Спасение варвара (СИ)

Она качает головой и начинает выкладывать ягоды на созданную ею решетку.
— У тебя есть игровые фигуры, и ты их передвигаешь. Это не физическая игра. Это игра, в которую играют с умом. У меня это неплохо получается. — Она слегка улыбается мне. — Шахматный клуб, понимаешь? Это точно не сделало меня популярной, но мне все равно нравилось. Теперь эти розовые ягоды будут нашими шагами на доске, а эти более темные, отвратительно выглядящие ягоды будут их ходами. Не то чтобы нам действительно нужны ягоды или нам нужно наметить наши действия, но визуализация этого помогает мне все обдумать. И проговорить все варианты. Разговоры помогают.
  
— Тогда говори, — говорю я ей. Во всяком случае, мне нравится слышать ее мысли.
Она бросает на меня быстрый, благодарный взгляд и затем продолжает.
— В шахматах это игра разума в такой же степени, как и игра ходов. Тебе нужно завоевать свою территорию раньше, чем это сделает твой противник, и как только ты это сделаешь, ты сможешь заставить его гадать и застать врасплох, разрабатывая стратегию вокруг него. Эти четыре квадрата здесь, — говорит она, указывая на центр своей сетки, — являются самым привлекательным местом. Если ты контролируешь это, то ты контролируешь всю доску. Я буду думать об этом как о самой долине. Кто бы ни контролировал долину, в конечном итоге он выиграет эту игру между нами и ними. Итак… — она на мгновение задумывается, а затем продолжает, поигрывая одной из ягод, которая грозит откатиться в сторону. — Нам придется предположить, что они не собираются улетать в ближайшие несколько часов. Если они это сделают, то все равно не имеет значения, что мы будем делать. Остальные будут потеряны для нас, независимо от того, какую стратегию мы разработаем. — На мгновение ее нижняя губа дрожит, но она справляется с этим. — Так думать ни к чему хорошему не приведет, так что мы просто не будем. Я должна исходить из предположения, что есть причина, по которой они все еще здесь. Может быть, они остались на ночь. Может быть, они подзаряжают свои батарейки. Может быть, они ждут, когда появится еще кто-нибудь из племени, чтобы схватить нас всех. Что бы это ни было, они все еще здесь, так что мы используем это в наших интересах. — Мгновение она изучает доску. — Нам нужно сделать первый шаг.
Я впечатлен ее умным, расторопным умом.
— Продолжай.
— В шахматах, — говорит Сам-мер, поднимая одну из ягод и двигая ее вперед. — У фигур разные названия и разные ходы, которые они могут выполнять. Обычно я бы сказала, что мы начинаем с перемещения пешки, чтобы создать путь для более сильных фигур. Однако прямо сейчас у нас есть только две фигуры, поэтому я собираюсь убрать все остальные с доски и предположить, что мы играем с гандикапом (прим. преимущество, предоставляемое более слабому участнику для уравнивания шансов на успех). — Она отодвигает розовые ягоды в сторону, за исключением двух.
Интересно.
— Я видел четырех из них, — говорю я ей, наклоняясь вперед и смахивая несколько темных ягод с «противоположной» стороны.
Она одаривает меня счастливой улыбкой, довольная тем, что я следую ее стратегии.
— Ладно, на корабле их может быть и больше, но я не припоминаю, чтобы он был таким большим. Если только они все не раздавлены в грузовом отсеке, мы будем считать, что там их немного. Может быть, старая команда «леди». — Она на минуту задумывается, а потом качает головой. — Нет, должно быть, произошли две вещи. Либо корабль захватили, а от экипажа избавились, либо они каким-то образом работают вместе. Ты сказал, они уничтожили Мёрдока, как и других? — По моему кивку она продолжает. — Итак, тогда мы должны предположить, что они ему не друзья. Давай пока остановимся на четырех противниках, и мы сможем их скорректировать. И мы собираемся добавить еще одну деталь, потому что у них есть корабль, а у нас нет. — Она смотрит вниз, на модифицированную доску, и я вижу, как мысли проносятся у нее в голове.
— И… — я спрашиваю.
— Я думаю, — говорит она, скрещивая руки на груди и постукивая пальцем по локтю. — Прямо сейчас мы находимся в опасном положении. У нас есть две фигуры, ты и я. Я считаю тебя королем, потому что, как и в шахматах, если тебя схватят, я полностью проиграю. Мне нужно, чтобы ты выиграл это. Так что я остаюсь королевой. Она та, кто делает большие шаги. Но… Я не могу приблизиться к кораблю. Я бы не знала, что с этим делать. Думаю, моя аналогия с шахматами исчерпывает себя. — Она берет одну из розовых ягод и бросает на нее разочарованный, несчастный взгляд.
Я беру ее из ее пальцев и снова кладу обратно на доску.
— Если бы ты была дома, на своей планете, и хотела помешать кому-то улететь, как бы ты это сделала?
Она наклоняет голову взад-вперед, размышляя.
— Я бы, конечно, взяла у них ключи от машины. Если они не смогут завести машину, то не смогу уехать. Но у них космический корабль. С другой стороны, я полагаю, что космический корабль может быть похож на автомобиль. Хотя я не могу достать ключи… — ее глаза светлеют.
У нее есть идея. Я жестом прошу ее продолжать.
— Продолжай.
На ее лице расплывается улыбка.
— Ну… если мы не заботимся о повреждении корабля, мы всегда можем проколоть им шины.
  
