Старые недобрые времена 3 (СИ)
Зато чуть позже, когда он займёт более прочные позиции, всё это и многое другое, запатентованное должным образом, объединённое под одной крышей, может подмять рынок США, да и не только! Да, это не нефть, не металлургия, не железные дороги и не промышленная химия, деньги будут на два порядка меньше, но это будет его и только его детище.
Впрочем, это потом… как и многое другое, а пока — связи!
Старые знакомства из университета Пенсильвании работают, и неплохо, стартовые условия у него много лучше, чем можно было бы ожидать. Но пока Георг Шмидт воспринимается как вчерашний студент, пусть даже многообещающий и состоятельный, удачно капитализировавший свои знания.
Но вот как делец, как промышленник… нет, пока нужно осторожничать, пока к нему приглядываются, каждый шаг рассматривается со всех сторон, пристрастно, и случись ему оступиться — сожрут.
По крайней мере, попытаются. Обкусают. Оспаривание патентов, затягивание судов, махинации с акциями, физическое насилие… вариантов много.
А университетские связи… очень может быть, что рвать его, при случае, будут родственники, а то и родители его друзей и приятелей, потому что — ничего личного, это бизнес! Пока он не проявит себя самостоятельным игроком, с которым не стоит связываться — только так! Да и потом…
Сделав глоток уже остывшего кофе он поморщился и оставил чашку на журнальном столе.
— Надо позвонить, — пробормотал он, тут же опомнившись и усмехнувшись чуть кривовато. Проект телефона, пока существующий лишь в его голове, уже разросся так, что кажется почти реальным.
— Идей — уйма, — вздохнул он, — если я реализую хотя бы часть…
Не договорив, он замолчал, не доверяя даже стенам в собственной квартире. Уши, как известно, бывают и у стен, а привычка говорить вслух может сработать в самый неожиданный момент.
Чертёжные инструменты, скрепки… телефон, наконец! Но… прогресс ради прогресса? Спасибо, но нет!
А тем более, скрепками или даже телефонами нельзя осчастливить человечество, это не лекарство от холеры и не дешёвый способ получения удобрений. Это просто деньги!
А патентовать, чтобы потом что? Закончить как Тесла, в нищете? Спасибо, нет… Да и деньги после определённой отметки, это уже не комфорт или даже роскошь, а инструмент, и ему, чёрт подери, такой инструмент нужен!
— Связи, — пробормотал он сквозь зубы и снова замолк, — связи… а пока хотя бы мастерскую организовать.
— А может, — засомневался он, — всё-таки в магистратуру?
Собственная мастерская — это возможности, свобода, деньги… но и большая уязвимость. Магистратура в Университете Нью-Йорка — престиж, контакты… но идеи, овеществлённые в Университете, станут собственностью кафедры! Да и воруют там, надо признать… поизящней, чем в порту, но, чёрт подери, воруют.
Легко может статься так, что в итоге патент окажется оформлен на какого-нибудь почтенного профессора, непременно седовласого и заслуженного. Наслышан, знаете ли… не так, чтобы очень уж часто, но оказаться числе немногих исключений желания нет.
— Нужно всё, — мрачно постановил он спустя несколько минут мучительных размышлений, — и мастерская, и магистратура, пусть последняя хотя бы для связей. Да и проще будет найти нужно специалиста, когда он понадобится.
— А ещё нужна лаборатория, и, пожалуй, целая сеть мастерских… или всё-таки завод? Всё зависит от первого шага, от последующих действий партнёров и конкурентов, и ещё множества переменных, предугадать которые можно лишь пытаться.
— Вот только время… — вздохнул Георг, потерев подбородок, — хроноворот бы изобрести! Эх, мечты…
Со временем у него проблемы… с одной стороны, вроде и невелика разница, годом раньше он запатентует и пустит в оборот одно из изобретений, или позже.
С другой — приближается война, а это не только трагедия, но и, как бы это цинично не звучало, возможности!
Во время войны правительство платит не скупясь… иногда. А иногда и выкупает патенты по доллару. Принудительно!
Конкретных примеров попаданец уже не помнит, но на одной из лекций эта тема всплывала, притом именно в контексте Гражданской Войны в США, и это надо иметь в виду.
