Конец рода Шосе. Начало (СИ)
— Сержант, подготовь горячую воду. — Понюхав свою косу сказала Амайя, а потом посмотрела на меня. — Ну что, пойдем поговорим.
— Пойдём. — Ответил я и зашагал за ней, она сняла полностью броню и осталась только в форме: широкие плечи, мощные руки, на которых пульсировали вены.
Зайдя в палатку, она кивнула на небольшой железный стол и на два также металлических табурета. Дождавшись пока я усядусь, она начала рыться около небольшой складной кровати и вытащила откуда-то из-под кровати огромную металлическую фляжку и две кружки. Сев за стол напротив меня она без слов открутила пробку фляжки и налила полные кружки по запаху практически чистый спирт. Амайя не ждав меня с жадностью выпила содержимое своей кружки. И только после того как я выпил из своей кружки она начала говорить.
— Итак, лейтенант Шосе, теперь ты под моим командованием, и я считаю, что будет верным на время войны забыть то что нас связывает. — Я хотел сказать что нас ничего особенного то и не связывает, но она не дала мне сказать и слово. — Не перебивай, я буду относиться к тебе так же как к любому из членов моего небольшого отряда ликвидации, никаких поблажек от меня не жди. Тебе это понятно, лейтенант Шосе?
— Да, полковник Идако. — Сказал я. — Есть что-то, что мне необходимо знать при прохождении службы в вашем отряде?
— Есть, во-первых, приказы не обсуждаются, они выполняются в любом случае, даже если это будет стоить твоей жизни. — Амайя на последних словах скривилась как будто вспомнила что-то очень неприятное, но в тоже время сила манипулятора лишь слегка почувствовала гнев и какую-то обиду. Налив себе в кружку со фляги еще спирта и выпив его без остатка, она продолжила. — Нет больше плохих или хороших приказов, если прикажут уничтожить лагерь с пленными значит уничтожаем, всех, они могут стать марионетками. Прикажут отравить воду, отравим, приказ есть приказ, ты его выполняешь и не думаешь о том, надо выполнять его или нет. Тебе это понятно, лейтенант?
— Понятно. — То, что мне могли приказать зачистить даже своих, я понимал.
— Во-вторых, ни каких отношений внутри отряда, это мешает, никакой привязанности, тем, что, побежав к кому-то на помощь, ты можешь поставить под удар и угрозу уничтожения весь отряд. — Амайя посмотрела на меня пронзительным взглядом. — Если будет необходимость я не посмотрю что под ударом находишься ты, приказ должен быть выполнен, он ценнее наших жизней, от выполнения приказа может зависеть слишком многое. Ну а теперь перейдем к третьему пункту, во время отдыха отряда можешь заниматься чем угодно, конечно если не ранен, скажешь и тебе притащат бабу. Надо выпивку? Будет и выпивка. Все что потребуется, но на задание ты выходишь с чистой головой. Имеется также психолог, но он идиот и толку от него нет. А теперь расскажи о том, что ты умеешь и как сражаешься, твое личное дело мне принесут только завтра, я должна знать на что способен каждый член отряда.
И я рассказал, рассказал, что у меня проблемы с контролем, как я сражался в горах и какие даны у меня как у психокинетика и манипулятора. Её заинтересовали тросы, но она не стала вспоминать про те плети, что связали её, также она подробно расспросила про то как я отклоняю пули и снаряды, сказав, что у нее есть два психокинетика, но дополнительная защита не помешает. Мне показалось, что она решила какое место я займу в отряде, и после того как я рассказал что, вероятно, та распадчица, которую она ожидает, это Чихеро, Амайя сказала что на сегодня достаточно разговоров и ей после выполнения задания нужен отдых, позвала сержанта, что дежурил у палатки, и поручила ему устроить меня и выделить недавно освободившуюся палатку. Я не стал уточнять причины того что палатка свободна и пустует, все было и так понятно, и хоть такой отряд владеющих и грозная сила, но потери есть всегда.
