Серпентарий

– Конечно, не беспокойся!
– Могу я еще спросить у вас про предыдущего хозяина дома?
– Про Хрута Ярпа, что ли? Угрюмый тип. Никогда мне не нравился, хотя мы и были знакомы всего полгода. Зимой он помер.
– А вы знаете, откуда он? Долго ли жил тут?
– Жил… Да как бы не соврать… Весной прошлой, наверное, заселился. Я летом въехала, он уже был. Из соседей тут особенно никого и не было, только Хрут тот. Он со мной и не говорил. Пил много. О-ой, много пил! Страсть! Он чего умер? Замерз! Напился, идиот, и помер! Не смог даже замок во двор открыть. А я ж до магазина утром выхожу, раз – лежит в сугробе. Решила, спит, но скоро встанет. Обратно иду – лежит. Ну, думаю, холод какой, как можно? Я его толкать, а он уж не разгибается и синий, страшенный. Видно, ночью еще помер. – Тетя Зуза поцокала языком. Она не выглядела напуганной теми событиями, скорее недовольной.
  
– А Кея после приезжала часто?
– Да. Частенько. Постепенно дом там убирала. А потом реже, реже… Добрая душа у тебя сестра была. Кея ему помогла чем-то, а он бездетный, один совсем, вот и завещал ей все. А все – дом. Больше у него и не было ничего.
– Понятно… Спасибо за помощь. А вы не скажете, когда Кея приходила последний раз?
– Когда? – Тетя Зуза потерла переносицу. – Дайте предки памяти… Так, ну, сирень цвела… Да, точно. Недавно совсем… Декады три, может, назад.
Снова поблагодарив и попрощавшись, Нура поспешила уйти. Пока она ничего не понимала, но у нее хотя бы появилось запасное жилье, куда можно в случае чего сбежать.
День только начался, можно было успеть доехать и до храма Маан-Маан. Нура ведь собиралась туда, а после планировала подготовиться к охоте на того, кто прятался в ее квартире, кто следил за ней!
Чтобы добраться до места назначения, в центре пришлось пересесть на нужную маршрутку. Храм стоял недалеко от остановки, и проглядеть его было трудно. Нура невольно замедлила шаг, рассматривая архитектуру. Строение было не слишком высоким, но задрать голову все-таки пришлось, чтобы охватить взглядом купол и четыре изящные башни вокруг него, украшенные резьбой. Белоснежный мрамор, которым отделали строение, казался перламутровым, переливаясь под лучами Инти оттенками розового, зеленого и голубого. Входные ворота были приветливо распахнуты, позволяя любому войти внутрь. И все же Нура замерла на пороге, перед тем как сделать шаг в светлое просторное помещение храма.
Благоухание свежих цветов, дым горящих благовоний и сладковатый пряный запах смешивались друг с другом, выливаясь в цельный аромат. Мягкий свет свечей подрагивал от дыхания прихожан, когда они нашептывали свои мантры, останавливаясь у одной из четырех статуй в круглом зале, под которыми на неизвестном языке было что-то выбито.
Нура сразу поняла, что статуи находятся под каждой из башен. Скульптуры изображали лики богини, а соединения их пальцев указывали на конкретное воплощение. Так, большие пальцы рук касались мизинцев у Дочери, безымянного – у Жены, среднего – у Сестры, а указательного – у Матери.
– Впервые у нас? – спросил приятный женский голос.
Нура вздрогнула и оглянулась, смущенная тем, что кто-то заметил, как она с открытым ртом рассматривает тут все. Перед ней остановилась невысокая девушка с округлыми бедрами, выглядывающими из-под юбки, которая больше походила на набедренную повязку из двух длинных полосок легкой струящейся ткани спереди и сзади. На щиколотках и запястьях девушки звенели браслеты, а в носу блестело кольцо. Густые волосы мягкими волнами прикрывали ее топ.
– Я… я хотела поговорить, – наконец промямлила Нура.
– Облегчить душу? Я послушница, но могу позвать Жрицу, она мудрее и подскажет больше.
– Ох, нет, я…
– Ты тут из-за своей близняшки?
Нура изумленно моргнула. Проклятие, а эта послушница не могла сразу сказать, что знает ее?
– Что ж… Идем. – Девушка поманила Нуру за собой, к проходу в соседнее помещение. – Можешь обращаться ко мне Суманти. Твое имя я знаю.
