Науа-Ацтек. Книга вторая (СИ)

Нет, что-то, отдалённо похожее, они применяют: к широко используемой в Мезоамерике извести, для придания термостойкости, добавляют шамот. И именно этим раствором скреплены все кирпичные плавильные печи, так как только он выдерживает, порой очень экстремальные, температуры.
Ещё экспериментаторы ОсКорп обнаружили, что, если мешать чистую известь, доставляемую с берегов озера Тексоко, с шамотом, после чего обжигать всё это на прожжённом угле, который Освальд решил называть коксом, то получается очень хороший материал, обладающий впечатляющими свойствами. Всё дело было в температуре обжига, как показала практика.
Предстояло выяснить, можно ли заливать полученный состав в формы и строить, наконец-то, хоть что-то приличное. Но на это нужно время и люди, а Ос, в жажде наживы, задал приоритет именно футбольному стадиону.
Это можно было легко решить наймом новичков, но у них и так зарплатный бюджет самый высокий в городе, поэтому нужно дождаться увеличения прибыли, которую может, практически сразу, дать футбольный стадион.
— Теперь о твоих делах с кузнецом Платотлем, — вновь заговорил Хуицилихуитл. — Кузнец Тавитль жаловался, что ты дал ему некий новый уголь, из-за которого у него сгорела печь.
— Мы решаем проблему, — заверил его Освальд. — Это был экспериментальный уголь, который даёт очень большой жар, что должно хорошо показать себя.
— Тавитль теперь тратит время на то, чтобы построить новую печь взамен потерянной, — недобро посмотрел Эль Президенте на Освальда. — У нас острая нехватка стали, поэтому выдели людей и отправь их помогать Тавитлю. Мне важно, чтобы у меня была сталь для аркебузов, а также сталь для всего остального. Ты понимаешь, что мы в опасности, Освальтль?
— Да, понимаю, — кивнул Ос. — И я работаю над тем, чтобы стали было ещё больше. Новый уголь…
— Мне нужны не слова, а результаты, Освальтль, — прервал его Хуицилихуитл IV. — Нужны деньги — проси, я дам. Нужны ресурсы — выделю. Если тебе удастся увеличить количество ежедневно делаемой стали — тебе не придётся ничего возвращать.
Причин для беспокойства было предостаточно.
Во-первых, испанцы никуда не делись. Они сидят на островах и в Латинской Америке, откуда продолжают везти золото и серебро в Европу. Про Мексику разные слухи ходят, поэтому собираются отряды конкистадоров, которые щупают, время от времени, южные города.
Во-вторых, монополярный мир просто не мог существовать вечно. Пурепеча, во главе с королём Тангахуаном II и его дочерью, принцессой Эрендирой, собирают антиметцтитланский блок из окружающих племён и городов. К ним присоединились, преимущественно, все чичимеки, по землям которых огнём и макуахуитлем прошлись исходящие ацтеки, а также ряд городов, такие как Остоман, Тлачко, Тепекоакуилько и Сиуатлан. Последний называют Городом Женщин, так как там сейчас живёт около девятисот женщин и сотня с лишним мужчин. Сомнительная военная сила, но зато у них много жемчуга и золота. Если последнее никому не нужно, то жемчуг дружно любит вся Мезоамерика.
Только вот, по сведениям от странствующих торговцев, Сиуатлан был захвачен Франсиско Писсаро, после чего подвергнут разграблению. И всё награбленное было доставлено прямиком в Веракрус, где вновь в изобилии завелись испанцы.
Из Веракруса сказочные богатства были, мытьём-катанием, отправлены на Кубу, о чём сообщил Панфило де Нарваэс, отправив почтовый шлюп в Туспан. Дело было небезопасное, но Ос был благодарен за такие сведения.
Ещё Панфило сообщал, что у него уже долгие месяцы идут тёрки с местной администрацией, которая настраивает против него вице-короля. Диего Веласкес де Куэльяр — так звали основную проблему Панфило. Диего Веласкес пытался свалить де Нарваэса различными способами, но из-за очень неудачной попытки заказного убийства Веласкес был разоблачён и попал под суд. Вице-король не стал лично судить заслуженного аделантадо, поэтому Веласкеса отправили в Кастилию. Освальд, теоретически, мог с ним пересечься, так как они были в Кастилии примерно в одно и то же время.
