Сделка с врагом. Ответ на измену (СИ)

— Те-с-с, ну, не горячись так, — затыкает мне рот очередным пельменем, а сам, паразит вредный, улыбается, — и интересными предложениями сильно не разбрасывайся. Я ж воспользуюсь. А на вопрос можешь уже не отвечать. Я и так ответ понял:
— Понял, значит? Ладно, — киваю, сжимая зубы. — Тогда поясни и мне кое-что о себе.
— Спрашивай.
— На счет Аси. Вы раньше с ней были любовниками? Прости, но уж слишком тесными выглядят ваши неродственные отношения.
  
А вот теперь уже давится Арбатов.
Закашливается так, что начинаю паниковать и думать, как моими перемотанными культяпками стучать ему по спине.
Слава богу, сам очухивается, отпивает пару глотков воды и…
— Арина, черт. Ну у тебя и фантазия, хоть драмы пиши. Я последние дни всю голову сломал, с чего тебя так жёстко кроет. А ты себе полной херни надумала.
Надуваю губы и моментально получаю укус-поцелуй. А затем еще один и еще, пока дыхание не заканчивается, и я не растекаюсь в сильных руках безвольной амебой.
— Выкинь эту дурь из головы, - Руслан обхватывает мои щеки, не позволяя отклониться, смотрит серьезно. - Сама представь. Максу восемнадцать. Аське двадцать четыре. Я её с пяти лет знаю, считай, с горшка. Она вместе с моим сыном росла и по полгода у нас жила, потому что их отец — полудурок, каких мало, часто детей бил. Она потому и к Ленке на ПМЖ в восемнадцать свалила, чтобы дышать начать.
— А в Москве она с тобой была.
— Потому что закончила архитектурный институт в Берлине. И в совместном строительном проекте с бельгийцами будет представлять мою сторону.
— А задницу в твоем кабинете отклячивала сегодня.
— Ревнивица ты моя. У тебя глаза становятся ярко-зеленые, когда злишься, —обхватывает за попу и притягивает ближе к себе. — За пять минут до тебя из кабинета Витька вышел, точнее, выскочил, как ошпаренный, потому что Аська на него глаз положила. И всячески уже второй год пытается соблазнить.
—А он?
— А он, — фыркает Рус с ухмылкой, — с чувствами, мля, борется. Он же ее тоже мелкой сикухой помнит. Мы с Муриным со школы дружим. И пусть Аська выросла давно, в голове у мужика п..здец полный творится. Сам не понимает, чего хочет.
— А ты? Ты понимаешь, чего хочешь? — любопытствую, дожимая вечер откровений до пика и ощущая, как воздух между нами внезапно уплотняется.
Думаю, у многих была в жизни ситуация, когда веселость и смех резко обрывались после поцелуя? У нас происходит аналогично. Разница лишь в том, что мы находимся на расстоянии дыхания друг от друга. Но искрит — мама не балуй!
— Хорошо понимаю, Ариш. Очень хорошо, — произносит вкрадчиво. — И ты это тоже понимаешь. Как и то, что дороги назад у нас с тобой нет. И бояться, девочка моя, уже поздно.
Меня от тихого урчания будто в кипящую воду окунают. Горячо и слишком по нервам.
Внизу живота начинает клубиться прекрасно знакомое томление. И грудь становится такой чувствительной, что кружево бюстгальтера ощущается до одури раздражающим. Самообладание под тяжестью дерзкого графитового взгляда намеревается лететь под откос.
— Р-руслан, а если я тебе надоем?
Улыбается.
— Знаешь, Ариш, пресыщенность, конечно, порождает скуку, и от нее сложно избавиться. Но с тобой, милая, поверь... мне как угодно, но не скучно.
Совсем недавно я сравнивала Арбатова с Каа, питоном из «Книги джунглей» ... и как же была права.
В душе поселяется то самое ощущение, словно тебя затягивает в воронку. Руслан делал это инстинктивно — каждым словом, жестом, взглядом. Собой.
Он обвивает меня.
Опутывает.
Создает кокон, в который мечтает попасть каждая женщина.
Лишает независимости и в одностороннем порядке подписывает документ, по которому конфискует мою свободу по праву сильнейшего.
— И кстати, Ариш, зря ты решила, что я шучу про невесту, — произносит с едва уловимой улыбкой, потрогав языком клык во рту. — Впрочем, завтра всё сама увидишь и услышишь, когда поедем забирать паспорта и свидетельства.
  
