Конец рода Шосе. Начало (СИ)

— Так уйдут все истинные мастера молний, ибо в бою они непобедимы, и только два врага одолеет его. — С придыханием произнесла Эйко прикрыв глаза, словно проживая те слова, которые говорила. — Старость и безумие, так как одно — это воплощение времени, а второе последствие прожитого времени, и ничто в этом мире не сможет его одолеть.
Чоррун Райдзин приехал задолго до обеда на небольшом двуместном багги, за рулем был один из марионеток которых создавала моя дочь, они не были предназначены для ведения боевых действий, но могли с легкостью управлять машинами. Чоррун вылез, согнувшись в три погибели, этот жизнерадостный и вечно бурчащий старикан сейчас был на себя не похож, а в его руках была зажата погребальная урна. Взглянув на встречающих, он зло сверкнул глазами и произнёс:
— Я все решил, не стоит отговаривать, вам не понять почему я решился на такой шаг. — Затем развернувшись он направился в сторону небольшой площадки для медитаций, что находилось на берегу искусственного пруда, который как казалось вечность назад за ночь сотворили две девушки в подпитии.
Я шагнул следом за ним, остальные так и остались ожидать в отдалении, Каори и я решили, что мне стоит как сопроводить старика, так и попытаться отговорить его или хотя-бы удостовериться в том, что это действительно необходимо. Эйко отказалась отговаривать старика и нам не советовала это делать, так как это решение сугубо личное, и в случае если владеющий решился на, такое-то отмена этого решения может принести огромное количество бед. Но все же я должен был удостовериться в необходимости. Идя по дорожке до медитативной площадки, я решился прервать молчание.
— Почему? — Спросил я его. Чоррун остановился на мгновение, и только решившись говорить замедлил свой шаг, при этом говоря словно в пустоту.
— Я стар, очень стар, и сила меня не покидает, с каждым днем мои мысли становятся все менее чёткими, а то что иногда порождает мой разум… На одной из тренировок с Эйко я подумал, что меня атакует вражеская владеющая. — Старик еще сильнее замедлил свой шаг. — Мне страшно, Дэйчи, я мог навредить девочке.
— Мне тоже страшно, Чоррун. — Меня начало трясти, утренние воспоминания потоком вновь всплыли у меня перед глазами. — Утром я не узнал свою дочь, и пять минут она не шевелилась, боясь спровоцировать меня, я не помнил себя, ее, да всего! Сейчас я мог хоронить свою малютку, а не вести дряхлую скотину на убой!
Чоррун резко развернулся и посмотрел на меня пронзительными глазами.
— Скоро у меня будет свадьба с членом Императорской семьи, которая сказала мне что не будет место Шосе в Империи, Каори с Эйко решили, что пора создавать клан. Война сейчас утихла, но это всего лишь временно, и даже если объявят мир, то и он временен! — Кричал я, нависнув над небольшим седым стариком. — И я справлюсь, слышишь меня⁈ Я справлюсь! Я не буду отговаривать тебя, но знай, что твоя внучка, что и сама теперь бабушка, сегодня рыдала, ТЕБЯ любят и тобой дорожат, но Ты их бросаешь, перестав бороться!
— Я могу навредить, я же опасен…− Начал бормотать Чоррун, нервно сжимая в руках погребальную урну.
— Так навреди на войне! Ходи в набеги, убивай врага и ищи смерти там! — Я гневно указал в сторону Федерации. — А не на моей площадке, тебя здесь любят и не желают собирать твой пепел!
Выхватив урну из рук старика, я разбил ее о свою голову.
— Шосе против того чтобы на их землях умирали Райдзин!
Не знаю кто был больше в шоке, старик, Каори или Эйко, что стояли невдалеке и наблюдали как я возвращался к особняку, наверное, все же я. Ведь мои слова сейчас трактовались как запрет и отказ на последнюю волю старика от целого рода Шосе, и сейчас отменить мой запрет мог только внутренний совет рода, и то только в том случае если Каори скажет, что она желает, чтобы старик умер. А этого не хотел никто, даже сам старик, он был готов пройти сквозь уговоры, но вот запрет для него был полной неожиданностью, и летевшая в меня ветвистая молния подтверждала, что я выбил старика из колеи.