 
Веласкес, в итоге, был оправдан — большие шишки вступились за него перед королём, поэтому вернулся на Кубу на двух кораблях с тысячей непуганых конкистадоров и задачей любой ценой привезти в Кастилию тонны золота и серебра, так как королю Карлу V нужны были деньги. Много денег.
И Панфило опасался, что следующей целью Веласкеса может стать Мезоамерика, про которую ходят весьма неоднозначные слухи.
Веракрус — несбывшаяся мечта Освальда. Он-то уже давно хотел грабануть этот город и забрать стоящие там корабли, но всё, как-то, не судьба была.
То там брюшной тиф вырезал большую часть испанцев, заставив корабли уйти в море, то, внезапно, появилась возможность съездить в евротур…
Сейчас там стоит испанский форт, прикрывающий пристань.
Но проблема Веракруса в том, что он не самый удачный путь вхождения в Мезоамерику. На побережье слишком мелко для галеонов, а там, где не мелко, очень неудобно ставить город. Поэтому Освальду было выгодно, чтобы испанцы высаживались в Веракрусе, так как продвижение вглубь будет осложнено наличием Тласкалы.
Тласкала — это неприятные земли, в которые Освальд ни за что добровольно не полезет. Впрочем, Хуицилихуитл IV был схожего мнения, так как даже не рассматривал военную экспансию, предпочтя слать послов с дарами. Ведь если испанцы решатся на серьёзный шаг, то именно Тласкала будет получать по щам в первую очередь. Желательно было её замирить и пригласить в Метцтитланский Союз.
Негативным фактором, портящим международные взаимоотношения, были распускаемые пурепеча на всю Мезоамерику слухами, дескать, Метцтитлан позиционирует себя как наследник Империи Ацтеков, поэтому с этими мудаками лучше дел не иметь, до добра не доведёт.
Но все причастные знают, что Хуицилихуитл IV ненавидит ацтеков и всё ацтекское. Большей ненависти от него удостоились только микробы.
Но народная молва распространяется, и кое-кто уже отказался от вступления в Союз, прекрасно помня владычество ацтеков.
Вообще, Тласкала — это сложный вопрос. Область горная, местами холмистая, равнин мало, поэтому они растят маис на холмах, куда подвели продвинутую, по нынешним временам, ирригацию. Ребята там живут воинственные, впрочем, как и везде в Мезоамерике.
Только коренным отличием от того же Метцтитлана является то, что в Тласкале тетрархия. Есть четыре владения: Тепетикпак, Тисатлан, Окотелулько и Киауизтлан. У каждого владения есть свой независимый вождь, но они все, вроде как, действуют сообща, принимая ключевые решения на совете. Поэтому, линия партии у них, вроде бы, одна, но договариваться надо с каждым по отдельности. И даже в том случае, если всё же решишь потратить в четыре раза больше времени на дипломатию, выяснится, что у вождей власть не автократичная, а тоже есть советы старейшин, которые за что-то отвечают и имеют свои интересы. В итоге, выходит сложная структура, чем-то похожая на древнюю республику, где интересы отдельных групп населения, то есть кланов, представляют старейшины, а их интересы представляет вождь, интересы которого представляет тетрархия.
Запутанно, сложно, поэтому Освальд в тонкости дипломатии не лез. С Тласкалой пытался договариваться Кортес, высадившийся на берега Мексики и основавший многострадальный Веракрус. Сначала тласкальцы решили потрясти пришельцев на предмет полезностей, поэтому два раза огребли от не понимающих шуток испанцев, а потом, когда возникла угроза уничтожения их городов, внезапно стали шёлковыми. Это значит, что при всей их демократии, то есть своеобразного мерила цивилизованности, если верить веяниям и трендам XXI века, тласкальцы понимают только закон силы. Ведь с Кортесом они дружить начали только тогда, когда он им, как следует, навалял.
Ос припомнил разговор с Хуицилихуитлом IV, который всё понял про испанцев и их цели по первым же боям с Тласкалой. Тогда казалось, что время Тласкалы уже прошло и им крышка, но вожди и советы уцелели, поэтому всё вновь вернулось на круги своя.