Развод. Я не смогу тебя простить (СИ)
— Я не буду это обсуждать.
— А подружка твоя! Боксерка блин!
У Линды трещина в руке. У девочек стресс, я чувствую себя падшей женщиной, хотя ни в чем не виновата.
С Кириллом только переписываюсь. Не нужно сейчас добавлять масла в огонь, хотя он хотел приехать, поддержать меня. Но здесь это точно будет лишним.
— Ален, прости. Я сорвалась. Увидела твое лицо красное, поняла, что он тебя ударил, — винится Линда, подходя ко мне.
— Все нормально. Только бы он поправился…
— Да уж, в виде трупа он нам точно не нужен, — фыркает. — Еще и святым его молва сделает. Вон букеты несут и несут.
— Ты сама как?
— Да все нормально, — показывает руку в повязке. — Я и правда силу не рассчитала.
* * *Неделю спустя
Георг
— Боюсь, вас временно придется отстранить от должности. Вы не можете выполнять свои обязанности, лежа на больничной койке. Но вы главное поправляйтесь, Георг Алексеевич. Ни о чем не волнуйтесь. Борис Игнатьевич принял руководство на себя и отлично со всем справляется. А вы лечитесь. Решайте семейные проблемы. Все будет хорошо.
— Спасибо, Артем Дмитриевич. Я быстро поправлюсь. Вернусь к своим обязанностям.
— Да вы не торопитесь, ни в коем случае. Лучше поезжайте к морю. На месяцок. А лучше на два.
— Я не могу долго без работы.
— Придется привыкать, голубчик. Увы, придется. Мы не молодеем. Вам уже вряд ли стоит стремиться к руководящей должности.
Опускаю глаза, но внутри меня разрывает от ярости. Чертов Романов! Он всегда завидовал мне. И сейчас, уверен, ликует. Должность так быстро и внезапно приплыла ему в руки.
А что остается мне?
— Ну, всего хорошего. А вот и ваша дама сердца. Заботьтесь о нем как следует, милочка.
— Конечно, обязательно, — улыбается Светлана.
— Надеюсь, к родам тебя выпишут, милый. Времени немного осталось, ты поправляйся.
Начинает доставать из сумки продукты.
— Супчик тебе привезла.
— Покупной? — морщусь, посмотрев на упаковку.
— Он хороший, вкусный. Мне сейчас никак не получится готовить. Токсикоз.
— Он у тебя, похоже, перманентный.
— Ну зачем ты так? — обиженно поджимает губы.
— Забери это. Мама Алены мне домашний принесла.
— То есть, она тебе все еще теща? Мало тебе неприятностей от этой семьи? — поджимает губы.
— Не твое дело.
Алена так и не навестила ни разу за неделю, что валяюсь на больничной койке. Это было ожидаемо, а все равно кололо. Думал об этом каждый день. И все равно ждал.
Зато дочери у меня хорошие, солнышки мои. Заботливые, Настена вон каждый день приезжает.
— Когда выпишешься, я с тобой поживу, — говорит, поправляя подушку.
— Буду очень рад, солнышко. Ты у меня просто золото, знаешь? Люблю тебя.
— Я тебя тоже, пап.
— Плохо тебе там, да? Конечно, буду счастлив, если со мной жить будешь. С братиком помогать.
— Нет, ты меня не понял. Я на пару недель перееду. А так, насовсем, ну что ты. Я уже и привыкла, у Линды очень классно.
— Но это не твой дом. Что за идиотизм, ютиться как беженкам? — спрашиваю, и получаю укоризненный взгляд.
— Да, это не наш дом. Но зато там нет этой… — морщится. — Ну сам знаешь.
— Дорогая, тебе надо изменить свое отношение к Светлане. Это нехорошо.
— Да ты и сам так к ней относишься! Все время ссоритесь, — замечает дочь.
Это правда. Скандалы стали постоянными. Светка вечно чем-то недовольна. Ну ничего, это психи перед родами. Конечно, с Аленой так не было. Наоборот, беременной она была максимально спокойная. И красивая такая…
Но толку вспоминать. Теперь понял уже, что безвозвратно потерял Алену. И должность, похоже, тоже вернуть не получится. Ну ничего. Все равно, еще поборюсь за место под солнцем. Врач от бога, куда они без меня?
Дом встречает пылью и холодом. Почему он стал таким безликим и неуютным? В холодильнике пусто. Светлана вчера легла в больницу. Ей вот-вот рожать.
