Сплоченные нитью (ЛП)

— Я тоже, — тихо говорю я. Мне дико хочется сказать, что схожу по ней с ума, что молюсь всем богам, чтобы меня оставили в «Линдхерсте». Но я не могу, потому что жду момента, когда она поймёт, что заслуживает большего, чем я могу ей дать. Поэтому просто добавляю: — С учётом всей этой таблоидной шумихи, может, просто скажем близким, что мы встречаемся?
— Мне кажется, это правильно.
  
— И, может, я останусь у тебя. Если ты не против, что я встаю в 4:45?
— А ты не будешь ворчать, если мои стримы затянутся за полночь?
— Думаю, справимся.
— Мне нравится. Значит, нужно дать тебе запасной ключ. — Она прижимается ко мне. — Когда вернёмся, всё будет по-другому.
Знакомое беспокойство возвращается, разрушая наш маленький уютный мирок под сеткой.
— В каком смысле?
— Ну, последние дни дома я поняла, что соцсети мне были не нужны. Мне требовалась эта перезагрузка. Я слишком много власти отдавала тем хамам, и больше не хочу так.
Она проводит пальцами по моей щетине.
— Какие у тебя планы, милая?
— Я не хочу бояться публичности. Да, таблоиды принесли кучу ненависти, но статья в «Stone Times» о моих шапках дала толчок моему бизнесу. Так что, в каком-то смысле, медиа помогли мне.
— Не могу сказать, что испытывал нечто подобное, — ворчу я, и в груди клубится тревога. — Но я тебя понимаю.
Все вокруг — от Чарли до Мэл — использовали токсичную прессу себе на пользу. Чарли вернулся в основной состав. Мэл получила место на «Lust Island» и роль жертвы после моего стрима. Кажется, все умеют крутить таблоиды в свою пользу, кроме меня. Но мне это неинтересно. Этим стервятникам не нужно ещё капли моей крови.
— Твоя семья, кажется, спокойно ко всему этому относится. От заголовков не убежишь, а я, как видишь, далеко не убегу.
Она подталкивает меня, пытаясь разрядить обстановку.
— Никто из них не проходил через то, что прошёл я.
— Ты прав. Даже представить не могу, каково тебе было после жестокости Чарли, — говорит она, и её губы дрожат. Впервые её понимание кажется мне жалостью. Хотя, наверное, это просто мой страх говорит. — И, честно, то, что случилось с тобой и со мной, заставило меня задуматься: я хочу использовать свою платформу, чтобы помогать людям бороться с кибербуллингом.
Дафна Квинн — святая.
— Тебе уже говорили, что ты невероятная? Сильная, целеустремлённая. Я тобой горжусь.
— Мне нравится, когда ты говоришь такие вещи, — хихикает она.
Я колеблюсь перед следующими словами — они кажутся важными.
— Я не хочу тебя сдерживать. Хочу поддерживать тебя во всём, но…я не готов снова выходить в свет после всего, что было.
Худшее, что может случиться — это если мой скандал и позор окажутся рядом с её заслуженным успехом. Может, в этом наши миры несовместимы.
— Кэмерон, если ты хочешь оставаться в тени, я не против. — Она находит мою руку и останавливает мои нервные движения, которых я даже не осознавал. — Надеюсь, когда мы вернёмся, выйдут только статьи о моих проектах и твоём футболе.
Она права. Я могу снова игнорировать таблоиды. Главное — вернуться в игру и выиграть Премьер-лигу. Я хочу стать лучше для команды. И для неё.
— Кстати, о футболе…Не знаю, смогу ли играть до конца сезона. Последнее, что я слышал от клуба — сообщение от агента, что она поговорит с тренером. Но по правде, я заслужил скамейку.
В «Овертоне» Росси без колебаний высадил бы меня на недели. Я знаю, что я хороший вратарь. Один из лучших. Но даже его критика поселила во мне голос сомнения.
— Не говори...
— Нет, это так, — перебиваю я. — Я действовал эгоистично. Позволил эмоциям взять верх, и теперь команда не может доверять мне на поле. Если не исправлюсь, карьере конец.
— Это не может быть правдой.
— Правда. Они пытались принять меня, а я снова оттолкнул их. Они даже не смотрели на меня в раздевалке.
