"Фантастика 2025-53". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

– И если бы не Грог – у нас бы ничего не получилось, – напомнила я.
И это факт. Лысый бугай при всех своих очевидных недостатках умудрился вытянуть из Пузачо столько воды, сколько было возможно, не причинив при этом вреда молодому организму. А восемнадцатичасовые физические нагрузки вкупе с моим даром, постоянно направлявшим энергию в тело парня, привели к невероятному результату: мы умудрились разбить жировую прослойку и почти сжечь ее за неделю! Конечно, до стального пресса там далеко, но Пузачо не прекращал тренироваться! Первыми проявились мышцы на руках, что было естественно, потому я специально подобрала ему кофту с облегающими рукавами – чтоб у всех глаз радовался. Но кто же мог подумать, что наш светлокудрый красавец за один выход покорит столько женских сердец?! И это сейчас он еще ходит в утягивающем корсете, а что будет, когда на идеальном торсе будут бугриться идеальные кубики?!
  
Я с сомнением посмотрела на стопку записок. Разочаровывать парня не хочется – но еще меньше хочется разбираться с его поклонницами. Он нужен мне целиком и полностью сосредоточенным лишь на одном деле – на своем образовании.
Мне все еще необходим дипломат.
А потому – перевела тему:
– Сегодня на тренировке с магистром Грэдис ты так старался! Ты ни на секунду не отставал от Нани и Грога!
– Но Тата всегда меня обгоняла, – не согласился с похвалой Пузачо.
– Тата всех обгоняла. Она маг воздуха, – произнесла я сухо.
– Мастер, почему мне кажется, что ты не хочешь говорить об этих девушках? – кивнул на записки Пузачо.
Проницательный какой…
Еще днем я хотела вдоволь поржать над романтичными натурами!
Понятия не имею, что изменилось, но сейчас лезть в чужие чувства как-то резко расхотелось.
– Ты запомнил, которая из них какую записку написала? – спросила прямо.
– Нет, – растерянно ответил парень.
– Тогда как ты будешь писать ответы? И как после передашь свои ответы адресатам?
Пузачо задумался.
– То, что ты не хочешь никого обидеть, – это замечательно. Но мой тебе совет – сохрани записочки на память и перестань париться о чувствах девиц, которые даже не озаботились тем, чтобы ты их запомнил! – уверенно произнесла я, ощущая себя едва ли не магистром любви. – Кстати, тебе странные сны здесь не снятся?..
Кто-нибудь, ударьте меня в лоб.
– Странные сны? – нахмурился Пузачо, мгновенно переключаясь на новую тему.
– Ну да… Про обитателя башни… или там… про прогулки по второму и третьему этажу? – протянула я как бы невзначай, разглядывая шов на перчатке. На той самой перчатке, которой на мне не было во сне…
Во имя всех не вовремя проклятых! Я что теперь весь вечер буду думать только о НЕМ?!
– Нет, мне вообще здесь сны не снятся. Просто проваливаюсь в темноту. Последний раз я видел сон еще дома… – Пузачо замолк, глядя на огонь в камине.
Я смотрела на него внимательно. Ждала, когда парень отойдет от воспоминаний.
– Не поделишься? – спросила негромко.
Пузачо активно замотал головой из стороны в сторону. Ясно… Значит, не сегодня.
И все же…
– Тебя оклеветали? – мягко спросила я, заглядывая в глаза.
– Нет, мастер. Меня не оклеветали. Я заслужил свое наказание. Я – плохой человек, – твердо произнес Пузачо. Огонь под его взглядом начал трепыхаться, словно в каких-то нервных спазмах. Затем блондин повернул голову ко мне. – Но я хочу исправиться. И я сделаю все, что мне скажет мастер, потому что мастер – умная. И мастер тоже не хочет становиться пушечным мясом.
Надо же. Запомнил.
Вот только что-то зачастили все вокруг с выводами о моей скромной персоне. Магистр Грэдис считает, что я – леди из знатной семьи, Грог считает, что я – самонадеянная выскочка, Леон считает, что я – бездушное тело, с которым он может творить что хочет. Пузачо вообще зовет меня мастером, полагая, что у меня есть ответы на все вопросы.
