Не буду твоей (СИ)

Качая головой, он обошёл меня и сел за стол.
— Мы, кажется, договаривались всё рассказывать друг другу. Или я что-то путаю?
Моя улыбка погасла.
— Нет, не путаешь, — вздыхая, сказала я.
Развалившись в кресле, Джеймс вскинул бровь, постукивая кассетой по столу.
— Ну и…?
— Что в этом пакете?
— Улики, найденные на месте убийства таксиста, — тщательно выговаривая слова, ответил Эдисон, наблюдая за моей реакцией. — Я ещё не успел сообщить, что у меня тоже появились кое-какие новости?
  
Я встрепенулась, подалась вперёд, внимательно глядя на Джеймса.
— Ты серьёзно?
Эдисон нахмурился и посмотрел на пакет, торчащий из-под бумаг.
— Клочок ткани, — он пожал плечами. — Убийца возвращался на место преступления заметать следы.
Я выпрямилась, с сомнением хмыкнув.
— Думаешь, убийца?
Джеймс невозмутимо на меня взглянул.
— А кому еще это могло понадобиться?
— Любопытных притягивают чужие смерти. Я бы не обольщалась, ведь до сих пор он был крайне осторожен. А тут зацепился за ветку и порвал рубашку? Маловероятно.
— Рано или поздно даже виртуоз оступается. Неужели ты не хочешь проверить? — Джеймс взял со стола пакет и помахал им, словно конфеткой перед носом у ребёнка.
Я протянула руку ладонью вверх. Эдисон опустил на неё пакет. Невольно вздрогнув, предвкушая вспышку видений, я задержала дыхание. Но ничего не произошло.
Тогда я стала перебирать содержимое пальцами и рассматривать. Кусочек чёрной байковой ткани в едва различимую синюю клетку. Почему-то меня посетила мысль, что его подбросили нарочно.
Но кто и зачем?
— Соседи из дома напротив утверждают, будто видели светловолосого мужчину в кожаной куртке. Он бродил за оградительной лентой после наступления темноты.
— Даже если это принадлежало убийце, я ничего не чувствую, — я уронила пакет на стол и откинулась на спинку стула. И, глядя на Джеймса, сложила руки на животе. — Повторюсь: сильно сомневаюсь, что он мог вернуться. Этот самоуверенный ублюдок занят обдумыванием следующего хода и назад не оглядывается.
— Откуда такая уверенность? — холодным тоном поинтересовался Джеймс. Его стальной взгляд замер на моём лице.
— Ты же сам чуешь, что версия надуманная, — осторожно протянула я и склонила голову набок.
Поморщившись, детектив поставил локти на стол и сцепил пальцы в замок.
— Допустим, — он коротко кивнул, пристально глядя на меня. — Ещё я чую, что у тебя что-то припрятано в рукаве. Выкладывай.
Первая мысль была всё отрицать. Но под его взглядом я начала плавиться от стыда. Джеймс дал мне время, пошёл навстречу, а мне хватало наглости умалчивать всплывшие детали дела.
Эта мысль стала решающей — я рассказала Эдисону об убийстве ведьмы.
— Хм-м-м… — только и протянул он, задумчиво нахмурившись. — И когда ты собиралась мне рассказать?
— Я не собиралась, — безразличным голосом ответила я, пожав плечами. — Ведьма жила в Эндорсе, а это не твой округ. Он вообще ничей — смертным туда нет хода. Я не хотела подвергать твоих людей опасности.
Джеймс холодно усмехнулся.
— Да, но это относится к моему расследованию. Мы договаривались делиться информацией, Кира.
— Помню, — я опустила глаза, нахмурилась и вновь на него взглянула, но уже мягче. — Я работаю на совет вампиров, они диктуют предел моей искренности, Джеймс. Я и так рискую, рассказывая тебе об этом.
Повисла пауза, лишь мерное жужжание кондиционера нарушало её.
— Ты между молотом и наковальней, — наконец, качая головой, тихо произнёс Эдисон. И испустил долгий вздох. Напряжение вдруг его отпустило — плечи расслабились, взгляд оттаял. — Будем считать, что тема закрыта. Не очень-то и хотелось тащиться в дремучий лес, полный сказочных тварей.
— Тебе бы там всё равно не понравилось, — согласилась я.
Джеймс внимательно глянул на меня без тени улыбки. И, не отводя глаз, выдвинул ящик стола и достал из него диктофон.
— А теперь мне нужны твои показания. Скажем, для галочки.