  
Привычная неприятная дрожь всего лишь на секунду сковала меня, он не был готов убить меня, хоть и верил в то что сейчас это следует сделать. Молния была всего лишь одна, а вот проклятий на меня было столько что хватит на все поколения моих потомков до скончания веков, правда надо еще обеспечить будущую возможность появления этих потомков.
Вечер в кабинете ощущался немного по-иному, уютная мебель и расстановка ее по комнате дарили какое-то умиротворение, и только железная кровать и цепи портили эту идиллию. Вошедшая в кабинет Яфа только усмехнулась, увидев кандалы и цепи. Повернувшись к углу, она увидела притаившуюся на небольшом стульчике Эми, и Яфа красноречиво вздернула свою бровь.
— Это необходимо. — Устало проговорил я, вставая из-за кресла и снимая свою огромную футболку. — Она будет следить за твоими действиями и, как она утверждает, сможет засечь те закладки что ты будешь делать и определить их назначение.
— Навряд-ли она хоть что-то поймет. — С иронией произнесла Яфа сев на стул что стоял у металлической кровати, что я и Каори изготовили пару часов назад. — А ты не боишься, что я могу ее разум попытаться взломать? Её природная защита не так уж и сильна.
— На этот случай внизу ожидают две моих прекрасных родственницы, Каори и Эйко, что с удовольствием прикончат тебя по сигналу от марионетки Эми. — Я с грустью посмотрел в окно с видом на площадку для медитации, от которой остался только кратер, из глубин которого иногда вырывались молнии. Все же не стоило Чорруну советовать успокоиться на площадке. — На звуки борьбы наверняка придет это чудовище, что сейчас прожигает себе путь в преисподнюю.
— А меня спрашивать не будешь согласна ли я? Или ты думаешь, что все так просто? — Недовольно скривилась Яфа, наблюдая как я с помощью психокинетики начал приковывать себя к кровати, что должна была не дать навредить ни ей ни Эми, но все равно вся надежда на Каори, что наблюдает внутренним зрением за мной и в случае необходимости готова пойти на крайние меры. На самые крайние.
— Вчера ты настаивала, или тебе нужна особая подготовка сегодня? Ведь вчера ты была готова немедленно приступить к изучению моего разума. И да, на столе договор о браке, если ты его не подпишешь то, как только ты выйдешь из кабинета тебя атакуют. — Сказал я, укладываясь на металлические прутья.
— Ты же понимаешь, что работы не на один день и сегодня я только считаю твой разум? — Подвинулась ко мне Яфа, положив свои ладони на мой испещренный шрамами лоб. — А лицо все же надо поправить к свадьбе.
— Да, Тэймэй тоже об этом говорила. — В глазах Яфы промелькнул гнев.
— Приступим! — Выкрикнула она, а я почувствовал боль от мощного вторжения в моё сознание, я аккуратно начал приоткрывать свои блоки, что сейчас были преградой для того потока которым сейчас была Яфа.
Боль сменилась удовольствием и легкостью, я чувствовал, как она отключила моё Я. Ощущал также как она перебирает меня, аккуратно осматривая и нечего при этом не добавляя, и не изменяя, как она потоком крутится вокруг моего Я. Чувствовал также и ее эмоции, то, с каким удовольствием она окуналась в память, как злилась, как тосковала и вновь злилась, проклиная своё имя. В какой-то момент я просто перестал воспринимать реальность и начал растворятся в умиротворении.
Впервые за множество дней я открыл глаза четко понимая кто я и где я, Яфа стояла у стола и не смотря на усталость не глядя подписывала брачный договор.
— Ну что же, третья жена, неплохо. Кстати, мой жених, надо еще дополнить договор графиком выполнения супружеского долга, у нас есть старые наработки, просто Исиду заменим на Тэймэй. — Яфа устало вздохнула. — А я все удивлялась, что же меня на молоденького мальчика потянуло, а оно вон как оказалось, мальчик не так уж и молод. Ладно, я в спальню, твоя спальня в той же комнате что и раньше.
— Д-да. — Произнес я, смотря на спящую в углу Эми.
— С ней все в порядке, просто устала. — Зевая и прикрыв рот ладошкой произнесла Яфа, и уже направившись к двери вдруг замерла. — Чуть не забыла, у нас с девочками был договор о том, что когда одна заключит договор о браке с неким Дэйчиро Шосе, то должна будет помочь и остальным добиться того же. Так что готовь брачный договор для Амайи.