Сделка с врагом. Ответ на измену (СИ)

— Я упаду. Точно говорю, что упаду, — пытаюсь отыграть всё назад и закатываю глаза к небу, только бы больше не поддаваться на новые провокации.
Дюймовочка чуть ли не прыгает от восторга и с радостью строит планы, как мы будем с ней покорять расстояния.
Мамочка дорогая. Вот не зря говорят: язык мой — враг мой.
Лучше бы в кроватке спала и…
— Не волнуйся, я буду рядом и обязательно тебя поймаю, — обещает мне Арбатов, закрепляя липучками перчатки с пластиковыми накладками.
  
— А Зосю? — паникую больше прежнего. — Кто в таком случае будет ловить Зосю?
— С этим и Макс справится. Да сын? — Руслан с беззаботной улыбкой подмигивает кому-то за моей спиной.
— Без проблем, поймаю. Могу и Арину, если далеко умчится, — веселится Арбатов-младший.
Обогнув скамейку, где мы экипируемся, он приветливо всем кивает и сосредотачивается на сестренке, проверяя, чтобы у той все было закреплено правильно.
— НУ что, кнопка, готова? — щелкает ту по носу и подает обе руки, помогая ей встать на ноги.
— Всегда, — улыбается Дюймовочка, озаряя счастьем всех вокруг.
Что сказать... прогулка удается.
Зося отрывается от души и катается так, будто родилась с роликами подмышкой Легко и непринужденно. А в те редкие моменты, когда все же не успевает затормозить или спотыкается, соскальзывая с дорожки, ее ловит Макс.
Один раз парень не успевает. Честно, пугаюсь до замирающего сердца, но малышка фыркает и совершенно спокойно поднимается, не проронив ни слезинки.
— Уф, вот я неуклюжая, — выдает, оборачиваясь ко всем нам.
И счастья полные штаны.
Я же в компании семейства Арбатовых выгляжу основательным слабым звеном.
которое всех задерживает, вечно норовит упасть и при этом веселит. То охаю, то ахаю, то сетую на то, что обе мои ноги — левые, и это клинический случай, не подлежащий исправлению. Один раз чуть не сбиваю с ног зазевавшегося Макса, и всю оставшуюся прогулку тот, грозя пальцем, надо мной подшучивает:
— Арин, моя красная футболка — это как красный цвет у светофора. Запоминай.
Езда запрещена, а ты вредничаешь и нарушаешь.
Угукаю, клятвенно обещаю сдать экзамен по всем трем цветам сигнального регулировщика, а потом без раздумий вцепляюсь в руку Руслана и угрожаю, что не отлеплюсь от него, пока с меня не снимут орудия пыток. Арбатов нисколько не возражает. наоборот в его глазах мелькает какое-то жутко довольное предвкушение.
— Как скажешь, Ариш, как скажешь,
Домой возвращаемся усталыми, но довольными.
Семейство Арбатовых счастливо точно. Еще бы, столько ржать на смешную меня. Пусть и без злобы, весело подтрунивая. Я же.. тоже на позитиве, хоть и уматываюсь в усмерть.
Есть такое выражение «Целовать землю». Клянусь, когда Сатана снимаем с меня коньки и помогает обуть спортивные тапочки, я готова совершить этот жест доброй воли.
— Больше никогда, — машу перед носом мужчин пальцем на предложение покататься в следующий раз вчетвером. — Уж лучше на велосипеде.
И что бы вы думали я получаю в ответ?
— Заметано!
За завтраком обсуждения прогулки не заканчиваются. Зосю распирает от счастья Макс все подкалывает из-за наезда, Руслан просто сидит, как облопавшийся сметаной кот и словно не торопится в офис... хотя понедельник — день рабочий.
Я налегаю на сырники со сгущёнкой и обдумываю предстоящие сегодня встречи, делаю пометки в телефоне, а потому упускаю нить разговора, что, оказывается, уже некоторое время ведется за столом.
— Арина, а ты тоже с нами поедешь?
— Куда? — не понимая сути вопроса, откладываю гаджет.
— Ну, в Зельден, на горнолыжный курорт в Австрии.
— Э-э-э... так лето же... — включаю логику, которая, кажется, хромает.
— В горах и летом снег. Там круглый год можно кататься, — авторитетно заявляет Зося. — Правда, папочка?
— Угу, - подтверждает Руслан. — Арин, мы через пару дней летим. Уверен, тебя с работы отпустят... ну, или я оговорюсь:
После его слов образовывается гробовое молчание. Все устремляют взгляды на меня... А я…
— Нет Я не могу, — выпаливаю, качая головой.
— Да, ты можешь, — настаивает Арбатов.
Сцепившись взглядами, устраиваем с хозяином дома невидимый армрестлинг.
— Нет, Руслан.
— Да, Арина.
Гром и молнии. Бой Света и Тьмы. Кажется, еще чуть-чуть и начнут взрываться лампочки в люстрах, а телевизор включаться и выключаться сам собой — настолько сильным становится накал.
Спасают телефонные рингтоны. Два. Сначала пиликает телефон Руслана, следом мой.
Скашиваю глаза и понимаю, что не ответить нельзя. Разговора жаждет один из будущих спонсоров аукциона.
Извинившись, покидаю стол и сбегаю к себе. Пора собираться на работу.
  
