Сделка с врагом. Ответ на измену (СИ)

Она переминается с ноги на ногу на пороге и нервно кусает губу.
— Он мне сообщение скинул, — сверкает моя девочка зелеными омутами, в которых кипят слезы.
Забираю телефон из ее дрожащих рук и кладу тот на стол, а сам крепко-накрепко прижимаю к себе хрупкое тело.
— Все хорошо, Ариш, он тебе ничего не сделает, — обещаю, касаясь губами влажных после душа волос.
Поглаживаю ее по спине, заставляя расслабиться и выпустить напряжение. Льнет, обнимает меня в ответ.
  
Встречаюсь взглядом с Муром.
— Ему в дурку надо, — тихо матерится тот.
Киваю. Полностью с ним солидарен.
Какой нормальный человек напишет.
рыжая!))))))))))>?
Только псих.
«Ты всё равно будешь подо мной»
  
48.
 
Следующие сутки оказываются насыщенными на события.
Те, как бусины, нанизываются на нитку времени, а я лишь успеваю отслеживать, как они мелькают перед глазами.
После мощнейшего выплеска энергии в кабинете Руслана ощущаю себя растерянной. Мне очень некомфортно чувствовать себя испуганной и слабой, тем более в присутствии Мурина и Самкова, висящего на телефоне. Однако, Арбатов не выказывает ни грамма недовольства тем, что я по сути без приглашения ввалилась в его кабинет и вмешалась в сугубо мужской разговор.
Он долго обнимает и поглаживает меня по спине, шепчет слова поддержки, а затем, когда предпринимаю попытку отстраниться, хвалит:
— Умница, что не удалила и не утаила от нас сообщение. Такие факты скрывать нельзя.
— Важна каждая деталь? — включаю беззаботность на максимум, стараясь незаметно стереть влажную дорожку со щеки.
— Совершенно верно, Арин.
Не знаю, кажется ли мне или нет, но Руслан будто с сожалением отпускает меня от себя подальше, когда хочу сесть в кресло. При этом чутко реагирует на любой жест.
— Что? Голова разболелась? — прищуривается, когда я, заправив за ухо волосы, касаюсь затылка и пару секунд его растираю. — Сейчас скажу Марине, чтобы принесла таблетку.
Слова не расходятся с делом, через три минуты домработница приносит лекарство.
А Арбатов уже подает наполненный водой стакан.
— Я одного не понимаю, — запив обезболивающее, уточняю странный момент, — у меня же новый номер телефона. Я его всего-то нескольким людям давала. Откуда Измайлов мог так быстро узнать?
Мужчины переглядываются, но отвечает мне Виктор.
— Павлов, козел, постарался.
Мурин, потушивший сигарету в тот момент, когда я возникла на пороге, вновь тянется к пачке. Вытаскивает новую, но не спешит прикуривать. Морщит нос и принимается вертеть ее между пальцами.
— Павлов, — повторяю вслед за начальником безопасности Арбатова и прикусываю губу. — Плохо. Мне ведь завтра к нему на допрос ехать.
— Он ничего тебе не сделает и не скажет, — моментально реагирует Руслан.
Сатана останавливается за спинкой кресла во главе стола и упирается пальцами в его подголовник. Зло прищуривается и тихо, но ёмко произносит.
— Иначе лишится и места, и головы. В нашем мире связи играют всё. Если он дурак, то получит хороший урок.
Последнего он даже как будто ждет.
Смотрю на мужчину безотрывно (выходит само собой) и верю каждому слову. Хотя с ним по-другому и нельзя. Точнее, не получается.
Он как маяк, забирает на себя не часть внимания, а всё до граммульки. И говорит не ради красного словца, а то, что действительно способен сделать, если его разъярить.
А тут уже как раз такой случай. Измайлов и Павлов — оба для него, как красная тряпка для быка. Один неверный шаг... и их либо затопчут, либо вздёрнут на рога.
Арбатов не заряжен играть.
Сумасшедшая энергетика. Убойный магнетизм. Эмоции, которые пропитывают собою всё вокруг подчиняя и обволакивая.
— Рус, может, мне стоит завтра вместе с Ариной и Михаилом к следаку прокатиться?
— напоминает о себе Мурин.