Они прошли мимо рядов столов и лавок к стойке, за которой сидела очередная незнакомка в похожем странном наряде. По ее смуглой коже вились золотые узоры, какие украшали всех Жриц Маан-Маан.
– Мадхави, смотри, кто пришел в Дом богини!
Та поднялась. Выглядела она крайне недружелюбно, но все равно поприветствовала, хоть и с акцентом:
– Мир тебе, сестра.
– Здравствуйте, – растерянно отозвалась Нура. – Я пришла узнать о своей сестре… родной сестре…
– Что ты хочешь знать? – Жрица нахмурила темные брови.
– Ну… Когда вы в последний раз видели Кею?
– За несколько часов до ее смерти.
Ответ заставил вздрогнуть.
– Она искала защиты, но ночью ушла… От кого твоя близняшка пряталась и отчего покинула Дом, не ведаю. Она держала речь с Главной Жрицей, не со мной.
– А я… я могу встретиться с вашей Главной?
– Если она сочтет необходимым, – неохотно буркнула Мадхави.
Нура закусила губу и заглянула в сумочку на плече, нервно в ней рыская. Наконец оттуда удалось вытащить сложенную брошюру храма и показала цифры служительницам храма.
– Это было в вещах Кеи… Вы… Вы не знаете, что это за цифры?
Жрица что-то пробормотала на своем языке. Что-то очень напоминающее ругательство. К счастью, Суманти была более благосклонна:
– Это номер комнаты Шанти, одной из тех, кто живет в приюте при храме. Кея часто навещала ее.
– Могу я поговорить с этой женщиной?
Мадхави фыркнула:
– Если у тебя выйдет, я немедля попрошу Верховную возложить руки на голову твою, дабы благословить сей дар. Ибо ничем иным, как чудом, разговор с Шанти не назвать.
– Что ты имеешь в виду? – Нура нахмурилась. Мадхави изъяснялась слишком витиевато, а ее акцент пониманию не способствовал.
– Шанти не говорит, – шепнула Суманти.
– Она немая?
– Она… Ее ум поврежден. Она находится под покровительством Дома богини вот уже почти тридцать зим.
– Тридцать? – Нура изумленно вскинула брови. Это большой срок, морочьи большой! Что могло понадобиться Кеи от…
Вдруг вспомнилась статья Эрики про Дракона. Примерно тогда он и крал девственниц, разве нет? Теперь разрозненный пазл наконец начинал собираться в цельную картину. По крайней мере, появлялись кусочки, которые идеально подходили друг другу.
– Мне нужно увидеть Шанти. Пожалуйста.
Мадхави недовольно поджала губы, но кивнула. Суманти снова поманила Нуру за собой в узкий темный холл. Они прошли по нему, свернули к лестнице и поднялись наверх. Только на втором этаже удалось понять, что это уже не храм, а пристроенное к нему вытянутое здание. В конце коридора виднелся распахнутый балкон, откуда был слышен шелест листвы и доносился аромат ранних цветов.
– Это один из приютов при храме, – объясняла послушница, проводя к раскрытой комнате рядом с балконом. – Тут содержатся нуждающиеся в защите. С Шанти нужно быть… аккуратнее. Она боязлива.
Суманти остановилась у порога в комнату, где гулял сквозняк, шевеля легкие полупрозрачные занавески. Внутри были узкая кровать, комод, тумбочка и круглый столик со свежими цветами и графином с водой, а у окна расположилось кресло, в котором сидела женщина…
– Шанти, к тебе гости, милая, – ласково, будто с ребенком, заговорила Суманти.
Она подтолкнула Нуру вперед. И та медленно и осторожно приблизилась. Только сейчас она заметила самое главное – женщина была Иной. Острые уши об этом явственно свидетельствовали.
– Она…
– Темная эльфийка, – едва слышно ответила послушница на незаданный вопрос.
Нура выдохнула. Шанти выглядела довольно молодо, густые черные волосы были заплетены в две косы, одну из которых она бездумно теребила пальцами. Сквозь бледную кожу просматривались темные вены, но это не меняло очевидного – красоты. Симметричное миловидное, почти кукольное личико с пухлыми губами, аккуратным носиком и большими разноцветными глазами. Один голубой, а второй карий. Но даже когда Нура встала перед ней, взгляд Шанти был направлен будто сквозь нее.