57.
 
Аукцион, запланированный на следующую неделю, забивает рабочее время до отказа. Прошу у заведующей центром выделить мне помощников, чтобы скинуть на них мелочевку, сама же связываюсь с поставщиками, обслуживающими вечер.
Проговариваю все детали до последних нюансов, подписываю договора, а остальное время посвящаю участникам.
Высший свет, как неудивительно, тоже имеет свое сарафанное радио. Поэтому цепная реакция с каждым днем всё набирает обороты. Уже не я сама звоню с предложением поучаствовать, а знакомые знакомых набирают меня и предлагают выставить на аукцион милые безделушки, а также обязательно прийти и что-нибудь купить.
Из-за загруженности в дом Арбатова в понедельник возвращаюсь только в начале девятого вечера. Всё, на что меня хватает, это поужинать, часик провести с Зосей и Русланом в бассейне, а после сбежать к себе, чтобы отдохнуть и поваляться на кровати с книжкой.
Вторник становится зеркальным отражением предыдущего дня, а вот среда вносит коррективы.
— Вечером идем на прием к губернатору. Аля тебе все подберет, — сообщает Руслан за завтраком. — Или, может, сама что-то подыщешь? Пробежишься по магазинам в обед или к моей сестре заглянешь? Она будет рада.
— Нет. Не могу, дел вот так, — провожу гранью ладони по лбу.
Откусываю кусочек от бутерброда с красной рыбой и пока жую, мысленно передвигаю дела, запланированные на этот день.
— Только не говори, что ты ее стесняешься? — напоминает о себе Арбатов, приподнимая бровь.
Вместо того, чтобы завтракать самому, он намазывает маслом еще один тост и водрузив сверху слайс форели, подкладывает фишбургер мне на тарелку.
— Нет, не стесняюсь. Правда, некогда, — мотаю головой, слизывая с пальца подтаявший кусочек масла. — И хватит меня откармливать, лучше сам завтракай.
— Успею.
Хриплый мужской голос пускает по коже мурашки.
Перехватываю очень голодный взгляд, внимательно провожающий мой язык, и не придумываю ничего лучше, чем спрятаться за чашкой кофе.
Фух, что-то я совсем расслабилась. Непорядок.
Мысленные стенания прерывает Руслан, меняющий тему на свою любимую в последние дни.
— Что у тебя по поводу отгулов? Ты уже предупредила об отъезде?
— Нет, не предупредила, потому что не еду, — уверенно встречаю недовольство. — Я не могу отлучаться, Руслан. Нет времени.
— Тебе так важен этот аукцион?
— Да. Предстоящее мероприятие — мое детище, и я не хочу, чтобы кто-то его запорол или что-то испортил.
Вопрос с поездкой в Австрию так и остается камнем преткновения. Рус давит. Я отбрыкиваюсь. На время мы расходимся, как боксеры на ринге, а потом вновь начинаем бодаться.
Прием, организованный губернатором, сражает грандиозностью.
За пару лет успев побывать на многих вечеринках и званых ужинах, есть с чем сравнивать. Политики, олигархи, «звезды» киноиндустрии, артисты эстрады, их жены, любовницы и подружки, художники, дизайнеры, прочие выдающиеся личности, сражающие эпатажем, и немыслимое количество девушек модельной внешности — всё это пёстрое сборище гудит, словно растревоженный улей.
  
Обнимания, целования щечек, лобызания ручек... комплименты платью, туфлям сумочкам, собачкам в сумочках, драгоценностям на шее, на ногах, в ушах и в жо…волосах.