Все это про меня ровно настолько же, насколько вообще не про меня. Никто из них понятия не имеет, кто я на самом деле, откуда я, почему знаю больше, чем нужно, и как оказалась на улице.
Да, я не из семьи сапожника, и да, кое-чему меня в детстве обучили – но в данный момент это все, чем я готова поделиться.
– Я поняла тебя: ты хочешь попытаться выбраться из той ямы, в которой оказался. Но сейчас, несмотря на мое обещание, мы не можем это обсудить – Грог на улице вряд ли готов слушать наши доводы.
– Грог плохо себя ведет. И Грог плохо смотрит на мастера, – вновь нахмурившись, негромко произнес Пузачо.
Я напряглась. Не хочу делать бугая своим врагом. Он слишком опасен. Но и вечно пропускать мимо ушей его оскорбления – тоже не хочу.
– Спасибо, что сказал, – посмотрела на Пузачо еще внимательней, – я это учту.
– А я послежу за ним – чтобы не учудил чего. А сейчас пойду потренируюсь. – Сын пекаря аккуратно поднял стопочку записок и осторожно убрал их в карман. Встал, открыто мне улыбаясь. – Спасибо тебе, мастер. Сегодня я стал чуточку мудрее.
Если он о том, что нужно запоминать всех поклонниц в лицо, то…
– Иди уже, – отмахнулась я и откинулась на спинку кресла.
Некоторое время просто сидела. Потом встала, пересекла гостиную, вышла на порог башни и посмотрела на Грога.
Словно по заказу Таты минут десять назад пошел дождь; пленник стоял, распятый лианами, с опущенной головой, по которой стекали тяжелые капли. Но стоило мне открыть дверь, как Грог поднял голову и уставился на меня тяжелым взглядом. И взгляд его мне очень не понравился.
Некоторое время мы изучали друг друга, а затем я вновь отошла в тепло прихожей, а бугай остался обездвиженным на холоде под дождем.
Я остановилась в гостиной, испытывая странное беспокойство. Обвела взглядом помещение и решила потратить время до сна с толком – заряжая какие-нибудь небольшие предметы.
В итоге вымотала себя так, что глаза начали реально слипаться. Посмотрела на часы и вновь вспомнила о Гроге. Наверное, стоит напомнить Нани, чтобы та освободила нашего наказанного…
Но я отправилась в свою спальню. Стянула резинку с волос, планируя ложиться спать, как вдруг услышала странный стук: словно удар дверью о стену в прихожей. Не знаю почему, но первым порывом было запереть свою спальню. Вот только я не успела: моя дверь резко распахнулась, едва удержавшись на петлях. Бугай вошел, не останавливаясь, и одним движением отбросил меня на постель, тут же нависнув сверху.
– Где теперь твоя хваленая решимость? Где колкие фразы о том, какая ты дерзкая и какой я немощный? – процедил Грог, вжимая меня в постель всем своим весом. На мое лицо медленно стекали капли с его лысого черепа.
– Грог! – Тата появилась в дверном проеме, но тут же отлетела назад, получив хлесткий удар водным жгутом. Следующими под раздачу попали братья, которых водная стихия буквально приковала к стене за спиной бугая.
– Ну кто еще ринется тебя защищать? – оскалился тот, а затем совершил немыслимое! Его рука вдруг больно сжала мою грудь, а колено резко раздвинуло мои ноги.
– Ты что творишь? – испуганно выдавила я.
– Ты же лидер – останови меня! – зло усмехнулся Грог, едва не касаясь своим лицом моего.
Сказать, что я такого не ожидала… да, в данный момент – это быть честной с собой.
Но любой растерянности приходит конец.
Я вцепилась ладонями в перчатках в бицепсы бугая и пропустила через себя столько заряда, сколько способна была пропустить. Мокрая ткань моментально распространила мою атаку по всему телу Грога – и уже через пару секунд лысый начал заваливаться на бок, потеряв сознание.
– Остановись, ты его убьешь! – рявкнула Нани, мгновенно оказываясь рядом с моей кроватью. Но трогать тело до того, как я его отпущу, не решилась, как не решилась смотреть на меня и на кровать в принципе.
  
Зато, как только бугай отключился, сила перестала держать братьев и Тату – и они тут же ворвались в спальню.
– Что с ним? – Тата присела над телом, секунду назад свалившимся с моей постели.