Катастрофа размера XXL (СИ)

Его руки легли мне на талию. Большие пальцы уверенно прижались к коже чуть выше изумрудной ткани купальника. Я вздрогнула от этого прикосновения: ладони мужчины были широкими, горячими и потрясающе надёжными. Страх перед водой растаял как дым.
– Ложитесь на воду, Полина. Животом вниз. Я буду держать вас. Просто расслабьтесь.
  
Расслабиться? Да я превратилась в один сплошной комок оголённых нервов! Но подчинилась. Опустилась на воду, чувствуя, как его ладонь скользнула под мой живот, поддерживая тело на поверхности. Другую руку Марк положил мне на плечо, его пальцы слегка задевали шею, вызывая табун мурашек.
– Дышите, – его голос вибрировал у самого моего уха. – Вдох – носом, выдох – в воду. Не задерживайте дыхание.
Я чувствовала ритм его собственного дыхания – ровного, глубокого. Каждый раз, когда я пыталась грести, мои ноги случайно задевали его бёдра под водой, и этот мимолётный контакт выбивал из меня остатки здравомыслия. Марк притянул меня чуть ближе к себе, чтобы лучше сбалансировать моё тело. Теперь я чувствовала его грудь своей спиной, и это было почти невыносимо.
– Вот так... хорошо... – шептал Марк. Его губы почти касались моего уха, и я дурела от запаха соли и его кожи.
– О боже, посмотрите на это! – раздался с берега ядовитый голос Ники. Она стояла у кромки, потягивая свой коктейль через трубочку. Тщательно подкрашенные губы улыбались, но глаза метали молнии. – Марк, осторожнее! Если эта женщина решит утонуть, то утянет тебя на дно… вместе с лайнером. Это же не плавание, это испытание бассейна на водоизмещение!
Марк даже не повернул головы в её сторону. Лишь крепче сжал мою талию, и я почувствовала, как его пальцы едва заметно погладили мою кожу в успокаивающем жесте.
– Не слушайте её, – негромко сказал он. – Смотрите на меня. Только на меня.
Я повернула голову. Мы были так близко, что я видела каждую капельку воды на его ресницах. В глазах Марка больше не было льда – там бушевал настоящий шторм, тёмный и манящий.
– Ника, – бросил он через плечо, не отрывая взгляда от моих губ, – если тебе скучно, может, стоит ещё раз перечитать свод правил для работников лайнера? Не помешает лишний раз попрактиковаться в вежливости.
Ника поперхнулась коктейлем второй раз за день.
– Марк! – выкрикнула она, топая ножкой. – Ты защищаешь эту... эту… Гору? Ты сошёл с ума!
– Я сообщу руководству о твоём поведении, Ника! – отрезал он. Его голос стал холодным, как арктический ветер, но руки, поддерживающие меня под водой, оставались нежными. – Будешь продолжать в том же духе, и тебя снимут с рейса.
Я видела, как она круто развернулась и почти бегом бросилась прочь, цокая каблучками. А Жанна в другом конце бассейна победно вскинула руку вверх.
Мы остались вдвоём (если не считать Жанну, которая тактично уплыла на самую глубину). Марк всё ещё держал меня. Мои ноги медленно двигались в воде, а его лицо было в нескольких сантиметрах от моего. Я чувствовала, как жар от его тела передаётся мне даже сквозь толщу воды.
– Попробуйте ещё раз, – хрипло прошептал он, и его рука скользнула чуть выше по моим рёбрам, заставляя моё дыхание окончательно сбиться. – Я не отпущу. Обещаю.
В этот момент я поняла, что вот-вот утону от желания. Марк поймал мой взгляд, прикованный к его губам, и замер. Сердце пропустило удар, потому что мужчина потянулся ко мне с явным намерением поцеловать.
 Глава 11 
Момент, когда губы Марка почти коснулись моих, и мир вокруг перестал существовать, был безжалостно разорван резким, пронзительным вскриком. Гулкое эхо разнеслось над водой, а следом послышался грохот падения и звон разбитого стекла.
– О боже! Ника! – закричал бармен, выскакивая из-за стойки. – Помогите, она упала!
