Одна на двоих жизнь (СИ)

- Наручники, живее! – командует Жан.
Тройка из «Зеты» с трудом управляется с буйным майором. В фургоне мы грузим его на лежанку, приходится налечь вчетвером, чтобы зафиксировать мужика. Сандерс мычит и не прекращает вырываться всю дорогу до базы. Срочно вызванная Бэтти кривится, увидев невменяемого майора, которого бойцы волоком затаскивают в медицинский блок. К счастью, здесь есть палата с зарешеченными окнами и бронированной дверью, но Бэт этого кажется мало, и она требует приковать пленника к кровати, только после этого соглашается подойти к нему.
  
- Ну и что мне с ним делать?
- Надо привести его в чувство. И в норму.
- Кто это такой? – брезгливо передергивает плечами мисс Гарден. – Зачем нам этот пьянчужка?
- Это ветеран «Виктории», - терпеливо поясняю я, - он участвовал в эксперименте на базе Z:17, как и мой брат.
- Не может быть! База законсервирована, - Бэтти еще не в курсе результатов нашей с Жаном вылазки, - и почему ты решил, что ветеран «Ви» не может быть пьяницей? Фу, ну и амбрэ!
В этот момент она бесит меня так же сильно, как в первые дни нашего знакомства. Вроде умная девчонка, но это ее ханжество и бесчувственность просто взрывают мне мозги. Я бы поверил, что все биологи такие, не от мира сего, если бы не знал Вики.
- Бэт, - придержав ее за локоть, проникновенно шепчу я, - у этого человека умерла дочь, ее растоптала толпа на аэровокзале Оримы. Прояви хоть немного уважения к чужому горю.
Мисс Гарден бледнеет, мгновенно теряя напускное хладнокровие и цинизм.
- Ладно, - беспомощно моргнув, кивает она, - пусти, Дан, надо поставить ему капельницу.
- Так поставь, и позови меня сразу, когда он очнется.
Я уже знаю, что сказать майору, чтобы склонить на свою сторону.
Жан нашел интересные факты из биографии Сандерса. Но я, пожалуй, не стану использовать их. Майор крут на расправу, так что шантаж – не самый лучший вариант для установления доверительных отношений.
Заккар. Снова этот чертов Заккар, с которого все началось. Кто-то недосмотрел за порталом, и первые твари вползли в него из темной клоаки Z:17. Вползли, суки, нам на погибель.
Просто удивительно, что на Заккаре гадам всяческих мастей будто медом намазано. Первые плантации марихуаны со времен переселения были созданы именно там. Для их охраны появились первые частные армии, командоры которых, вообразив себя всесильными, бросили вызов законному правительству. Даже я сам в этом проклятом мире едва не проникся симпатией к врагу. А вот майор оказался жестким и правильным.
- Я и не знал, какая там хренотень творилась, - поведал мне Веньяр, когда мы после совещания с Рэнделом ждали доклад от наружки. – Наши батальоны входили как миротворцы, но по факту приказ был очистить территорию от мирного населения. Вот кто бы мне сказал, не поверил бы ни в жизнь. И командовал этой мерзостью, ты не поверишь…
- Генерал Форка? – без твоей подсказки догадался я.
- Он самый, ага.
Если Мануэль Форка был на Заккаре, значит, и ты с ним. Тут вы и встретились с Сандерсом.
- Но самое поганое, что после эвакуации Форка отдал приказ спровоцировать нападение террористов, чтобы скрыть истинную причину, по которой несколько тысяч жителей выгнали из их домов.
- Да не спровоцировать, а инсценировать, - мрачно отзываешься ты, и это твои первые слова с тех пор, как мы ушли с базы Z:17, - Форка дал приказ вертушкам перестрелять наших солдат, изображая террористов. А Сандерс молодец, сообразил как-то, к чему все идет, и обнес территорию колючкой, отделив наших от заккарийцев. Знаешь, как генерал бесился! Одно дело - перестрелять солдат на улицах, по одиночке, другое – атаковать укрепления и боевую технику. Тогда я окончательно убедился, что Форка – «оборотень».
- …вписал в планшет командира снайперского отряда. Райт, ты слушаешь?
- Что? – ты умолкаешь, и я понимаю, что прослушал почти весь рассказ Жано.
