Конец рода Шосе. Начало (СИ)
— Ты не знаешь наверняка умираю я или нет, ты не самый лучший специалист по раздвоению сознаний. — Устало выдохнул я.
— Уж поверь мне, Шосе, я одна из лучших! Я одна из немногих что знают и разбираются с тенями, и вспомни, пожалуйста, что с твоей дочерью все в порядке благодаря мне. — Яфа сверлила меня глазами.
— Это потому что в тебе была тень разума твоей матери? — Устало произнес я, Яфа же от упоминания о своей матери Яфе, что чуть не прикончила меня и мою семью, вздрогнула.
— Да. — Шепотом произнесла она и в кабинете опять воцарилось напряженное молчание.
Яфа сильный манипулятор и этого у нее не отнять, и как оказалось имеет очень специфичные особенности внутреннего зрения манипуляторов, она видела раздвоение сознание, она видело меня и новую сущность во мне, так она назвала то что я называю моё «Я». Такая вещь оказалась не редкостью у душевнобольных, но вот видя меня и увидя сущность Яфа не на шутку испугалась, сущность, что занимала место в мозге, по размерам не уступала основному сознанию. Во время ругани и поверхностного изучения моего сознания мы пришли к тому что перехват главенствующей роли моим Я мне не грозит, по крайней мере сейчас, а вот усиленная работа мозга грозит мне множеством проблем. Когда Яфа зашла она сперва была в шоке от того как усиленно светился мой мозг в зрении манипулятора, удвоенная нагрузка от нормы, которую она вспомнила, была у меня раньше в то время, когда я впервые приехал в Ичьхилак и ехал в торговом караване вместе с Яфой. Боюсь даже узнавать во сколько раз активность мозга увеличивается во время схваток в полную силу моего Я. Яфа считает, что мне необходимо вмешательство, что без него мой мозг износится в кратчайшие сроки, и не в два раза быстрее он придет в негодность как обычно, а в десятки раз если не в сотни, и сбои с памятью — это только первые цветочки, которые еще не расцвели, а когда они расцветут у меня будут огромные проблемы. Ведь мозгу не надо даже полностью изнашиваться, он сейчас работает в аварийном режиме ведь я сам снял природные ограничения, стоит лишь немного повредиться какому-нибудь сектору и все, я или ослепну, или потеряю полностью память, либо мое сердце остановится и не запустится вновь. Нагрузка на тело тоже ошеломляющая, но я физик и это не основная проблема, сейчас надо решить, что делать с мозгами. Пускать в свое сознание придется, не таясь и открыв все блоки что я установил себе, как манипулятор, ослабив природную защиту владеющего. Само погружение в сознание владеющего дело опасное и сложное, его слабый манипулятор не выдержит, так как я могу убить его, да и нужно полное погружение, когда перед манипулятором, что вторгнется в мой разум, будет открыто всё, мои эмоции, мои страхи, мечты, переживания, и, самое страшное, память. Моя память, что несет в себе столько угроз для рода Шосе, для тех, кто мне дорог. Самому со своим сознанием мне не справится, это мне с криками и двумя попытками швырнуть в меня чем-нибудь тяжелым объяснила Яфа, что здесь работа как минимум для одного высокоданнового манипулятора. Вот тогда-то мне и пришлось ей сказать то, что прекратило ее гневные крики. Мои воспоминания, если они попадут не в те руки, то могут означить конец для всех, для Каори, для Эйко, для всех Шосе, даже моя приемная дочь и та будет в опасности. Но это еще не все, если узнают все что сокрыто в моей голове, то мир может измениться, и не в лучшую сторону, умрут миллионы. Яфа тогда замолчала, смотря на меня ошарашенными глазами, и я сказал ей то что знал с первых минут разговора, тот кто получит полный доступ к моему сознанию после проведенной операции должен умереть. И все же она предложила свою помощь и теперь требовалось только мое согласие.
— У тебя сейчас опять скакнул порог мозговой активности. — Как-то по тоскливому тихо произнесла Яфа вновь разорвав тишину. — Уже три нормы.
