Не буду твоей (СИ)
Кольцо, кулон, цепочка, серьга…. Этот предмет послужит доказательством моей добросовестной работы.
Тело вампира тлело, из-под лохмотьев одежды вырывались сине-зелёные языки пламени. Я стояла над ним и думала. Когда ехала сюда, ожидала почувствовать хоть что-то — связь с мастером или родственную силу….
Если бы он обратил меня, то я бы корчилась сейчас рядом на асфальте. Когда умирает мастер — гибнут все его вампиры. И где гарантии, что пять лет назад он ещё был нормальным?
И как бы он обратил меня?
Это не так просто, как кажется. Да, он был силен, снёс мои щиты, но всё же не успел набрать мощь, свойственную мастеру.
Снова провал, Кира. Снова Алекс ткнул пальцем в небо.
Останки вампира горят, как сено, так что ждать пришлось недолго. Склонившись над прахом, я пошарила в нем рукой.
К чертям собачьим, у этой твари ничего не оказалось!
Выпрямившись, я запрокинула голову и глубоко вздохнула. Ветер влажным прохладным дыханием остудил кожу, разметал волосы.
И как теперь отчитываться за убийство перед советом? Лицензии нет, доказательств смерти нет, тела, черт подери, нет! Надеюсь, меня никто не видел….
Кинув прощальный взгляд на горстку пепла, я направилась к машине. Дело сделано. Его останков не найдут, разве что пепел останется. Но его развеет ветер. Надеюсь.
Глава 8
От усталости кружилась голова. Кровь из раны на ноге ползла по штанине тёплыми ручьями. Я старалась смотреть на дорогу и не думать о боли, терзающей бок.
Рассветное зарево скользило над чернотой леса. И природа будто замерла.
К горлу подкатывала тошнота. От боли мышцы живота одеревенели, и я боялась лишний раз пошевелиться. Ночь выдалась тяжёлая, но бывало и хуже.
Дорога вилась серой лентой, убегая вверх по склону. Я таращилась на неё, стараясь не моргать — веки тяжелели и грозили сомкнуться в любой момент.
В сознании мелькали образы, пятна перед глазами ухудшали видимость. В какой-то момент я всё-таки отключилась и пропустила пару секунд, а когда очнулась — машина катилась в кювет.
Вывернув резко руль, я заставила её вильнуть вправо и неосознанно вдавила педаль газа в пол. Подпрыгивая на буграх, авто понеслось к ветхой серой деревянной постройке и въехало в стену.
Сухие доски взорвались щепками. Скрежет металла, глухой удар, и подушка безопасности уткнулась в лицо.
На какое-то время меня оглушила боль. Мир стал медленным-медленным, снова запахло кровью. На крышу что-то посыпалось, острый обломок стены распорол её вдоль, как консервную банку.
Звуки доносились с задержкой, пока чёрные пятна перед глазами не рассеялись. Тряхнув головой, я стала лупить по подушке руками, отдалённо соображая, что всё ещё жива.
Ну, надо же! Какое сказочное везение.
Избавившись от подушки, я заморгала. Из носа сочилась кровь. Я стёрла её тыльной стороной ладони. Да когда эта ночь уже закончится⁈
От изнеможения хотелось разреветься и свернуться в комочек. На смятый, покорёженный капот и треснувшее лобовое стекло оседала пыль. Видимость была почти нулевая, но я стала выбираться из машины.
От удара дверь заело — пришлось вынести её ногой. Вывалившись из салона, я приземлилась на руки и притихла.
В воздухе стояли острые запахи — краска, бензин и какие-то растворители. Пыль лезла в глотку, на зубах скрипел песок. Закашлявшись, я перекатилась на бок и попробовала встать.
Раненную ногу пронзило болью. Резко выдохнув, я прислонилась к капоту — а точнее на то, что от него осталось. И какое-то время училась заново дышать.
Тошнота никуда не делась, и голова кружилась так, что пришлось передвигаться на ощупь. Под ногами валялись куски досок, ржавые гвозди и грязные тряпки.
Отмахиваясь от пыли, я рискнула отойти от машины и тут же наткнулась на банку с краской. Чуть не навернувшись, пнула её и от души выругалась.
И вдруг затаила дыхание — здесь был ещё кто-то.