Глава 3
 
САММЕР
Это все зависит от меня.
Я пытаюсь не паниковать при этой мысли, но это трудно. Мы должны спасти остальных, и Варрек позволяет мне возглавить атаку. Я не могу потерпеть неудачу. Эта мысль совершенно ужасает, и я надеюсь, что его уверенность во мне не напрасна. Но как охотник ша-кхаи, Варрек не в своей тарелке, когда дело доходит до чего-либо технологического или связанного с кораблем. Я та, кто должен мыслить нестандартно. Я просто не хочу потерпеть неудачу.
Мы с Варреком весь день прождали, пока на улице стемнеет. Мы провели инвентаризацию наших припасов. Я удивлена тем, насколько хорошо подготовлен Варрек для однодневной прогулки. Я думала, нам крышка, но оказалось, что он всегда носит с собой сумку для выживания. У него есть копье и два ножа, запасная одежда из кожи и бурдюки для воды, рыболовные крючки и бечевка, плетеная веревка и мыльные ягоды. Кое-что из этого не так уж полезно, но я рада, что оно у нас есть, на всякий случай.
Я нервничаю весь день, крадучись выбираюсь из входа в пещеру, чтобы понаблюдать за кораблем вдалеке. Часть меня в ужасе от того, что это может произойти в любой момент, и Харлоу, Фарли и остальные исчезнут навсегда. Но это не так. Он просто маячит там, на горизонте, как злокачественная опухоль на гладкой поверхности снега. Так что, по крайней мере, они не улетели. Это значит, что наш план на сегодняшний вечер может осуществиться так, как мы надеялись.
План. Ха.
У меня нет никакого плана, кроме как «каким-то образом задержать корабль». Я весь день ломала голову, придумывая все возможные способы, которыми мы могли бы помешать кораблю взлететь. Привязать одну из «опор» «шасси» не похоже на то, что это сработает, поскольку корабль может зависать и приземляться вертикально без необходимости разгона. Шин нет, так что моя метафора «порезать их» остается просто принятием желаемого за действительное. Я не вижу выхлопной трубы, поэтому не знаю, сможем ли мы забить ее и заставить двигатель заглохнуть. Если бы мы были дома, я бы открутила крышку бензобака, или насыпала сахар в бак, или еще много чего, что, как я слышала, может заглохнуть в машине. Или, черт возьми, просто открыть капот и отсоединить аккумулятор.
  
Но это космический корабль, построенный людьми, технологии которых на много лет опережают наши. У нас может не быть никаких уязвимостей, и в этом случае мои грандиозные планы провалятся. Боже, я действительно надеюсь, что мы не потерпим неудачу.
Прямо сейчас у нас есть план, состоящий из двух частей.
Шаг первый: остановить корабль и не дать ему взлететь.