника вдоль воды потеряла в толщине – всё, что росло у берега, «зачистили». А когда на горизонте появилась глинобитная крепость на пригорке, тростник расступился, открывая забросанные ветками подходы к воде. Здесь, на юге, утренняя кромка льда была ещё узкой – но и её недавно сбили, а в воде вдоль тростников белели поплавки. Пустые выцветшие контейнеры колыхались у берега, отмечая, где поставлены сети. Из-за цепочки поплавков высунулся Агва, сердито ощерился и снова нырнул. На поверхность выглянул с острой палкой в руке. На палку был насажен просверленный кусок фрила, оклеенный камешками для утяжеления.
- Вдоль сетей понаставили, - Агва без видимого напряжения помахал деревяшкой и, переломив её на весу, вышвырнул на берег. – Лучше б плетение реже пустили! Никакого соображения…
- Отойди-ка… - Гедимин потянулся было к сфалту, но сообразил, что в сетях живые существа, и в кипятке они вряд ли выживут. Он «посветил» на воду лучевым сканером и беззвучно выругался. Поплавки на воде не зря подёргивались не в такт волнам – в мелкоячеистую сеть набилось с полсотни мальков. Рыбы, годной хоть на что-то – с сарматский палец длиной – Гедимин не нашёл. «А это что? Молодь трило… квейтосов?» - на экране шевелились, пытаясь прогрызть сеть, белесые угловатые пятна. «И на кой тарконам такая добыча? Ирренция в организме не хватает?»
Он шагнул в воду, по дороге переломав и выворотив колья с утяжелителями – заграждение против Агва. Озёрный житель уже бултыхался у соседней сети – Гедимин видел, как дёргаются поплавки, и по воде идёт муть. Наклонившись, сармат сорвал плетёнку с кольев-креплений, вытряхнул всё, что внутри накопилось (ил у ступней заколыхался – мелюзга рванула во все стороны), и поднял опустевшую сеть над водой, разглядывая плотное плетение. Оно было чуть реже, чем у рыхлой ткани, - это была даже не сеть, а мягкостенный короб с мелкими дырочками. «Зачем такую-то мелюзгу выцеживать?» - Гедимин тронул когтем ячею. «Сюда разве что планктон выплывет. Понятно, почему Агва взбесились…»
Сеть-«короб» кто-то плёл старательно, из всего, что попалось под руку – от обрывков истрёпанного скирлина до луба, корней злаков и волоса Ифи. Гедимин подумал мельком, что на сеть с «разумной» шириной ячеи ушло бы меньше материала – а у тарконов волокно явно было в дефиците. Тут с берега заорали.
Пока сармат изучал одну сеть, Агва (не один – на помощь, расчищать заграждения, приплыли ещё трое) успел вывернуть и порвать две соседние. Их ошмётки теперь валялись на «мостках» из накиданных подгнивших веток. Гедимин свернул уцелевшую сеть, забросил на плечо и вскинул над водой защитное поле. Вовремя – два копья отрикошетили от купола и улетели в тростники.
- Эй, на суше! – крикнул сармат, сделав шаг к берегу. Мимо ступни пронеслась ещё стая освобождённой молоди – рыбы, рачки, квейтосы… Из воды вынырнул с сетью в зубах Агва. Его глаза горели синим огнём. На берегу завизжали.
- Дай сюда, - Гедимин протянул руку за сетью. – Всё вытряхивай, но плетёнки не рви. Попробуем поговорить.
- Ага, пробуй, - Агва выплюнул надгрызенную сеть и недобро оскалился. – Теперь видишь, что тут творят? А эти, на севере, - «без драки, без драки»… Затопить по лысые макушки!
- Мастер-сармат! – с берега, не ступая на мокрый настил, выглянул в проём в тростнике таркон с копьеметалкой. Руки по локоть и ноги по колено были вдеты в лубяные раструбы, укреплённые тонкими дощечками. Скирлина, сшитого по кускам, и грубой ткани из волоса Ифи хватило на рубашку до середины бедра и намотку из узких полос на голову. С оголённых участков тела свисали клочки белесой кожи. Холод таркона не беспокоил – но вот касаться воды пришелец не хотел.
- Да, я, - Гедимин помахал сетью. – Крикни своим – убрать оружие, отойти от берега!
В тростниках изумлённо вскрикнули.