Веньяр придвигает мне досье. Довольно куцее, учитывая бурную биографию Сандерса, но централизованная база данных нам недоступна, чудо, что Жан сумел отыскать хоть какую-то информацию о бывшем бойце «Виктории».
- Я говорю, мне кажется, он прикрыл подчиненного. Впрямую в рапортах выживших солдат ничего об этом не говорится, но после того случая майора выпнули под зад из вооруженных сил Оримы без повышения. Вот тебе и карьера. Тут запьешь, пожалуй, с горя.
- Может, и прикрыл, что с того? Ты бы меня не прикрыл, что ли? – я листаю потрепанную папку, очевидно, побывавшую не в одной паре рук военных следователей.
Веньяр трет виски и мучительно зевает.
- Как думаешь, если бы он служил, сумел бы ее спасти?
- Кого?
- Дочку свою, Денизу.
- Откуда мне знать, война есть война.
Не спас бы, конечно, хрен что с перепуганной толпой поделаешь. Бедная девочка так и так бы погибла, как и много других детей и родителей там, на Оримском аэровокзале. Сандерс не мог ее спасти. А мы с тобой могли, если бы я не согласился подняться на лефтхэндовский «колосс».
- Мы не можем спасти всех, брат. Смирись с этим.
Ты прав, конечно. Мы лезем из кожи, рвем жилы, льем кровь, но зла не становится меньше. Только больше шрамов на теле, да на душах тех, кто нас любит.
Но зато я знаю, как уговорить Сандерса сотрудничать.
Глава 10
Мисс Гарден выполнила мою просьбу и вызвала, когда майор очнулся, но перед этим успела нажаловаться на меня Рэнделу и получить от него исчерпывающую информацию по поводу Сандерса.
- Объясни мне, чего ты добиваешься, Дан! – потребовала она, притормозив в узком коридоре санблока военной базы.
- Как он?
- Нет, сначала ответь. Ты собираешь отряд, чтобы пойти в Ориму? Ты что, опять собираешься пойти один?
- Ну, на этот раз не один, - пытаюсь отшутиться я. Напрасно, Бэт шуток не понимает от слова вообще.
- Ты сумасшедший, Райт, их там тысячи, причем не только люди – морфоиды, суморфы. Нужна целая армия, чтобы их уничтожить, нужно…
Расчувствовавшись от ее речи, я едва сдерживаюсь, чтобы не обнять ее. Маленькая и субтильная, как девочка-подросток, ни дня не бывавшая на войне, мисс Гарден учит меня, как справиться с лефтхэндом таким непререкаемым тоном, которому позавидовал бы сам командор Рагварн.
- Бэтти, - я мягко сжимаю ее запястье, - прости, но ты ничего не понимаешь в тактике и стратегии боевых действий. Оставь это взрослым, и расскажи, что там с майором.
Бэтти закатывает глаза с видом: «Что с дурака возьмешь?».
- Ладно, если хочешь знать, у пациента тяжелая интоксикация продуктами распада этанола. Общее состояние оставляет желать лучшего: выраженная тахиаритмия, увеличена печень, нарушена секреция…
- За сколько ты сможешь поднять его на ноги?
- Неделю займет детоксикация, а в целом – месяц, может, два. Не знаю, - она снова морщится, - Дан, этот тип – запойный алкоголик. Ты не можешь взять его с собой!
- У меня настолько большой выбор?
- Я все понимаю, Дан, но исследования идут полным ходом, у нас уже есть хорошие результаты по противодействию гипноатакам. А здесь… алкоголизм, психотравма, контузия… и, кстати, ты в курсе, что этот тип натворил в Кембале в 73-м?
- Вряд ли хуже того, что сделал я.
В первый миг она удивляется, видимо, позабыв обстоятельства нашего знакомства и то, с каким презрением относилась ко мне поначалу.
- Ты никогда меня не слушаешь, Райт, - упрекает она и прикладывает наконец пластиковый ключ к детектору бронированной двери.
Сандерс действительно не спит, судя по цепкому взгляду, он услышал наши голоса, а возможно даже часть разговора. Выглядит он так, как и должен выглядеть человек после нескольких суток беспробудного пьянства, но при этом собран и готов к яростному отпору.
  
- Как себя чувствуешь?
- Отстойно, - сквозь зубы отвечает Сандерс и дергает рукой с браслетом наручника, - как еще я могу себя чувствовать в кандалах и за решеткой?