65.
 
Уже хорошо изучив Руслана, по дороге в ЗАГС не задаю ни одного вопроса. Знаю: все равно не ответит, зато точно начнет подкалывать.
Оно мне надо? Проверять на себе сарказм по-Арбатовски?
Потому сижу, прислонившись к очень уютной гранитной груди, молчу, как партизан, и делаю вид, что жизнь прекрасна.
Да вот уж нет.
Впрочем, вид не делаю. Жизнь именно такова и есть.
Я жива, почти здорова и влюблена, как кошка.
Может, конечно, и люблю... но это слово пока видится мне чем-то очень сложным, ёмким и лаконичным. Что, будучи озвученным вслух, до конца расставит по местам все акценты.
А я- трусиха и пока побаиваюсь забегать вперед. Вдруг сглажу?
К тому же то, что между нами уже есть — и так фантастически огромно. Столько нежности, внимания, ласки и заботы я не получала ни от кого. И все это без просьб и напоминаний, лишь потому, что мой мужчина так решил сам.
Мой мужчина:
Боже, до чего звучит вкусно!
Руслан — мой мужчина.
Порой мне не верится, что я смогла перешагнуть через боль предательства и осталась собой. Той, кто по-прежнему умеет чувствовать, любить, быть открытой и целостной. Кто, преодолевая страхи, вновь учится доверять.
Добившись того, чего хотела — развода с мужем, я не сломалась и не ожесточилась, но стала сильнее. При этом умудрилась остаться с Романом в ровных приятельских отношениях, что в состоятельных семьях — факт чрезвычайно редкий.
Мало этого — я не подавала документы на раздел имущества — так Зотов сам выделил мне более чем щедрое содержание и из собственных средств проплатил все операции детишкам, график по которым мы с ним обговаривали до того, как начался весь кошмар.
Адвокат Романа оформил все бумаги официально. Я же, пусть и гордая, но не дура.
От щедрости бывшего супруга не отказалась. Всё приняла и подписала.
Естественно, через Самкова, который довольно потирая руки, в этот момент бубнил под нос: «Ну, слава богу... не только красивая, но и умная. Не стала показывать характер и выпендриваться»
Да, теперь я — дама и самостоятельная, и довольно состоятельная. Мне не обязательно продавать квартиру дяди, чтобы вернуть долги Руслану. И про Тверь и поиск работы ломать голову тоже не надо.
Что же касается коллекции ретро автомобилей — я не испытываю ни капли сожалений, что с ней мне предстоит расстаться. Несмотря на наши с Русланом близкие отношения, я не собираюсь нарушать сделку и до конца намерена выполнять ее условия. К тому же у меня нет ни капли сомнений, что в надежных руках Арбатова парк машин не только сохранится лучше, но и станет еще крупнее.
Еще одна радость, от которой на губах вспыхивает короткая едкая усмешка, — да-да, я кровожадная мстительница, а не ангел — брат и сестра Измайловы непременно оба понесут наказание. Теперь точно. Отвертеться от правосудия им не помогут ни связи в высоких кругах, ни взятки, ни угрозы и прочие методы.
И пусть их накажут не за то, что они совершили со мной и Ромкой, лишив нас ребенка и семьи, зато они тоже надолго потеряют самое важное для них. Власть, влияние, достаток и, конечно, свободу.
Но, главное, что эти злобные монстры больше никому не смогут навредить.
Только сегодня утром, когда мы с Русланом наведывались к Михаилу, мой адвокат пообещал, что срок, который получит Владислав за финансовые махинации и мошенничество с использованием организованной группы, будет где-то под десятку.
А еще Измайлов однозначно лишится своего пакета акций в «Алмаз-Х», в фирме которую, преждевременно похоронив Зотова, вздумал считать своей безраздельно.
  
Руслан, ухмыльнувшись, между делом напомнил про Сергея Владимировича, и подтвердил, что все так и будет.
Что же касается Киры... судебно-психиатрическая экспертиза диагностировала у нее признаки душевного расстройства и поместила в клинику. Предродовая депрессия, ситуация с Романом, который от нее отказался, и заключение под стражу брата... конкретно подкосили бывшую любовницу Зотова. Единственная радость — с ее беременностью всё в порядке, и сын у моего уже бывшего мужа родится здоровым.