Мы приступили к допросу. Вопросы — ответы…. Я рассказала о каждом своём чихе за последние три дня. Пришлось посвятить его в наши странные отношения с Тайлером и поведать о прогулке по пляжу — на случай, если мне вновь понадобится алиби.
Каждое моё слово записывалось на плёнку. За всё время допроса лицо Джеймса не менялось, усталость давала о себе знать. Лишь однажды он любопытно прищурился — услышав о Тайлере и пляже.
Чего и следовало ожидать. Моя личная жизнь всегда вызывала у окружающих неподдельный интерес. Вернее, её отсутствие.
— Можешь произвести обыск в моей квартире, — предложила я, когда Джеймс выключил диктофон.
— Зачем? Теперь это лишнее.
— Для очистки совести.
Джеймс тихо хохотнул.
— Ты только что, не без труда выбралась из ямы и вновь хочешь сползти в неё? У тебя оружия под завязку там, где у нормальных людей хранится кухонная утварь. Холодильник, вместо продуктов, забит донорской кровью. А понятым возьмём Адама? Хакера — со сколькими там условными сроками? Напомни, а то я позабыл, — его улыбка померкла. Потерев устало глаза, детектив вздохнул: — Успокойся и не усложняй жизнь нам обоим. Лучше найди убийцу среди своих. Узнав о снятии с тебя обвинений, он может пуститься во все тяжкие.
Я задумалась. Джеймс был прав. И, скорее всего, теперь убийца попытается убить… меня. Это же логично, правда? Быть может, он уже подготовился, спланировал все до мелочей, и мне остаётся лишь уповать на судьбу.
Нет, я ещё не готова сдаться.
Джеймс перебирал бумаги и что-то записывал в свой верный блокнот. Поднявшись со стула, я стянула со стола мобильник и прошлась по кабинету.
Приблизилась к столу Хилари. В отличие от Джеймса, у неё царил идеальный порядок — ручки в органайзере, папки сложены в аккуратную стопку. И лишь брелок в форме гитары выбивался из общей картины.
Он был из тёмного металла с выбитыми чёрными черепами на верхней деке и совсем не походил на то, что могла бы выбрать девушка.
Хилари не назовешь образцом женственности, но и для неё как-то слишком экстравагантно.
Я потянулась за брелоком, едва коснулась, как сквозь палец пронёсся электрический импульс, пополз вверх по руке, поднимая дыбом волоски на коже.
Сознание вспыхнуло, щиты распахнулись, и в голове замелькали видения. Я видела со стороны чужими глазами, как поднимаюсь к подъезду, придерживая платье. Как таксист отъезжает от моего дома.
Чёрной молнией я пронеслась за машиной вдоль линии деревьев, избегая фонарей. А когда мужчина подкатил к гаражу и заглушил двигатель, бросилась на лобовое стекло.
Брызги крови вперемешку с осколками засверкали калейдоскопом, и вдруг всё скользнуло прочь.
Я покачнулась и села на край стола Хилари. Дышать стало нечем, лёгкие сдавило кольцом боли. Хватая воздух ртом, я невидящим взглядом таращилась в пол.
Джеймс оказался передо мной с вытянутым и побледневшим лицом. Он загородил обзор, я моргнула и медленно подняла глаза. Сердце выпрыгивало из горла, пришлось сглотнуть слюну, чтобы заговорить.
— Откуда у неё это? — откашлявшись, спросила я, указывая на брелок.
Эдисон мельком глянул на предмет на столе напарницы и снова вернулся к моему лицу. Его глаза слегка расширились от изумления.
— Понятия не имею, — после паузы пробормотал он. — Впервые его вижу.
— Где сейчас Хилари? — отлипнув от стола, я провела рукой по волосам, убирая пряди, свесившиеся на лицо. И незаметно стёрла испарину, выступившую на лбу.
Оказалось, что я могу стоять на ногах и не бояться упасть. Отлично.
— Уехала к коронеру за отчётом о вскрытии. Я спрошу её, когда вернется, — в голосе детектива прозвучала гневная нотка.
  
Он с силой сжал в руке блокнот, сверля взглядом брелок. У него напряглись плечи, натянулись жилы на шее, а в глазах замелькали мысли.
— О чём ты сейчас думаешь? — тихо спросила я.
— Если этот брелок Хилари нашла на месте преступления, то почему не оформила, как улику⁈