Магия рассеялась мгновенно. Марк, в чьих глазах секунду назад плескалось тёмное желание, мгновенно сгруппировался, превращаясь в собранного офицера. Он помог мне выбраться из бассейна, и мы, на ходу накидывая одежду, бросились к бару.
Ника лежала на мокром кафеле, вцепившись в свою лодыжку. Её лицо было искажено гримасой боли, а тушь размазалась по щекам от слёз. Увидев нас, она зарыдала ещё громче, переходя на истерический крик:
– Это всё они! Всё из-за этих коров, которые пробрались на территорию для персонала! Я так разволновалась, что оступилась! И... и, кажется, сломала ногу! Марк, мне так больно!
Я почувствовала, как внутри закипает холодная ярость, мгновенно вытесняя смущение. Но профессиональный инстинкт сработал быстрее, чем обида. Я опустилась на одно колено рядом с Никой и, игнорируя её попытки отпихнуть меня, зафиксировала ногу.
– Успокойтесь и не дёргайтесь, – приказала я голосом, не терпящим возражений. Мои пальцы, ещё минуту назад дрожавшие от близости Марка, теперь работали чётко и уверенно. – Если будете брыкаться, сделаете только хуже.
Осторожно ощупала сустав. Ника взвизгнула, будто я вонзила в неё нож. Она явно играла на публику – боль была, но не такая уж острая. Перелома не было.
– Это просто вывих, – холодно констатировала я, поднимая взгляд на пострадавшую. – Знаете, Ника, бегать на десятисантиметровых каблуках по мокрому кафелю травмоопасно даже для стройных и красивых девушек. Элементарная физика, а не происки злодеев.
Марк стоял над нами, внимательно наблюдая за моими действиями. В его взгляде я прочла нескрываемое восхищение, и на душе стало так тепло, что обида на злые слова Ники рассеялась.
– Марк, принеси из бара лёд и чистую салфетку, – попросила я мужчину, и он беспрекословно подчинился.
Я зафиксировала стопу девушки и предупредила, не сдержав некоторого злорадства:
– Сейчас будет больно. Вдохните.
Короткое, резкое движение – и сустав встал на место. Ника вскрикнула и обмякла, тяжело дыша. Я быстро наложила тугую повязку из подручных средств, которые принёс бармен.
– Жить будете. Но о каблуках на пару недель забудьте, – я вытерла руки и поднялась.
Бармен, убедившись, что первая помощь оказана, засуетился:
– Я позову дежурного врача, нужно зафиксировать травму!
Он скрылся, оставив нас в тягостной тишине. Ника, почувствовав облегчение, тут же сменила тактику. Она картинно запрокинула голову и, выставив вперёд свою забинтованную ножку, потянулась к Марку с видом умирающей лебеди.
– Марк... я не могу идти... Мне так плохо… Так больно! Пожалуйста, отнеси меня в каюту.
Она смотрела на мужчину так жадно, с такой неприкрытой надеждой, что у меня внутри всё перевернулось. Невооружённым глазом было видно, как Ника пытается использовать свою слабость, чтобы вернуть внимание Марка. Делает всё, чтобы он прижал её к своей обнажённой груди и унёс прочь от меня.
Марк замялся. Он был офицером, и бросить пострадавшую на полу было против его кодекса, но я видела, как неохотно он делает шаг к ней. И я его в этом не винила, сама не простила бы мужчину, который оставил женщину в беде. Но как же было противно смотреть, как ему приходится плясать под дудку этой актрисы!
И тут неожиданно в игру вступила Жанна. Моя подруга, которая до этого момента молча наблюдала за сценой, вытираясь полотенцем, вдруг шагнула вперёд. На её лице заиграла самая невинная и в то же время самая ехидная улыбка в мире.
  
– Ой, да бросьте, Марк! Слышала, вам недавно делали массаж. Сегодня вам нельзя нагружать спину! Позвольте…
Жанна подошла к Нике и, прежде чем та успела издать хоть звук, легко, одним плавным движением подхватила её на руки, как пушинку. Ника онемела от неожиданности. Её глаза округлились, а руки судорожно вцепились в плечи Жанны.