А ещё, помимо патентов, придётся заниматься производством, заниматься поставками, и, наверное, бывать в действующей армии. Обойтись без всего этого можно, но тогда выхлоп от изобретений будет меньше как минимум в разы, если не на порядок.
Да и меньше шансов, что какое-то изобретение правительство выкупит за доллар, пусть даже и «на время войны», если ты лично знаком с генералитетом. И уж точно больше шансов получить выгодный контракт, если новинку представляешь лично, а не через представителя. Генералы, они такие… понимают субординацию. По-своему.
Ещё спорт… и нет, ему нравиться и фехтование, и верховая езда, и…
… хотя, пожалуй, борьбу, бокс и греблю можно, а скорее нужно отставить в сторону. Ну, насколько это вообще возможно… по ситуации!
— Спортивный клуб, — протянул он, — ну да, ну да… маскулинность, запах пота и тестостерона… и связи, которые вот так, на боксёрском ринге или фехтовальной дорожке, образуются куда как быстро! Надо будет выбрать… попрестижней.
— Опять, — пробурчал Георг недовольно, уже зная, что не откажется от планов, — Опять аскетизм, и никаких, чёрт бы их побрал, излишеств! Знать бы ещё, что это такое… и что такое — отпуск!
На мгновение он замер, оглядев гостиную свежим, пристрастным взглядом, оценивая количество дел и свои возможности, потом слегка усмехнулся. Настроение, хотя и ставшее несколько меланхолическим, выправилось, перестав скакать во все стороны разом, делая какие-то заячьи петли. Ну да, придётся работать… а когда было иначе? Да и интересно ли — иначе?
Пройдя на кухню, скептически погляделна газовую плиту, настоящий хай-тек этого времени. Массивная, тяжелая даже на вид, угольно-чёрная, с латунными, полированными кранами и решётками, синеющей полоской огня.
Покрутив вентиль, чиркнул спичкой и поставил на огонь старую медную турку с потемневшей ручкой и ещё более тёмной историей. Вскоре густой, тяжёлый аромат с лёгкой горчинкой заструился по кухне, напомнив, внезапно, о походных лагерях, утреннем тумане, индейских стрелах и боевом кличе краснокожих, желающих прорваться в лагерь.
Составив турку, провёл пальцем по краю плиты, машинально, в который уже раз, прочитав инструкцию, выгравированную на латунной пластине. Хай-тек… но пока очень несовершенный, и, он знает это точно, перспективный!
Ещё лет десять, и такие плиты перестанут быть редкостью, а через двадцать редкостью станут угольные и дровяные печи. Правда, и конкурентов… впрочем, пока он только думает в эту сторону.
Налив себе наконец кофе, он захватил утреннюю газету, забытую было на кухонном столе, и прошёл в гостиную.
Шапка New York Herald кричит о решении Верховного Суда, принятого по делу Дреда Скотта, политики спорят о рабстве, о правах штатов, о балансе в Сенате. Всё это пахнет войной…
… но не все верят.
Политика США сложная, нервная, и сколько было таких политических кризисов. Бог весть! Казалось, что вот-вот…
… но нет, очередной кризис разрешался спорами в Сенате, или захватом индейских территорий, или стычками на мексиканской границе.
Обыватели, в большинстве своём, не верят, что вот-вот заговорят пушки, да и среди политиков таких хватает.
* * *Metropolitan Club — недавно отстроенное здание в колониальном стиле, с неизбежной колоннадой, бронзовыми львами у входа, мраморным фасадом и тяжёлыми дверьми из английского дуба, мужской в самом его полном смысле, пропитанный запахом табака, выделанной кожи, алкоголя, почти неуловимо — больших денег, и, на уровне инстинктов — кровью.
Это клуб для джентльменов — тех, кто не нуждается в представлении.
Чернокожие слуги, отменно выученные и выдрессированные, в строгой дорогой униформе, и каждый знает себе цену. Буквально…
Цена их работы, цена жизни, много выше чем жизнь десятка-другого белых бедняков, работающих в доках и живущих где-то в трущобах, и… они этим, пожалуй, гордятся! Это несколько странная, непривычная гордость, которую попаданец может понять лучше многих…