- Мастер-сармат! – таркон указал пучком дротиков на обрывки сетей на мостках и колыхающуюся воду. Агва из озера больше не выглядывали – только волны выкидывали на берег оборванные поплавки, обломки деревяшек и пустые плетёнки. Водяные жители слово сдержали – сети больше не грызли, только отрывали все крепления. Кто-то из «одоспешенных» тарконов поддел острогой мокрую сеть, выдернул её на сухой берег и возмущённо заорал.
- Водяные демоны на нас напали! Ты с ними заодно?!
- Да, - Гедимин положил ладонь на приклад сфалта. – Они хотят затопить Ликану. А я – пока нет. Так будем по-хорошему или по-плохому?
Сармат надеялся, что бластеров и гранат у ликанцев в самом деле не осталось, и смастерить из подручных материалов тоже не вышло, - иначе Ликану пришлось бы не топить, а выжигать. Но таркон переглянулся с сородичами, скрипнул зубами и повесил дротики на перевязь.
- Ладно. Ты говоришь с hantash, воинами Ликаны! Прикажи своим демонам не трогать наши сети!
- Ваши сети не годятся для рыбалки, - отозвался Гедимин, глядя, как волны выносят на берег ещё одну пустую плетёнку, а следом – острый обломок заградительного колышка. Основание с утяжелителем Агва, похоже, закинули на глубину. Сармат криво ухмыльнулся, вспомнив устройство этих «конструкций». Тарконам (если они снова возьмутся за своё) предстояло много работы…
- Чем это плохи сети Ликаны?! – вскинулся другой таркон. Выбравшись из воды, Гедимин увидел, что на берегу собралось десятка два «воинов» в лубяных поножах и наручах – кто с копьеметалкой и дротиками, кто с длинным гарпуном. Ещё столько же стояло и висело на глинобитных стенах, глазея на сармата. Про бурлящее озеро и закиданные сетями мостки все забыли – только Агва «чистили» мелководье. «Ни одной сети с крупной ячеёй,» - отметил про себя Гедимин. «Рыбалку тарконы освоили. Только, походу, решили всё озеро вычерпать. М-да, научил технологиям, называется…»
- В них попадает мелюзга и попусту гибнет, - буркнул сармат. – На кой вам мальки длиной с ноготь?
- Благословенный «Фудком» нуждается в подношениях, - отозвался таркон; судя по пяти рядам бус на груди, рубахе до колен и пластинам фрила на «доспехах», это был «офицер». – Из вод Ликаны мы берём всё, что нужно Ликане – как и с её земель. А кто ты, говорящий от имени озёрных демонов? Раньше ты помогал Ликане!
Гедимин угрюмо сощурился.
- И сейчас помогаю – не быть затопленной. Кто сейчас главный в Ликане? Эти ваши… жрецы? Крикни им, чтобы шли сюда. Некогда мне лазать по вашим норам.
- Жрецы?! – таркон коротко хохотнул. Отчего-то развеселились и остальные «воины». Кто-то замахал руками в сторону крепости. Несколько секунд – и ещё пятеро «офицеров» двинулись к берегу. Самый «нарядный» был в кожаном нагруднике с очень знакомой светло-зелёной чешуёй.
- Мы, hantash, - вожди Ликаны по праву, - «чешуйчатый» сложил руки на груди, но Гедимин видел, как его пальцы и складчатые веки мелко вздрагивают. – Ты говоришь о жрецах, tiichash? Мы помним – ты был здесь, когда они правили. Эти ничтожества обманули нас, воинов, назначили себя голосом богов и их избранниками. Больше они нам не вожди. Священный «Фудком» теперь храним и питаем мы, hantash, а он даёт пищу всей Ликане. Даже и этим ничтожным watarash!
Он махнул гарпуном в сторону пустоши с выкошенной травой. Там, метрах в двадцати от «воинов», съёжилось что-то белесое. Гедимин пригляделся и ошалело мигнул. Группа тарконов, раздетых догола, сидела на земле, прижимая к себе комья сухой травы… точнее, не комья – длинные плетёные чехлы, многослойные, простёганные «нитью» из плохо сплетённого растительного волокна. «Что-то вроде высоких сапог и рукавиц,» - определил Гедимин. «Смазано жиром… Местные гидрокостюмы?!»
- Встань! – «воин», стоящий поодаль, ткнул гарпуном в сторону ближайшего из watarash. – О тебе говорят, тухлая рыба! Встань, пусть чужак увидит, что бывает с обманщиками! Вы назывались вождями, говорили от имени мёртвого бога? Всем вам, всем вашим отродьям никогда не подняться выше watarash! Даже участи жалких kinnash вы не достигнете!