Он не улыбается, а скалится, предлагая помощь. Почесывает заросший густой щетиной подбородок, а сам будто мысленно уже в налую рожу Павлова заглядывает.
— Ты думаешь, Самкова и Савина будет мало? — Руслан копирует мимику своего начбеза, вопросительно приподнимая бровь.
— Ну-у-у... третий — не лишний, третий запасной, — хохмит Мур.
Закашливаюсь.
Вот же собрались... мальчишки. Два сапога — пара, не иначе. Хотя тут, пожалуй, уже две пары таких сапог выходят, если Самкова и Савина брать в расчет.
Господи, и куда я попала? Чувствую себя маленькой глупой мышкой среди отожравшихся породистых котов.
— А знаешь... я не против, — дает «добро» Руслан.
Он медленно проводит зубами сначала по нижней губе, потом также по верхней и хитро усмехается.
На этой позитивной ноте, заметно разряжающей обстановку, перемещаемся в столовую.
Нас встречает светлое и просторное помещение с высокими потолками и добротной мебелью. Ужин подают вкусный, блюд много, разнообразие впечатляет, но из-за усталости, вызванной длительным перелетом, и нервного перенапряжения, организованного Измайловым, я ем мало.
— Не нравится? Хочешь что-то другое? Повар приготовит.
Руслан отвлекается от разговора с Виктором. Переводит взгляд с тарелки, где я раскромсав мясо на мелкие кусочки, почти все оставляю не тронутым, на девушку в форменном светло-сером платье. Та под тяжелым взглядом начальства кивает.
Молчаливая готовность бежать и исполнять не удивляет У Арбатова другие не работают.
— Нет, не нужно. Спасибо. Если вы не против, я пойду отдыхать.
Мужчины не возражают, желают хорошо выспаться. Марина, возникшая ниоткуда, провожает до комнаты. И можно бы сказать, что на такой спокойной ноте вечер заканчивается, но не совсем так.
Через десять минут, когда я выхожу из ванной, в дверь стучат.
— Руслан Германович сказал, что это должно вам понравиться.
С такими словами домработница вносит поднос и устанавливает его на прикроватную тумбу, после чего прощается и покидает спальню.
Подхожу ближе к подношению, рассматриваю его и легко улыбаюсь, несмотря на то, что совсем недавно почти плакала.
Большая чашка горячего какао и... коробочка лукума.
Сюрприз обалденный и безумно милый.
На душе становится в разы теплее.
«Спасибо, Руслан»
Достаю телефон и без раздумий отсылаю сообщение, а меньше чем через минуту получаю ответ.
«Спокойной ночи, Ариш»
Не знаю, действует ли так пожелание Арбатова, напитанное его мощной положительной энергетикой, поддерживающей и успокаивающей одновременно, или в какао кто-то продуманный добавляет снотворное (шучу-шучу), но ночью сплю, как убитая.
Никакие метания и дурацкие мысли, что теперь делать и как быть, меня не заботят.
Как и не напрягает тот факт, что нахожусь я в чужом доме, в чужой комнате, в чужой кровати.
Утро начинается рано.
Меня никто не будит, просыпаюсь сама. Накидываю халат и, подчиняясь желанию, выхожу на балкон.
Погода шикарная. Тепло, солнечно, безоблачно. Задираю голову вверх, подставляя лицо жарким лучикам. Улыбаюсь им, а когда решаю осмотреться, несильно удивляюсь, замечая Арбатова.
Руслан, в серых спортивных штанах и белой майке и кроссах, выбегает из-за поворота и приближается к заднему крыльцу. Волосы влажные, дыхание чуть сбитое, майка на груди пропиталась потом.
Зрелище... очумительное.
В горле пересыхает по той самой причине, от которой алеют щеки и шумно колотится сердце. Я смущаюсь и теряюсь.
И кому скажи, что с ним мы провели вдвоем неделю на острове на одной вилле... и так сильно, как в этот момент, меня ни разу там не плющило — не поверят.
Но это реально так.
Остров Маэ кажется миражом, где я будто спала, а сейчас проснулась и увидела, и почувствовала себя другой. Не той, кем была еще вчера. Не зажатой замужней дамой, а женщиной, остро реагирующей на безумно привлекательного мужчину.
  
Открытие обескураживает, но заставить себя не смотреть на Руслана — не могу.