Не буду твоей (СИ)

Дампир вырывался, но противник оказался куда сильнее. Одно движение — и рука Джозефа прошла насквозь через его грудь и раздавила сердце в кашу.
К Стюарту летели двое.
— Ложись! — крикнул Адам, разворачиваясь с автоматом в руках.
Вампир бросился на пол и перекатился в сторону. Адам послал очередь — у подножия пьедестала рухнул дампир с отсечённой головой.
Второй, визжа и извиваясь, завалился на бок, зажимая руками внутренности, вылезающие скользкими змеями из распоротого живота.
  
Гули метались по залу и как голодные псины кидались на всех подряд. Плевок автоматной очереди — один отшатнулся назад и, визжа, распластался по полу.
Еще одному Джозеф свернул шею и отпихнул от себя ногой обмякшее тело.
Мари-Бэлль неслась ко мне, разинув клыкастую пасть. Я успела лишь прижаться к стене, как из её горла вылезло лезвие ножа. Глаза вампирши полезли на лоб, руки заскребли рану.
Райан отодвинулся от неё и сделал шаг назад, глядя на меня. В его небесно-голубых глазах таилась темнота, такая глубокая, что в ней можно было утонуть.
И, скорее всего, я бы так и сделала, если бы справа не появился Стюарт и не схватил Мари-Бэлль за горло.
Он волок её в центр зала, она пронзительно вопила, кровь текла из раны на горле, и за вампиршей тянулся влажный багровый след.
Несколько раз громыхнул пистолет — Джеймс палил по гулям, цепляющимся в ноги Джозефу. В суматохе почти забыли об Алексе.
Он полз между телами дампиров, целеустремлённо двигался к пушке, оставленной на полу.
Райан рванул к нему размытой полосой, а я осталась растерянно моргать и ждать спасения.
Дрожащая рука Алекса тянулась к пистолету. Райан подошёл слева и наступил на неё. Алекс завизжал и запрокинул голову, смерив вампира испепеляющим взглядом.
Райан же глядел на него с хладнокровным видом, глаза его ничего не выражали.
— Это был ты! — сквозь зубы прошипел Алекс. — Ты пас меня!
Райан не ответил, ничего не отразилось на его безупречном лице. Он лишь сильнее надавил ботинком на его ладонь.
Алекс выгнул спину, скуля и выплёвывая проклятья.
— Не позволяй ему шевелить рукой! — крикнул Стюарт и поднял за горло Мари-Бэлль.
Она вцепилась в его запястье, всадила ногти в кожу. Тонкие струйки потекли вампиру под рукав, но он не ослабил хватку.
Райан склонился над Алексом, но опоздал. Он уже призвал магию, и тени слетели со стен фантомными птицами, рванули к нему чёрным ветром.
  