Пыльная дымка рассеялась, и оказалось, что в помещении горит свет. Оглядываясь, я обошла капот и застыла на месте. Машина упёрлась в деревянную стойку. Фары разбиты, на их месте остались слепые дыры.
Во сколько же выльется ремонт моей крошки? Даже подумать страшно. Горько вздохнув, я повернула голову и увидела перед собой молодого мужчину.
Выражение его лица было скорее удивлённым, чем испуганным. В ушах наушники от плеера, один из которых он медленно вытаскивал, перебегая взглядом с меня на мою машину.
В стене зияла дыра с прекрасным видом на дорогу. Теперь отсюда можно было любоваться рассветом.
Тёмные, коротко остриженные волосы выглядывали из-под бейсболки, надетой козырьком назад. Лепные скулы придавали мужественности мягким чертам его лица.
Глаза у него были серо-зелёные, губы — пухлые, красиво очерченные. Он был высоким и крепко сложенным. Красная однотонная футболка навыпуск сидела, как вторая кожа, облегая мускулистое тело, снизу — голубые, выцветшие до почти белого цвета джинсы.
Чёрные кроссовки покрывала оседающая пыль.
Повисла тишина, лишь под капотом авто раздавались глухие щелчки. Парень смотрел на меня, а я на него, забывая моргать. Что-то отвалилось от стены сзади и упало на мою машину.
Я вздрогнула, но не обернулась. Парень выключил плеер, прикреплённый к ремню джинсов. Медленно смотав наушники, он отложил их вместе с плеером на кривой столик, сколоченный из досок.
Это дало мне возможность перевести дыхание. Разворачиваясь, он пробежался по мне взглядом и остановился на окровавленной штанине.
У меня краска бросилась в лицо, в груди стеснилось. Парень вскинул брови и поглядел на меня исподлобья. На языке вертелось язвительное замечание, но я проглотила его.
Колкостей наговорить еще успею.
Я огляделась, избегая его прямого взгляда. Вдоль стены справа тянулись многоярусные полки с различными флаконами, аэрозолями и банками. Снизу был длинный стол с ящиками. На нём лежали инструменты.
Слева располагался подъёмник для авторемонта. Похоже, я разнесла его мастерскую. Поморщившись от досады, я посмотрела на парня. Слишком уж долго он пялился на мою ногу.
Глава 9
Кашлянув, я заставила его поднять взгляд к лицу. И тут же пожалела об этом. Он ощупывал меня глазами, будто хотел запомнить каждую деталь.
По лбу ползло что-то горячее и влажное. Я коснулась кончиками пальцев и посмотрела на них — кровь. Похоже, я вернусь домой с боевым раскрасом.
В первый раз, что ли⁈ Если доползу, конечно — машина выглядела безвременно умершей и не подлежащей восстановлению.
— Вы сильно ранены? — парень с озабоченным видом двинулся на меня.
— Стой, где стоишь, — я выставила ладонь, качнув головой. — Я сама справлюсь.
Он с недоумённым видом замер. Его брови поползли на лоб. Парень был в шоке от того, что я могу двигаться. Да, нормальный человек уже свалился бы без чувств.
Не изображать же обморок ради правдоподобности⁉
Стоять становилось больно, мышцы ноги дрожали. Меня бил озноб. Наплевав на приличия, я доковыляла до ближайшего выступа — им оказался металлический стол, привинченный к стойке.
Привалилась к нему и прерывисто выдохнула. Хозяин лачуги смотрел беззлобно и с долей интереса — страх ушёл из его глаз. Я скрасила его ночь своим феерическим появлением?
— Я дико извиняюсь, — мой голос прозвучал хрипло. Я снова откашлялась, от этого в боку вспыхнула боль. — Как-то случайно вышло….
Парень казался удивлённым тем фактом, что я еще и говорить умею. Я закатила глаза и закрыла лицо рукой.
— Если нужно было починить тачку, то дверь немного правее, — с насмешкой сказал он.
Я опустила руку и медленно подняла на него глаза. И выдала издевательскую улыбку. Он ещё и острить будет⁈
— С тачкой у меня все в порядке… — я оглянулась на груду металлолома, торчащую из стены. — Было. Не справилась с управлением, — пожала плечами и тут же скривилась от боли, не завершив жест. — Пришлось импровизировать.