Не буду твоей (СИ)

— Что ты делаешь? — опомнилась я и уперлась ладонью ему в грудь. — Отойди от меня, Тайлер!
Он остановился, но не отодвинулся.
— Снова ты за старое, — чуть слышно сказал он, вздыхая.
— После здорового сна ко мне вернулась ясность ума, — говорила я твёрдо и ровно, но внутри всё дрожало.
Сердце подпрыгнуло к горлу и предательски затрепетало. К счастью, Тайлер этого не мог слышать.
  
— Тебе обязательно прямо сейчас уходить?
— Я же сказала, что да. Так ты пропустишь меня или нет?
— Нет, — он уверенно качнул головой, в голосе прозвучала суровая интонация.
Я вскинула потрясённо брови.
— Это ещё почему?
— Могу я хоть раз проявить твёрдость? Хотя бы раз ты можешь сделать по моему? Останься сегодня ночью дома, и я отстану.
Несколько опешив, я открыла рот, но ничего не сумела вымолвить. И только придушено рассмеялась. Ладонь на груди Тайлера дрогнула и соскользнула вниз.
Он тут же сократил между нами расстояние и охватил меня руками. Я протестующе затрясла головой.
— Нет, Тайлер.
Он поднял меня и вынес из ванной комнаты в спальню, поставил перед собой, но руки не разомкнул.
— Мы можем приготовить ужин, — предложил он, склоняясь, будто для поцелуя.
Я отстранилась, не подпуская его к себе. Потому что знала — стоит нашим губам соприкоснуться, как бороться с искушением станет невозможно.
— Мы не должны этого делать, — срывающимся голосом сказала я и сглотнула слюну.
Сердце колотилось в горле, мешая дышать. Близость Тайлера снова подействовала, как удар тока, волоски на затылке зашевелились.
— Готовить ужин? — его дыхание обожгло щеку, и я заморгала, борясь с желанием прижаться к нему плотнее, попробовать губы на вкус.
— Проклятие, Тайлер! — закричала я и толкнула его в грудь, но он даже не шелохнулся.
Тогда я стала колотить его, пока ладони не заболели. Он выпрямился и прислонился лбом к моему лбу, заглядывая прямо в глаза.
При этом ладони его скользили по шёлку халата на спине, осторожно спускаясь ниже, но на поясе остановились. Я прерывисто выдохнула.
— Ты с собой борешься или со мной? — шепнул он, обжигая дыханием.
— С нами обоими, — простонала я и прикрыла веки.
Он склонил голову и коснулся губами виска, скользнул ими вдоль линии волос и, чмокнув меня в лоб, отстранился.
— Я ничего от тебя не жду, — тихо произнёс Тайлер. — И уж тем более не стану напирать. Ты должна сама разобраться, чего хочешь.
Я открыла глаза и подняла голову, чтобы видеть его лицо.
— Но ты знаешь, что я скажу, да?
Он вымученно улыбнулся уголками губ.
— Кажется, прошлой ночью у мастерской ты говорила что-то о своём выборе. Будто бы решилась на сложный и важный шаг. С чем он связан?
Потупив взгляд, я уставилась ему в грудь. Тайлер подловил меня — я не хотела возвращаться к тому разговору, но он не оставил мне выбора. Прекрасно, Кира!
— Или ты уже передумала? Ничего удивительного, — иронично выдал он, пожав плечами. — У женщин всё так запутанно….
— Хватит, — со злостью прошептала я и тяжело вздохнула. — Я поторопилась. Нам нельзя быть вместе. По крайней мере, пока не покончено с моим создателем.
— А как это связано? — удивленно протянул Тайлер уже без тени улыбки.
— Душа у меня не на месте, пока он жив. Не могу не оборачиваться — постоянно жду удара со спины. Не могу расслабиться.
— Я думал, что вчера ты его убила.
— Нет, — я качнула головой, рассыпав волосы по плечам. И посмотрела в глаза Тайлеру. — Вчера я уничтожила своего убийцу, но не мастера.
Его лицо помрачнело, утратило краски, в глазах появилось странное выражение. Я нахмурилась, но ничего не успела сказать — Тайлер наклонился, и губы его нерешительно застыли над моим ртом.
Первой мыслью было оттолкнуть, но я так устала бороться, что не смогла сопротивляться. В конце концов, ничего же страшного не произойдёт, если мы поцелуемся?
Оставшиеся миллиметры пришлось преодолеть мне. Встав на цыпочки, я придвинулась к Тайлеру и коснулась его губ своими губами. Легко и целомудренно.