— Я вызвала клининг, — говорит Влада. — Тут, конечно, надо прибраться.
Светлана поссорилась с очередной домработницей, выставила ее. Теперь дошло наконец, что она прятала от меня свой склочный характер.
Дочери за мной в больницу на такси приехали. Помогли собраться.
Все равно чувство пустоты не оставляет, хотя заботятся. Но Влада неизменно холодна со мной. Да и Настя отстраненная. Не как раньше.
— Ладно отдыхай, тебе что-нибудь еще нужно?
— Нет, все отлично. Когда теперь приедешь? — спрашиваю Владу.
— Пока не знаю. На неделе загляну.
— Маме привет передавай…
— Ты правда считаешь, что это уместно? — замечает, не скрывая раздражение.
— Дочка, ну чего ты от меня хочешь? Я виноват, признаю, — вздыхаю горестно.
— Наверное, лучше поздно, чем никогда, — произносит Влада задумчиво. — Если ты правда все осознал, как был не прав, и все такое, то сейчас оставь маму в покое. Это лучшее, что ты можешь сделать.
— Я люблю ее! И не могу смириться, что она с другим! Она же с ним встречается, да? — из меня буквально вырывается отчаяние. — Ладно, ладно прости, — с болью смотрю на исказившееся лицо дочери. Выть хочется. Пытаюсь как-то держаться, но не выходит. Я в ужасе. Одиночество грызет, хотя вроде как скоро с сыном долгожданным встречусь. Может тогда отпустит? Но слабо верится. Не моя женщина, Светлана. Ошибка, огромная.
Неделю спустя
— Поздравляем, папочка! У вас очаровательная дочурка! — выпаливает медсестра. Старшая цыкает на нее раздраженно.
— Иди уже! Тебя только с поздравлениями ждали!
— Почему у ребенка такой разрез глаз, словно она от китайца? — задаю вопрос, вместо того чтобы умилиться своему отцовству
С первого взгляда понятно, что не от меня. И это девочка!
Ну Светка, ну стерва. Я просто в бешенстве!
— У меня в роду были монголы, — говорит быстро новоиспеченная мамаша. — Она твоя, Георг! Ты не должен сомневаться!
— Угу, пацан шикарный, — язвлю, полным дебилом себя ощущая.
— Какая разница, мальчик или девочка! Детей надо любить одинаково, — обиженно дует губы Светлана.
Ну не орать же мне на только что родившую бабу, хоть и безумно хочется. Но у меня и так репутация не самая лучшая на данный момент в больнице, сейчас лучше вести себя тихо и не провоцировать скандалы. Слишком много их было за последнее время. Потом разберусь. Естественно, тест ДНК сделаю. На что вообще Светка рассчитывала, понять не могу? Что я остолоп полный?
А ведь так и есть…
Все потерял, а с чем остался?
С бабой, которая надо мной посмеялась? Использовала.
* * *Пью беспробудно неделю, уехав за город, в гостиницу. Здесь мы когда-то годовщину свадьбы с Аленой праздновали. Подружился с владельцем, так что Егор всегда рад меня видеть. Снимаю самый дальний домик. Сначала он присоединяется ко мне, накрывает отличную поляну. Но на третий день я уже один пью. Друг пытается вразумить, беспокоится. Но мне все равно. Что остается делать на руинах своей жизни?
Телефон отключен. Для всех. Стыдно, противно и тошно. Представляю, что обо мне говорят в больнице! Наверное, полным идиотом считают. Повезло ещё, что бывшая жена уволилась оттуда, иначе я бы этого не позора не вынес. Алёна перешла в другое место, и её новый Ромео тоже за ней сразу побежал.
Когда думаю про Зарубина, кулаки чешутся. Снова наливаю виски. Больше полстакана. Мерзавец, воспользовался ситуацией. Но чего еще было ждать? Алена баба красивая. Всегда на нее мужики заглядывались.
Она! Как она могла! Она меня должна была любить! Как клялась и обещала.
Стук в дверь встречаю раздраженно. Гость, не дождавшись ответа заходит, принеся с собой порыв свежего воздуха.
— Папа! — Влада стоит, уперев руки в бока. — Может хватит уже? Сколько можно себя жалеть?! Завтра твоя дочь выписывается из роддома. Малышке нужна нормальная обстановка. Мы с Настей привели дом в порядок. Все купили. Распашонки, коляски, вообще все, по списку твоей драгоценной Светланы.