Сержант, что сопровождал меня до палатки сказал, что на сегодня он к моим услугам и я попросил его рассказать о отряде. И он рассказал, и все мне стало понятно, в том числе и почему сейчас Амайя начала пить прямо из горла фляги. Некоторые задания не являются задачей просто убить сильного владеющего или уничтожить залповые системы огня. Сегодня отряд вернулся с очень неприятного задания, недалеко от нашего местонахождения была ферма Федерации Гатсен, туда сгоняли толпы пустых, и с помощью разных препаратов и кукловодов из них делали просто зверей, у которых была только одна цель: во время наступления бежать вперед и прорываться к минным полям, и деморализовать своими нападениями солдат, их даже не назовёшь марионетками. И вот после нескольких волн таких нападений был отдан приказ проникнуть на захваченные территории и уничтожить ферму со всем материалом, то есть просто убить всех, спасти нельзя. Сержант тихо поведал что возможно там были тысячи человек, он посоветовал не спрашивать у владеющих про прошлые задания. Они хотят о многом забыть и не стоит бередить их душевные раны. Зайдя в палатку, я увидел вещи предыдущего жильца и потому попросил сержанта убрать их. До самого вечера я занимался тренировками и готовил свое вооружение и бронекостюм, сержант помогал мне, принеся сменные пластины и усилил ими те места, где он считал, что это требуется. Из палаток до самого вечера никто не появлялся, было такое чувство что отряда и нет здесь, но по негромким звукам, что доносились из палаток, было понятно, что владеющие просто не хотят из них выходить.
Ночью ко мне пожаловала незваная гостья, немолодая владеющая бесцеремонно зашла в палатку и прокричала мне.
— Кеншин, вставай, ленивая ты тварь, мне скучно! — Прокричала совершенно седая девушка, она слегка покачивалась и держала в руке открытую бутылку вина. — Кеншин, оторви ты уже свою задницу от кровати.
— Здесь нет Кеншина. — Тихо сказал я владеющей.
— Как нет? — Впала в ступор девушка, а потом слезы потекли по ее лицу. — Нету больше Кеншина, его больше нет.
Она молча подошла к стене палатки, села на дощатый пол и приложилась губами к бутылке, она так и сидела, молча пив, я не мешал ей, не стал с ней разговаривать. Через пару минут девушка уснула, я аккуратно силой психокинетика поднял её и положил на свою кровать и укрыл одеялом, пусть забудется во сне, может ей утром станет легче.
Выйдя на улицу, я вдохнул ночной воздух, яркие звезды освещали такое черное небо, вдали по земле ползли огни автомобилей, где-то слышались взрывы, не было в этой ночи спокойствия. А внутри моей палатки, беспокойно ворочаясь, спала молодая, совершенно седая девушка.
Всю ночь я провел около палатки и промедитировав, все пытался найти ту точку опоры, что позволила бы мне контролировать полностью свои силы. Утром девушка прошмыгнула около меня, стараясь быть незамеченной, и скрылась в соседней палатке. Утром ко мне зашла Амайя и познакомила с сержантом, которому теперь будет поручено следить за моим вооружением и выполнять мои просьбы, я еще усмехнулся что это механик, который будет обеспечивать бесперебойную работу танка. Меня не поняли, оказывается это так и есть. Так же Амайя сказала мне что ночью будет мой первый боевой выход в составе отряда. Цель будет объявлена перед самым выходом. Уже выходя из палатки она вдруг остановилась и попросила, чтобы я не обижался на Хитоми, ту девушку, что спала в моей палатке.
Когда ночь начала опускаться на землю я в полном вооружении стоял в центре лагеря, и со мной в ряду стояло двадцать владеющих разных сил, я был поручен на попечение физику, что занимался разведкой при движении отряда по сложной территории. Моя задача была проста, подчиняться физику и не допустить чтобы к отряду кто-то смог подобраться незамеченным. Ну что, опять в бой, обмотанные вокруг груди тросы сжались, увеличивая мою защиту.
Конец двенадцатой главы,
Жду ваших комментариев
по главе.
Глава 13
Трассера башенных пулемётов разрывали ту темноту что окружала нас, гул приближающихся вертолетов ознаменовал что скоро нас обнаружат. Тросы начали укутывать мои руки, а пулемет я убрал за спину. Я готов к прорыву, и как только Амайя по радиосвязи даст отмашку я начну прорываться и отвлекать внимание на себя. Как же все глупо получилось, охотники сами стали добычей, но ничего, прорвёмся. Пока нет владеющих, что нас обнаружат. У отряда есть шанс уйти если только противник обратит свое внимание на противоположную сторону от отряда, то есть на меня.