Катастрофа размера XXL (СИ)

Если бы у меня в руках был пульт от реальности, я бы сейчас с наслаждением нажала кнопку «пауза», а лучше – «перемотка назад». Туда, где я ещё не видела Марка в облегающих плавках и где рядом с ним не стояла эта знойная красотка.
На девушке был купальник, который подчёркивал все её достоинства, а недостатков у неё, кажется, вообще не было, кроме жалящего языка. Ультрамариновое бикини на завязках сидело на ней так, будто она в нём родилась. С идеальной загорелой кожей, длинными ногами и высокой грудью девушка выглядела как реклама безбедной жизни и безупречной генетики.
  
При виде нас с Жанной она, отпивая глоток коктейля, поперхнулась и закашлялась. Я с тоскливым удовлетворением отметила, что её «идеальный» кашель звучит так же противно, как и у обычных смертных.
– Полина? – голос Марка прозвучал над полупустым бассейном, как гром среди ясного неба. – Рад, что вы воспользовались моим приглашением.
Он направился к нам, приветствуя и с ходу знакомясь с Жанной. Я впилась взглядом в шероховатый пол палубы, стараясь не смотреть выше его коленей. Марк в плавках был… преступлением против моей слабой силы воли. Точёный рельеф пресса, мощный разворот плеч, длинные жгуты мышц вдоль бёдер – под палящим солнцем он выглядел ещё божественнее, чем в массажном кабинете.
Жанна, в отличие от меня, ни капли не стеснялась. Она окинула Марка хищным, оценивающим взглядом и многозначительно посмотрела на меня, молчаливо одобряя мой выбор.
«Нет, Жанна, это не мой выбор, – мысленно проорала я, чувствуя, как в горле пересыхает. – Это моё проклятие и несбыточная мечта!»
Как же хорошо, что я не стала флиртовать с ним в медпункте! Как же хорошо, что испугалась при виде его «чётких кубиков». Если бы попыталась изобразить из себя роковую соблазнительницу рядом с этой ультрамариновой богиней, унижения было бы не избежать.
– Вода просто великолепная, – произнёс Марк, пристально глядя на меня. – Не желаете искупаться?
Его спутница, наконец оправившись от изумления, саркастично хмыкнула:
– Уверен, что вода в бассейне не выйдет из берегов? Не хотелось бы присутствовать при цунами.
Жанна рядом со мной хищно прищурилась, готовясь выдать что-то ядовитое, но внезапно вмешался Марк. Повернувшись к спутнице, он холодно проговорил:
– Тебя никто не заставляет оставаться, Ника.
Красавица, чьё лицо за секунду сменило цвет с идеально-загорелого на пунцово-обиженный, круто развернулась на модельных шпильках. Её «ультрамариновое величество» явно не привыкло к тому, что её выставляют за дверь, особенно ради женщины, чьи габариты не вписываются в стандарты глянца.
– Пожалуй, здесь и правда становится слишком тесно, – ядовито процедила она, бросая на меня взгляд, полный ненависти. – Пойду к бару. Там меньше шансов встретить слона.
Марк даже не обернулся ей вслед. Его внимание было сосредоточено на нас, и эта тихая, давящая уверенность офицера пугала меня больше, чем все колкости Ники.
Жанна, почувствовав, что сцена очищена от лишних актеров, действовала стремительно. С грацией опытной амазонки она сбросила спортивную ветровку и шорты, оставаясь в лаконичном черном купальнике, который сидел на ней как вторая кожа.
– Ну что, Поля, – подмигнула она мне, – хватит изображать партизана в засаде. Вода сама себя не протестирует.
Мне ничего не оставалось, как последовать её примеру. Пальцы предательски дрожали, когда я коснулась молнии на своей олимпийке. Внутри всё сжалось в тугой узел. Казалось, сейчас наступит момент истины: я сниму этот защитный слой ткани, и Марк увидит всё.
ВСЁ!
Всё то, чего я так стеснялась: «апельсиновую корку» на бедрах, мягкие складки на талии, которые предательски собирались, стоило мне чуть согнуться. Мой внутренний критик – тот самый, который говорил голосом Вадима – уже начал зачитывать список моих несовершенств.
