Последний в списке (ЛП)

Через несколько секунд я чувствую солнечный свет на своем лице, когда выныриваю из воды, хватая ртом воздух и сильно кашляя. В животе бурлит, а вода, которую я проглотила ранее, грозит вырваться обратно. Одна из моих грудей освобождается от хватки, и я оборачиваюсь, чтобы с ужасом обнаружить, что это отец Эверли плывет за мной к мелкому концу бассейна.
— Эверли, иди внутрь и принеси аптечку из моей ванной! — кричит его глубокий голос, но он звучит приглушенно, потому что вода попала мне в оба уха.
  
Наконец мужчина достигает мелководья и встает, поднимает меня на руки и направляется к ступенькам бассейна.
О, боже, что происходит? Я опускаю взгляд, когда мое тело полностью выныривает из воды. Как, черт возьми, этот человек выносит меня из бассейна прямо сейчас? Я же... не легкая!
Через несколько секунд меня опускают в шезлонг, и, подняв глаза, я вижу силуэт Макса Флетчера, стоящего передо мной в насквозь промокшей рубашке, галстуке, брюках и ботинках. Его розовые соски торчат сквозь прозрачную рубашку, и я потрясена. Только этим и можно объяснить, почему я не могу отвести глаз от его влажной точеной груди.
Опускаю взгляд и вижу, что платье прилипло к моим изгибам, и с ужасом обнаруживаю, что одна из моих сисек вылезла из бикини и почти полностью обнажена через V-образный вырез платья.
— Черт, — бормочу я, незаметно засовывая свою слишком большую для ее собственного достоинства грудь обратно в клетку.
— Ты не умеешь плавать? — сердито рычит на меня голос мистера Флетчера.
— Эм... я умею плавать по-собачьи, — хриплю я, выкашливая последние капли жидкости из легких.
Спускаю ноги с шезлонга, наклоняюсь вперед, чувствуя себя так, будто меня вот-вот стошнит, и убираю волосы с лица.
— В твоем резюме сказано, что ты умеешь делать искусственное дыхание, — громогласно рычит на меня мужчина.
— Я знаю, как делать искусственное дыхание, — огрызаюсь я, потому что он кричит на меня, а я не люблю, когда на меня кричит взрослый мужчина через несколько минут после того, как я чуть не умерла. — Вы ведь знаете, что можно получить сертификат по оказанию первой помощи, не умея плавать?
— А что бы ты сделала, если бы мой ребенок начал тонуть? — Его скульптурная грудь вздымается от ярости.
— Не знаю! — кричу я, отрывая взгляд от его грудной клетки, чтобы посмотреть в его потемневшие глаза. — У вас есть большой шест?
Его лицо искажается.
— Большой шест?
— Имею в виду спасательную штуковину! — уточняю я, теперь мой мозг еще больше проясняется.
Я встаю, чтобы получить хоть какое-то преимущество, но мужчина все равно возвышается надо мной во всей своей красе — более шести футов ростом и с широкой грудью. Я никогда не чувствовала себя маленькой при росте пять футов восемь дюймов, но Макс Флетчер должно быть, выше шести футов и двух дюймов, если в этот момент я чувствую себя ребенком, которого ругают. Я выпячиваю грудь, подражая ему, и замечаю, как его глаза на мгновение задерживаются на моей груди, прежде чем он поднимает взгляд.
— У большинства спасателей пристегнуты спасательные круги, поэтому, когда они прыгают в воду, чтобы спасти кого-то, им не приходится лапать сиськи своей жертвы.
Мистер Флетчер бледнеет, его руки сжимаются в кулаки, а взгляд опускается вниз. Он прочищает горло, выглядя теперь не таким сердитым.
— Мне очень жаль. Я не хотел... — Он делает паузу и отводит взгляд в сторону, позволяя мне полюбоваться его точеной челюстью в профиль. У него хватает наглости быть таким привлекательным, будучи первоклассным засранцем. — Я поднял глаза от своего стола как раз в тот момент, когда Эверли притянула тебя к себе, и я не думал. Просто отреагировал.
Его лицо выглядит измученным, и теперь я чувствую себя виноватой из-за того, что злилась на человека, пытавшегося спасти мне жизнь. Все это происшествие, вероятно, является серьезным основанием для увольнения для этого парня.
Я скрещиваю руки на груди и нервно сглатываю.
