Не буду твоей (СИ)

— Тебе достались хорошие гены.
Я остановилась, не дойдя до него всего лишь пару метров. И пожала плечами.
— Не то, чтобы я недовольна, но происхождение этой силы для меня не имеет значения. И вряд ли она — твоя заслуга.
Я улыбнулась ему, стараясь не отводить взгляд. Лицо Алекса вытянулось, огонь в глазах погас. В них отчётливо отразился страх, непонимание.
Вероятно, он что-то почувствовал, но было уже слишком поздно. У него за спиной появился Райан, мелькнул к пистолету на полу и толкнул его ко мне ногой.
  
Пушка скользнула мимо Алекса, он невольно проследил за движением. А когда снова поднял глаза — дуло уже смотрело на него.
Алекс уставился на пистолет в моей руке, губы его дрогнули. Он оскалился, но не сумел скрыть ужаса.
— Пистолет? Серьёзно? Ты меня просто пристрелишь? — в его голосе прозвучала нотка удивления.
— Пуля куда быстрее и надёжнее магии, Алекс. А я смертельно устала и хочу домой. Извини, что разочаровала.
И нажала на спусковой крючок.
Момент, когда пуля врезалась в его тело, пробила сердце насквозь, и кровь брызнула, застыл перед глазами, как в замедленной съёмке.
Алекс стал падать назад, но я выстрелила снова — на этот раз в голову. И тело его свалилось бездыханной грудой.
Повисла тишина, я ничего не слышала, кроме собственного пульса и срывающегося дыхания. Не веря в то, что Алекса больше нет, разрядила в него обойму.
Никто не шелохнулся, не попытался меня остановить. Защёлкал пустой барабан, я вздрогнула и заморгала, глубоко вдохнув.
И вдруг грудь сдавило обручем со страшной болью. Я ловила ртом воздух и падала, падала в темноту. А потом она сомкнулась надо мной, и всё исчезло.
  
