Правление волков
Ханна по-прежнему выглядела напуганной, и Нина беспокоилась, наливая чай сначала подруге, а затем себе. Трудно было позволить себе ощутить облегчение после всего, что наговорил Брум.
– С вами ничего не случится! – повторил принц. – Я запретил. – Он наклонился поближе и понизил голос: – Я устроил форменную истерику. В том, что ты хилый, есть свои плюсы.
– Но… но почему, ваше величество? – спросила Ханна.
Вопрос был закономерным, но рискованным. Знал ли он, что Ханна – гриш? Играл ли он с ними?
Принц откинулся на подушки, и выражение лукавства пропало с его лица.
– Я был болен всю свою жизнь. С самого детства. Я и не помню, когда не был объектом насмешек или беспокойства. И даже не знаю, что из этого хуже. Другие люди чураются моей слабости. Ты… ты подошла ко мне.
– Болезнь есть болезнь, – сказала Ханна. – Тут нечего боятся.
– Моя кровь была у тебя на руках. На платье. Тебе велели переодеться? – Ханна кивнула. – Ты не испугалась?
– В вашей чашке отвар полыни, да?
Принц заглянул в чашку, которая теперь остывала на столике рядом с ним.
– Он самый.
– Я воспитывалась в монастыре в Гефвалле, но всегда больше интересовалась травами, целительством.
– Тебя учили монашки? Это не похоже на предмет, который одобрила бы мать-хранительница.
– Видите ли, – осторожно начала Ханна, – вышло так, что я, некоторым образом, изучала его сама.
Принц рассмеялся и тут же закашлялся. Нина заметила, как чуть дрогнули пальцы Ханны. Она покачала головой. Нет, это далеко не самая хорошая идея.
Но Ханна просто не могла видеть чьи-то страдания и не откликнуться.
Кашель принца стих, и он длинно, судорожно вздохнул.
– Монастырь в Гефвалле, – продолжил он как ни в чем не бывало. – Я думал, туда отправляют строптивых девиц, чтобы из них выбили весь бунтарский дух и подготовили к роли послушных жен.
– Так и есть.
– Но твой дух им сломить не удалось? – спросил принц, пристально глядя на Ханну.
– Надеюсь.
– И у тебя нет мужа.
– Нет.
– Ты поэтому вернулась в Ледовый Двор? И надела тот роскошный наряд?
– Да.
– А вместо этого к твоим ногам свалился задыхающийся принц.
Нина чуть не подавилась чаем.
– Можешь смеяться, – позволил принц. – Я не стану тебя казнить. – Он склонил голову набок. – У тебя обрезаны волосы. Это знак преданности Джелю, ведь так?
– Так и есть.
– И вы обе молились надо мной. – Его взгляд остановился на Нине. – Ты взяла меня за руку. Некоторых казнили за попытку коснуться руки принца.
– Но это была не я, – набожно заявила Нина. – Дух Джеля руководил мной.
– Так вы истинно верующие?
– А разве вы – нет? – спросила Нина.
– Трудно верить в бога, лишающего меня возможности дышать.
Ханна с Ниной промолчали. Это прозвучало как богохульство, откровенное и неприкрытое, и им явно не стоило отпускать на этот счет замечания. Кто был главным в этой комнате? Джель или принц?
Наконец Расмус сказал:
– Целительство и травничество – не то, чем занимается большинство знатных дам.
Ханна пожала плечами.
– Я не похожа на большинство знатных дам.
Принц оценил расправленные плечи Ханны, упрямую линию подбородка.
– Я это вижу. Если преданность Джелю сделает меня таким же крепким, как вы, девушки, я думаю, стоит все-таки попробовать помолиться. – Он расправил складки одеяла. – Приходите навестить меня снова. Я нахожу ваше присутствие… умиротворяющим.
Потому что Ханна лечит тебя, пока мы болтаем.
– Ступайте, – велел он, взмахнув рукой. – Йоран проводит вас назад в ваши комнаты. Передавай привет отцу.