— Простите, что не предупредила о том, что плохо плаваю. Я полагала, что то, что Эверли состоит в команде по плаванию, означает, что шансы на то, что мне придется ее спасать, ничтожно малы. Но должна сообщить, что в объявлении о вакансии не было сказано, что мне нужна подготовка спасателя.
Мистер Флетчер щипает себя за переносицу.
— Непростительная оплошность с моей стороны.
Он выглядит так, будто уже принял решение, и я чувствую себя ужасно. Я уже распаковала все свои вещи. И мне нравится этот крошечный домик. Это самое приятное место, в котором я когда-либо жила. Моя сестра с ума сойдет, если я приползу к ней домой после одного дня работы.
Я тереблю мочку уха, чтобы вылить из него воду, и морщусь, почувствовав боль в затылке.
— Черт, — бормочет он себе под нос и встает позади меня. — Ты ударилась головой, входя в воду? Возможно, у тебя сотрясение мозга. — Мужчина протягивает руку, чтобы осмотреть мою травму, и я вздрагиваю, когда тепло его тела прижимается к моей спине. И вдруг я чувствую головокружение по совершенно другой причине.
— Я в порядке, — хриплю я, ловя себя на том, что прижимаюсь к его телу в поисках утешения. Пытаюсь отстраниться, но он назойливо следует за мной. — У меня ведь нет крови?
Я протягиваю руку, чтобы дотронуться до ушибленного места, и его пальцы касаются моих, а другая его рука ложится на мою талию. Его пальцы сжимают мои изгибы, удерживая меня на месте, и мне приходится подавить вздох, когда поток жара чуть не взрывается у меня между ног.
Его голос мягкий и бархатистый, когда он отвечает:
— Открытых ран я не вижу, но у тебя приличная шишка.
Я облизываю губы и киваю.
— Малышка сильнее, чем кажется.
Мистер Флетчер выдыхает через нос.
— Это было ужасно безрассудно с ее стороны. Эверли знает, что это небезопасно. — Его тон суровый, и мне вдруг хочется, чтобы он снова был направлен на меня, а не на Эверли. — Прости, что накричал на тебя. Не думал, что ты пострадала. Нам нужно обратиться к врачу. Мой друг Джош — врач в городе. Я могу отвезти тебя в его частную клинику.
— Боже, нет, я в порядке. — Я вытираю воду с лица и поворачиваюсь, мгновенно ощущая потерю его прикосновений и замечая искреннее беспокойство в его глазах. Я улыбаюсь в подтверждение того, что буду жить. — Я выросла на ферме. Мы сделаны из более прочного материала, чем большинство других.
Мужчина на мгновение задерживает взгляд на моих глазах, и я клянусь, что они превращаются из ярко-голубых, как у Эверли, в темно-синие. Почти индиго. Они сужены и обрамлены длинными темными ресницами, которым не место на мужчине со светлыми волосами. Я быстро окидываю взглядом его лицо, отмечая тревожные морщинки, которые залегли в центре лба. На носу у него слабая россыпь веснушек, которую я раньше не замечала. Наверное, потому, что была слишком занята, разглядывая щетину на его квадратной челюсти, поросшую светлыми, темными и седыми волосками. И эти губы. Эти полные губы выглядят такими мягкими, что у меня возникает странное желание протянуть руку и ущипнуть их, чтобы узнать, каковы они на ощупь.
Я сглатываю комок в горле, и мой голос становится едва слышным шепотом:
— Если хотите уволить меня, я пойму.
Между бровей мистера Флетчера появляется морщинка, когда его взгляд опускается к моему рту. Он облизывает губы, чтобы ответить, когда откуда-то издалека доносится странный шум, и мы оба поворачиваем головы в сторону дома, заставляя меня вздрогнуть, когда боль пронзает шею.
Я замечаю Эверли, сидящую на ступеньках веранды с аптечкой первой помощи рядом с ней. Она свернулась калачиком, зарывшись головой в руки, и судорожно всхлипывает.
  
— Черт, — бормочет мистер Флетчер, делая движение, чтобы подойти к ней.
— Позвольте мне. — Я хватаю его за предплечье и чувствую легкое головокружение то ли от того, что чуть не утонула, то ли от соприкосновения кожи с кожей после того, как мысленно запечатлела в памяти его красивое лицо. Я отдергиваю руку и поспешно говорю: — Уверена, она чувствует себя ужасно, и только я могу ее простить.