Громко отзывалось в голове биение его сердца, ускорившийся пульс затрепетал у меня во рту. Дыхание перехватило, и я отодвинулась глотнуть воздуха.
Поймала взгляд Тайлера и пропала. Он подался вперёд и накрыл мои губы поцелуем, шёлковым теплом окатило тело, земля ушла из-под ног.
Мои ладони скользнули вверх по его бицепсам, охватили шею. Его руки крепко обнимали меня, прижимали к горячей груди, а под пылающей кожей колотилось сердце.
Моё забилось, вторя ему — быстро, взволнованно, едва поспевая.
Губы его были мягкими и нежными, дыхание прерывистым. Я прижалась к нему, будто хотела съесть, начиная от рта и дальше. И больше не пыталась остановиться.
Ощущение тела Тайлера так близко, движения его рук, жадные, но осторожные — оказалось, так легко я могу потерять голову.
Чуть отодвинувшись от него, толкнула в грудь, заставив попятиться в комнату. Упершись в диван, он остановился, но я придвинулась, вынуждая его сесть.
Поставив ноги по сторонам от его коленей, села верхом. Он смотрел на меня, и глаза его затягивали, в глубине зрачков всплывали цветные искорки.
Меня должно было это насторожить, но не насторожило. Я вытащила у него футболку из-под ремня, касаясь руками голой кожи.
— Сними, — выдохнула прямо в рот.
Одним движением Тайлер стащил её через голову и бросил на пол. Я сидела на нём, халат соскользнул, обнажив бедра почти до пояса.
Руки блуждали по обнажённой груди Тайлера, и на этом стоило бы остановиться, но я не могла. И не хотела.
Его руки сомкнулись у меня на пояснице, скользнули вниз, коснулись пальцами ягодиц и вновь вернулись к спине. Я прижалась губами к его шее, вдыхая аромат кожи, зарываясь пальцами в волосы.
Провела кончиком языка, спускаясь по ключице. Огромных усилий стоило не прикусить жилку, дрожащую на горле, скользнуть губами поверх и не тронуть.
В груди отдался жаром пробудившийся голод, но он отошёл на второй план. Сердце у меня билось, норовя выпрыгнуть из груди, и воздуха не хватало. Вот, что было действительно важно.
Руки Тайлера скользнули по моей талии, взялись за пояс халата. Мне ничего не стоило одёрнуть его, но я хотела знать, что будет дальше. КАК будет дальше.
Мы никогда не заходили так далеко, даже близко не подходили, и тонкий голосок в голове бессвязно пищал. А я отмахивалась от него, как от назойливой мухи. Что, если завтра мы умрём?
Быть может, сегодня последний шанс почувствовать себя любимой и желанной?
Неизвестно, что произойдёт дальше, но точно ничего хорошего. Почему же я должна себе отказывать в простом человеческом тепле? Не должна.
Я никому ничего не должна, даже совету. Главное, не упускать эту мысль и дальше из головы.
Пояс халата поддался и сполз на пол чёрной лентой. Полы слегка распахнулись, ровно настолько, чтобы руки Тайлера могли охватить меня, не раздевая полностью.
Он провёл ими по спине, и от ощущения его кожи в тех местах, которых он не касался никогда, я вздрагивала. И это было чудесно.
Спустившись ладонями по его плечам, я потянулась к пряжке на ремне. Но Тайлер перехватил мои руки, взял их в свои и бережно положил обратно себе на плечи.
Его лицо оказалось пугающе близко, мягкие губы манили прильнуть к ним. У них был вкус миндаля — так странно.
Кожа тоже пахла им, и меня окутывала пряная сладость, я ощущала её от себя, как аромат духов. Витало в воздухе что-то дурманящее или я сходила с ума?
Уже не так важно. Я наклонилась к Тайлеру и захватила ртом горячие губы, поцелуй вышел быстрым и беспорядочным. Щёлкнул замок его ремня, и у меня по спине побежали мурашки.
  
Я кожей ощущала каждое его движение — как он расстёгивал пуговицу на джинсах, как стягивал их, удерживая меня одной рукой на себе. Голова кружилась неистово!
Последний раз с мужчиной я была ещё в прошлой жизни. Волнение накатывало волнами, заставляя то покрываться мурашками, то заливаться краской.