В его голосе безошибочно чувствовался сарказм. Так, значит, презрение Брума не осталось незамеченным.
Ханна с Ниной поднялись, присели в реверансах и, пятясь, покинули комнату.
– Ты лечила его, – обвиняюще шепнула Нина.
– Дух Джеля руководил тобой? – переспросила Ханна едва слышно. – Бесстыжая.
Йоран вывел их за дверь, но не успели они пройти по коридору и пары шагов, как были остановлены двумя королевскими стражами.
– Мила Яндерсдат, – произнес один. – Вы пойдете с нами.
Нина знала, что они не станут отвечать на вопросы. Простые люди не могли допрашивать королевскую стражу.
Она сжала Ханну в быстром объятии.
– Я вернусь, не успеешь оглянуться.
Пока ее вели по коридору, она оглянулась и увидела, что Ханна смотрит ей вслед застывшим от ужаса взглядом. «Я вернусь к тебе», – поклялась она. Оставалось только надеяться, что она сможет сдержать клятву.
Коридор сменился другим, и Нина, следовавшая за стражами, поняла, что оказалась в той части дворца, что была ей совершенно незнакома. Камень стен здесь выглядел древнее и был скорее не белым, а цвета слоновой кости, а когда она посмотрела вверх, то увидела украшавшую стены резьбу в виде гребней, отчего создавалось ощущение, будто идешь внутри грудной клетки громадного чудовища, в туннеле из костей.
Это место было построено, чтобы подавлять, но архитекторы Ледового Двора выбрали не тот мотив. «Смерть – это мой дар, – думала Нина, – и я не боюсь ушедших». Она всегда носила с собой два крохотных осколка кости, спрятанных в рукаве, на случай если ей вдруг потребуются дротики. И пуговицы у нее были костяными. А еще, само собой, были мертвецы. Королей и королев, а также их важнейших приближенных хоронили на Белом острове задолго до того, как вокруг него возвели Ледовый Двор, и Нина слышала их шепот. Армия, ждущая ее приказа.
Стражи остановились у высоких двустворчатых дверей, лишь немного не достававших до потолка. Их украшала фигура скалящегося волка Гримьеров с короной меж остроконечных ушей, подпирающего лапой земной шар. Двери распахнулись, и Нина оказалась в длинном зале, украшенном резными колоннами, похожими на березы. Все вокруг светилось голубым, словно вырезанное из настоящего льда, и Нине на миг показалось, что она в зимнем лесу.
Старый зал для приемов, поняла она, пока они шли к трону с высокой спинкой, вырезанному из алебастра так искусно, что он походил на кружево. Королева Агата восседала на нем в том же самом белом платье, в котором присутствовала на церемонии ранее. Спина ее была выпрямлена, гладкие волосы струились вниз жемчужной волной, а на голове сиял венец с опалами.
Нина понимала, что лучше не заговаривать первой. Она присела в глубоком реверансе, опустив глаза в пол, и застыла в ожидании, чувствуя, как путаются мысли. Зачем ее привели сюда? Что могло понадобиться от нее королеве Гримьер?
Мгновение спустя она услышала, как с глухим стуком захлопнулись двери, и поняла, что осталась наедине с королевой Агатой.
– Ты молилась сегодня над моим сыном.
Нина кивнула, не поднимая глаз.
– Молилась, ваше величество.
– Я, конечно же, знаю Ханну Брум. Но я не знаю девушку, преклонившую колени перед моим сыном и осмелившуюся взять его за руку, произносившую слова Джеля, чтобы облегчить его страдания. Поэтому я спросила у своих советников, кто же ты. – Королева Агата сделала паузу. – И, похоже, это никому не известно.
– Потому что я никто, ваше величество.
– Мила Яндерсдат. Вдова купца, торговавшего рыбой и замороженными продуктами. – Она произнесла эти слова так, словно полагала, что прозвучавшее в них презрение может изменить их смысл. – Молодая женщина простого происхождения, втеревшаяся в доверие семейства Ярла Брума.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.