— Тебе просто нужно поговорить с ними. Если они узнают, что было с Чарли, они не осудят тебя.
— В том-то и проблема. Я не знаю как. И будут ли им вообще небезразличны мои оправдания. — Я вздыхаю, проводя свободной рукой по сетке над нами.
— Не списывай их со счетов, — мягко, но твёрдо говорит она. — Твоё прошлое — не твоя суть. Суть в том, какие шаги ты делаешь после. Вот где ты находишь себя.
Я киваю.
— Ты права.
Сейчас мне терять нечего…кроме контракта, карьеры и всего, ради чего я жил.
— Можно я приду в ваш следующий кружок вязания и попробую загладить вину там?
— Думаю, это хорошая идея. Там будет Таму и твоя защита.
Ладно. С этого можно начать. Правда, я не в курсе их реалити-шоу.
— Вы будете смотреть «Lust Island»?
Меня передёргивает. Мысль о том, чтобы видеть свою бывшую «почти-девушку» на экране, пока я пытаюсь наладить отношения с командой, звучит как ад.
— Нет, глупыш. Шоу уже кончилось. Победила участница, за которую я болела — Джорджия Вудс. — Она улыбается. — Теперь смотрим «The Great British Bake Off». Очень простое шоу.
— Ладно. — Я вздыхаю. — Для меня это будет сложно. Я не умею делиться чувствами.
— Да, и извиняться ты тоже не мастер, — дразнит она.
— Эй!
Я перестаю играть с её волосами и щекочу её в бок.
— Шучу! Слушай, я видела, что ты способен открываться. Начни с малого, я буду с тобой. Будь честным. Говори от сердца.
А если они используют мой стрим против меня? Или решат, что я лгу? Или что я слабак?
— Может, ещё подарки им куплю. Тебе же понравилась машина для мягкого мороженого, так что... — Я замолкаю, голос дрожит. Сомнения гложут меня.
— Не помешает.
Я перебираю варианты.
— Новый телевизор для всех?
— Думаю, нужно что-то более личное.
Она поднимает подбородок, и свет падает на её шею.
— Точно.
— Покажи, что ты их знаешь. Дело не в грандиозных жестах — важны мелочи. Дай им понять, что они важны для тебя.
— Ну…Я заметил, что Тэ-У... — начинаю я.
— Может, начнём с того, что будешь называть их по именам? — предлагает Дафна. — Они друг друга по фамилиям не зовут.
Это легко.
— У Джунга всегда новые кроссовки и куча дизайнерских штук. Может, купить ему крутые кеды?
— Да! Идеально! — она одобрительно кивает. — Знаешь, Свен сильно тоскует по дому. Может, привезёшь ему что-то из Норвегии?
— Могу заказать корзину с национальными вещами.
— Только добавь туда что-нибудь для меня. — Она подмигивает.
За несколько минут мы придумываем подарки для остальных. Данте поможет с VIP-пропуском для Омара в самый модный клуб Лондона. Ибрагиму — билеты на фестиваль вроде Tomorrowland. Таму коллекционирует часы, а у меня есть знакомый, который обслуживает мои Rolex — он поможет.
Надеюсь, этого хватит, чтобы показать, что я готов меняться. Это может стать началом исправления.
— Спасибо, Дафна.
— Не за что. — Она снова ложится на траву, заплетая пальцы в сетку. Запах свежей травы напоминает мне дом. Она напоминает мне дом. — Ты, оказывается, большой сентиментальный романтик.
— Не уверен в этом.
— Ну, ты всё-таки привёл меня обратно к звёздам, — говорит она.
— Я покажу тебе ещё многое.
Месяцы с ней помогли мне заново открыть чувства, которые, казалось, были потеряны. Счастье. Настоящее, чистое счастье. И безопасность. Доверие. Даже простые вещи — удар мяча о перчатку, азарт в раздевалке после победы, вкус утреннего протеинового коктейля. Даже тихие прогулки на тренировку в лондонских утрах — всё стало лучше.
Дафна Квинн раскрасила мой мир в яркие цвета, и я чёртовски постараюсь не дать ему снова потускнеть.
  
Глава 30
   
Кэмерон
Я нежно отодвигаю прядь волос с лица Дафны. Она лежит на подушках моей детской спальни, ровно дышит, устроившись ногами между моими и крепко сжимая моё предплечье. Пятнышко под её правым глазом привлекает моё внимание. Морщинки на лбу, ямочки на щеках, густые ресницы и эти пухлые губы…Идеальная.