«Он сейчас ужаснётся, – панически билось в голове. – Поймет, что Ника была права про цунами».
Я неохотно стянула костюм и осталась в изумрудном слитном купальнике. Сначала стояла неподвижно, инстинктивно пытаясь прикрыться руками, боясь увидеть в глазах Марка разочарование или, что еще хуже, вежливую жалость. Но тишина затянулась, и я рискнула посмотреть на мужчину.
Марк стоял неподвижно, но его взгляд… он не скользил по моим бедрам в поисках целлюлита. Не считал складки на моей талии. Его внимание было прикованы к моему декольте. Изумрудная ткань с глубоким V-образным вырезом сидела идеально, приподнимая и подчеркивая мою пышную грудь, создавая ту самую соблазнительную ложбинку, против которой бессильна любая мужская невозмутимость.
Я заметила, как взгляд Марка потемнел, становясь из серо-стального почти черным. Его кадык дернулся, когда он тяжело сглотнул.
Пауза затягивалась.
– Этот цвет… – голос Марка стал неожиданно хриплым, глубоким, вибрирующим где-то на уровне моих солнечных сплетений. – Идеально подходит к вашим глазам, Полина.
И сделал шаг, приближаясь ко мне. Его слова говорили о глазах, но взгляд был прикован гораздо ниже, жадно изучая изгибы, которые мой купальник не скрывал, а выгодно презентовал. В этом взгляде не было критики. В нем было откровенное, почти осязаемое мужское желание. Такое сильное, что воздух между нами, казалось, начал плавиться.
Жанна, стоявшая чуть поодаль, не выдержала и тихо хихикнула, прикрыв рот ладонью.
– Глаза, Марк? Серьезно? – пробормотала она с плохо скрываемым ехидством. – Ну да, цвет глаз у Полины сегодня просто… выдающийся.
Я почувствовала, как по телу разливается жар, и на этот раз не от смущения или стыда. Это было торжество. Впервые за долгое время я почувствовала себя не «женщиной плюс-сайз», а очень-очень желанной женщиной. И плевать на целлюлит, когда у мужчины напротив такой хриплый голос.
«Марк был серьёзен, когда заявил, что я красивая», – промелькнуло в мыслях.
– Ну, раз с глазами мы определились, – я нашла в себе силы улыбнуться, чувствуя, как возвращается уверенность, – может, все-таки окунемся? Или вы боитесь шторма, офицер?
Марк не ответил, лишь протянул мне руку, помогая спуститься по ступеням в бассейн, и тепло его ладони обожгло меня сильнее, чем любое признание.
 Глава 10 
Вода в бассейне оказалась тёплой, как парное молоко, и удивительно ласковой. Жанна, стоило ей коснуться поверхности, тут же обратилась в стремительную дельфиниху. Она с наслаждением нырнула, обдав нас мелкими брызгами, и поплыла размашистым кролем, явно давая нам с Марком пространство для манёвра.
Я же замерла на второй ступеньке, чувствуя, как вода обнимает мои бёдра. Сердце всё ещё колотилось о рёбра после того самого «взгляда в глаза». Марк стоял в метре от меня, и его плечи, мокрые и блестящие под солнцем, казались высеченными из бронзового мрамора.
– Полина, вы почему медлите? – он обернулся, и в его голосе всё ещё слышалась та хрипотца, от которой у меня слабели пальцы. – Вода идеальная. Ныряйте смелее.
Я почувствовала, как щёки заливает румянец.
– Я... Марк, дело в том, что я не умею плавать, – призналась едва слышно. – То есть я могу держаться на воде, если чувствую дно. Но как только оно уходит... паникую.
Марк замер. На его лице проскользнула тень улыбки – не издевательской, а какой-то до дрожи собственнической. Он медленно двинулся ко мне, рассекая воду мощной грудью.
  
– Не умеете? Значит, пришло время это исправить. Идите сюда. Я вас поддержу.
Когда он подошёл вплотную, пространство между нами исчезло. Я сделала осторожный шаг вперёд, и дно действительно начало уходить. Инстинктивно я вцепилась в его предплечья. Его кожа была прохладной от воды, но под ней пульсировал такой жар, что мне показалось, будто я коснулась оголённого провода.
– Доверьтесь мне, – выдохнул Марк прямо мне в макушку.