— Да пойми, я знал на что иду! А ты не понимаешь, после того как тебе будет известна некоторая информация у тебя не будет иного выбора как умереть либо… — Я не успел закончить так как Яфа остановила меня жестом, встала и посмотрев на меня проникновенным взглядом произнесла с грустной улыбкой.
— Либо стать Шосе, вот так и исполнится мечта идиотки. — Она поправила юкату. — Я предполагаю, что тебе надо посоветоваться с посвященными в твои тайны, я тебе в последний раз говорю, я готова на полное слияние и попытку помочь тебе.
— До вечера я дам тебе ответ. — Яфа прошла к выходу из кабинета так больше и не сказав ни единого слова.
Ночь прошла беспокойно, уснуть мне не давал этот свиток, а точнее мысли о нём, там были указаны последствия, но не такие как мне предрекала Яфа. По крайней мере не с той скоростью что они наступали. Он отмечал что с разными стихиями будет по-разному, но не настолько же? Впрочем, свиток не раз переписывался и в подлинности можно сомневаться, равно как и в умысле Хаоны, что и передала мне свиток. Утром я проснулся от того что что-то теплое взобралось мне на грудь, а потом я открыл глаза и вскочил с кровати уставившись на нечто и в нерешительности думая атаковать ли мне это маленькое существо или нет. Началась моя борьба, я следил за каждым движением этого существа и пытался вспомнить, а существо не двигаясь смотрело на меня и из его глаз текли слезы.
Так мы с Эми простояли минут пять пока я вспомнил кто я, где я и кто передо мной. Дочка, обладая даром чувствовала мои эмоции и обрывки мыслей, она понимала что вот этот самый дорогой ей человек убьет ее если она сдвинется с места. Еще час у меня ушел на то чтобы успокоить ребенка, я рассказывал ей какие-то сказки о том, что это был не папа, и то что я испугался до дрожи поняв с чем мне придется столкнуться в ближайшем времени поселило в моей душе такой страх что Эми начала успокаивать уже меня, говоря что не испугалась, да и вообще ничего не было, даже засмеялась почти не фальшивым смехом и пошла припрыгивая по своим очень важным делам.
Меня всего трясло, а в глазах стояла сцена, подкинутая моим больным разумом: комната вся в крови, а я держу в руках изломанное тело дочери. Еще полчаса ушло чтобы хоть как -то внешне привести себя в порядок. А потом загородный особняк Шосе наполнился безумием, и виной всему, как бы это ни было для меня удивительно, был клан Райдзин и еще не спустившийся с гор безумный старикан. Полковник Этсуко Райдзин трижды смогла несмотря на сложности со связью выйти на видеосвязь, и если первый раз она была собрана и приказала мне связать Чорруна и накачать его транквилизаторами, чтобы проблем при транспортировке не было, она же постарается как-то вылететь на военную базу Империи. Я вообще тогда ничего не понял, второй звонок уже объяснил, что Чорруна надо бить, и сильно, бабушка плакала. Старик почувствовал дыхание старческого маразма и решил, что с его силой он будет опасен для окружающих, и решил окончить свой путь в этом мире, прервав его через ритуал благородства, когда сильнейший владеющий чувствует, что он не может контролировать свою силу и не хочет навредить своим близким. Что примечательно ритуал возник около восьми сотен лет назад, ранее никакого ритуала не было, старых или сумасшедших владеющих убивали его же родные. В моей голове сложилось зачем Чоррун все же отправился в дикие земли, и я понимал, что он очень, очень стар, но вот простить ему бабушкины слезы не мог. Третий же звонок показал мне уставшую Этсуку с бокалом виски, которая попросила не мешать ему, она кажется постарела на несколько десяток лет и была смертельно уставшей.
Для меня и для Каори это было шоком, мы не понимали как такое возможно и на нас свалилось проведение ритуала, а именно смотреть как Чоррун будет убивать себя, и только Эйко грустно улыбалась, ученица нашего прапрадеда, который достиг многого в овладении искусством управления энергией неба, каким-то непостижимым для меня образом смог вбить в ветреную головку мысль что таков путь молний, что может прийти тот момент когда ты должен погрузиться в свою стихию в последний раз и уйти из этого мира перестав осквернять его своей кровавой поступью, что несет в себе только разрушения.