Глава 80
 
Очнулась я на руках у Стюарта. Он нёс меня к дверям зала, стены раскачивались в такт его движению.
Свинцовый шар перекатывался в голове, отдаваясь в затылке тупой болью. Что-то капало мне на лицо, тёплое, почти горячее.
Я подняла непослушную руку и коснулась лба, а когда отняла пальцы, они оказались в крови. Разве рана не должна была затянуться?
Или это новая?
В попытке оглядеться, я запрокинула тяжёлую голову и уронила её обратно. Перед глазами плыло, во рту стоял сладкий медный вкус, но я сощурила глаза, силясь сфокусировать взгляд на чертах склонившегося надо мной Стюарта.
Он хмурился и встревоженно вглядывался в лицо. Я свернулась у него на груди, как ребёнок, и он понёс меня, осторожно охватив руками.
Пульс его отбивал ровный спокойный ритм и почти убаюкивал. Но тут я услышала какой-то шум и скосила глаза.
Впереди шёл Джеймс с «Адгаром» в руках. Он припал плечом к стене и выглянул из-за угла. Стюарт устало усмехнулся.
— Не дёргайся так. В холле чисто, — тихим, пустым голосом сказал вампир.
Эдисон с грозным видом обернулся, но заметил, что я очнулась. Его взгляд скользнул с вампира на меня и потеплел, лицо смягчилось.
Чуть опустив пушку, он покачал головой.
— Умеешь же ты удивлять.
Я невольно улыбнулась, но заметила у него кровь. И улыбка разбилась.
Правая половина лица Эдисона была залита кровью, тёмные брызги усеивали пуловер на плече и груди, но в целом он выглядел здоровым.
В уголках глаз проглядывала усталость лучистыми морщинками. Я попыталась вспомнить, когда его ранили, и не смогла. Видимо, это произошло уже после того, как я отключилась.
— Сама от себя не ожидала, — честно сказала я и вздохнула.
Откуда-то сзади донеслись неразборчивые голоса. Руки Стюарта, удерживающие меня, напряглись, впились в тело. Моргая, я повернула голову и прижалась щекой к его плечу.
И выглянула ему за спину.
Антонио лежал на ступенях, которые казались чёрными из-за пролитой им крови. Перед ним на коленях стоял Джозеф.
Держа старейшину за руку, он качал протестующе головой.
— Что там происходит? — приподнимаясь, прошептала я и упёрлась руками в грудь вампира.
— Нам стоит поторопиться, — проговорил он, глядя перед собой с отстранённым видом.
— Я не уйду, пока не удостоверюсь, что в зале не осталось живых.
Он с сомнением покосился на меня, ощупывая лицо взглядом. Я поджала упрямо губы и вызвала у него улыбку — одновременно весёлую и удивлённую.
Меня окатило теплом и обаянием, исходящим от него волнами. Но я не отступила.
— Ты не успокоишься, верно? — голос его прозвучал мягко.
Я категорично качнула головой, разметав слипшиеся от крови волосы. Но он продолжал смотреть на меня так, будто ничего прекраснее в жизни не видел.
Вдруг стало неловко, щеки загорелись, а он деликатно отвёл взгляд, предоставив мне заливаться краской.
И продолжал меня обнимать, а ведь совсем недавно за такое я бы ему оторвала руки. Но сегодня ночью мой внутренний мир круто переменился.
Стюарт тяжело вздохнул, остановился и бережно опустил меня на ноги.
— Антонио освободил Джозефа. Теперь он сам по себе, без мастера.
Я внимательно вгляделась в его лицо, будто могла по нему прочесть нужные мне ответы.
Перед глазами снова расплылось. Крепко вцепившись в локоть Стюарта, я посмотрела на Антонио. Открыла рот, глубоко вдохнула и закрыла его, не подобрав нужных слов.
— Ты же не думаешь, что его можно спасти? — склонившись ко мне, чуть слышно спросил он.
Запрокинув голову, я сердито уставилась на Стюарта, но под его неожиданно печальным взглядом помрачнела.
— Я всё понимаю, но не хочу верить, — сглотнув, прошептала.
— Я знаю,— кивнул он.
Отпустив руку Стюарта, я отстранилась. И оказалась перед Тайлером. Всё это время он шёл за нами, а я и не заметила.
Замешкавшись, так и застыла между ним и Стюартом, соображая, как поступить. Совершенно не хотелось подходить к нему и выяснять отношения, которых по сути не было.
Не хотелось снова смотреть в глаза, которые меня жестоко обманули. Я была уверена, после такого предательства на сердце останется шрам, но с удивлением для себя осознала, что ничего не чувствую.
Спокойствие пустоты поглощало мою душу. Вероятно, я ещё не отошла от шока, но лучше так, безболезненно.
Тайлер протянул ко мне руку — она застыла в воздухе и неуверенно дрогнула. Я качнула головой и отшатнулась от него.
— Я совсем тебя не знаю, Тайлер. Понятия не имею — кто ты, — сказала и шагнула назад.
А он остался стоять с неимоверно печальным видом. Стюарт глянул на парня, и его глаза обвиняли.
Неизвестно, что произошло бы дальше, но мне навстречу вышел Адам. Когда я попыталась его обогнуть, он преградил путь.
— Надо уходить. Ты куда собралась? — разведя руками, возмутился он.
На плече у него болтался рюкзак со световыми бомбами. Я стащила его с парня и прижала к животу. Он попытался помешать, схватил меня за руку, но под тяжёлым взглядом стушевался.
Закатив раздражённо глаза, Адам нехотя кивнул.
— Только без глупостей. Договорились?
Я нахмурилась.
— Глупости? Это не про меня, — и, сдвинув его в сторону, чуть не уткнулась лицом в грудь Райана.
Глубоко вдохнув, обошла его и направилась к пьедесталу. Лишь у лестницы оглянулась.
Он смотрел на меня с ничего не выражающим видом, но вот в глазах — в них читалось многое.
Интерес, изумление и даже некоторая взволнованность. Растерявшись, я чуть не споткнулась о ступень. Какая-то неловкая я сегодня.
На полу лежали тела в лужах крови. Оглядев зал, я прислушалась к своим ощущениям.
Никто не шевелился, ни у кого не билось сердце, не вздымалась грудь. От некоторых дампиров вообще мало, что осталось.
Я прошла, не глядя под ноги, и встала перед Антонио. Джозеф сидел на ступени рядом со старейшиной, на его обычно каменном лице застыло выражение глубочайшей скорби.
  
Перехватив его тяжёлый взгляд, я перевела дыхание и заставила себя посмотреть на Антонио. И всё самообладание понадобилось, чтобы не отвести трусливо глаза.
Кожа на лице старейшины сморщилась и побледнела, посерела, обтянула кости черепа, как ветхая бумага.