Глава 79
 
Они неслись, гася пламя свечей, и зал погружался во тьму.
Джеймс быстрым шагом шёл ко мне и палил на ходу из «Адгара» по гулям. Но разве они их не убили всех?
Я посмотрела на дверь в подземелье как раз в тот миг, когда из неё выскользнула толпа тварей. Они крались к трупам и кидались на них.
— Закройте дверь! — завопила я. — Дверь закройте, мать вашу!
Джеймс остановился и глянул на дверь. В одиночку подобраться к ней не было возможности — их лезло слишком много.
Тогда он стал отстреливать скользких тварей.
Джозеф бросился через зал к стене с дырой в подземелье, расшвыривая попадающихся на пути гулей, словно те ничего не весили.
Захлопнув дверь ногой и задавив гуля, выползающего из щели, он задвинул ржавый засов. Дверь сотрясалась от ударов с обратной стороны, но стояла намертво.
Мари-Бэлль визжала на одной ноте. Стюарт смотрел ей в лицо с безразличным видом, будто хотел запомнить ненавистные черты.
И вдруг раздавил горло вампирши. По его руке заструилась кровь, тяжёлые капли молотили дождём по каменному полу.
Глаза Мари-Бэлль закатились, она отчаянно пыталась дышать, но изо рта вырывались кровавые брызги. Её когти избороздили руку Стюарта в кровавое месиво, но он не отпускал её.
Он раскрошил ей позвоночник, а она ещё была жива и болтала ногами, норовя ударить его.
Несколько шальных пуль врезались в тело вампирши, она задёргалась, но не умерла. Тогда Стюарт пробил её грудь рукой и вытащил из кровавой дыры трепещущее сердце.
И раздавил.
Мари-Бэлль издала булькающий звук и обмякла, повиснув в его руке тряпичной куклой. Стюарт разжал пальцы, тело свалилось на пол в куче кружевных, залитых кровью юбок.
И тут же начало тлеть.
Вытерев руку о джинсы, вампир переступил через него и двумя плавными движениями перекрыл между нами расстояние.
Я смотрела на него, а в глазах дрожали непролитые слёзы. Не знала, что я могу быть такой сентиментальной. Стюарт потянулся к кандалам, но я протестующе завертела головой.
— Они из заговоренного серебра. Не надо.
Стюарт невесело усмехнулся и расстегнул замок на левой руке.
— Жжёт, но не смертельно, — сказал он.
А я опустила глаза на его ладонь — кожа на ней покраснела, вздулись волдыри. Но он потянулся к моей правой руке, печально улыбаясь, будто совсем не чувствовал боли.
— Нет, Стюарт! Дальше я сама, — я схватила его за запястье уже свободной рукой.
Он застыл и медленно поднял на меня каре-зелёные, потрясающе красивые глаза. И кивнул, хоть и недостаточно уверенно.
Отступил назад, чтобы предоставить чуть больше места, пока я ковырялась с замком на правой руке. У меня не слишком хорошо получалось, но Стюарт покорно замер и смотрел с пустым выражением на лице.
В глубине души я знала, что мысленно он сейчас улыбается и душит в себе порыв прийти на помощь. Но в конце концов я справилась.
Освободившись, шагнула к Стюарту на ватных ногах и стала падать ему в объятия. Он охватил меня руками и помог устоять. А когда мы повернулись к залу, Алекс стоял в центре, а вокруг него вился чёрный дым.
Он ухмылялся, чёрное пламя в глазах пылало, заливая лицо, словно маска. Я обвела зал быстрым взглядом.
Джозеф, стоявший у двери в подземелье, рухнул на колени. Он был ослаблен смертными муками Антонио, но всё равно отлично держался. Адама и Джеймса порывом силы швырнуло о стену.
Райан застыл у колонны, сжимая в руке окровавленный нож. Он не шевелился, в глазах не отражалось усталости или боли. Сила Алекса не сломила его, но было видно, что он противостоит ей усилием воли.
Стюарт попятился, выставив перед собой ладонь, словно заслоняясь от сильного ветра.
То ли от усталости, то ли от шока я не в полной мере ощущала то, что чувствовали все они сейчас. Но когда Стюарт отпустил меня и позволил стоять самостоятельно, сила Алекса ударила поперёк тела хлыстом, заставив ахнуть.
Рассмеявшись окровавленным ртом, Алекс снова ударил. Силой меня отбросило назад, выбило воздух из лёгких.
— Так или иначе — ты умрёшь, — прошипел он.
И меня окатило порывом его мощи. Я напряглась, подняла голову, глубоко и жадно вдыхая, и рывком отлипла от стены.
И пошла к нему, на ходу разворачивая свою силу, сопротивляясь напору его воли.
Воздух задрожал. Меня по-прежнему трясло, но с каждым шагом я становилась сильнее, словно впитывала кожей магию, исходящую от Алекса.
А его улыбка тускнела и сползала с лица.
— Боюсь, мне придётся порушить твои планы, — голос мой прозвучал сипло, но ровно.
Сила, расплескавшаяся вокруг меня, порывами ветра жгла Алекса. Он противостоял, но всё равно пятился под её давлением.
Она сдвигала его с места, хлеща и полосуя до крови. Ткань на пиджаке треснула, появились разрывы. На рубашке расцветали кровавые пятна.
Кожа на ладони, что он выставил, закрываясь, лопнула, потекла кровь. А я шла очень медленно, ощущая со всех сторон силу, грозящую удушить.
Двигалась сквозь её слои и смотрела в упор на Алекса, словно через мутное стекло. И в отражении его глаз, как в чёрных зеркалах, видела своё лицо.
У меня зрачки светились багрянцем, кожа побелела, превратилась в сияющий мрамор. Я была ослаблена, в голове шумело, но магия пылала изнутри и вела меня к цели.
  
— Ты не можешь быть настолько сильной! — сквозь боль и свист ветра закричал он. — Это невозможно!
— Думаешь, только свежая кровь даёт мощь? Или власть над кем-то? Нет, Алекс. Можно и за тысячу лет не набрать силу, выпить всю кровь мира, но не обрести способностей. Она либо заложена в тебе, либо нет.