Бестиал

– Спасибо, что не двадцать шесть, – по сложившейся привычке тихо рявкнула Лив на свою болезнь, вновь поднимаясь на ноги.
Зрение до сих пор оставалось не совсем четким, но она все равно побежала, быстро покидая свое укрытие. План сложился сам собой – она укроется в каком-нибудь многоэтажном доме. Охотники не смогут проверить каждую квартиру, и у нее будет шанс остаться незамеченной.
  
Когда по ее прикидкам до конца отведенного им часа оставалось около двадцати минут, Лив свернула к пятиэтажному дому с раскуроченной стеной. Нырнув в распахнутую дверь, она бросилась к лестнице и успела преодолеть семь ступеней, а вот восьмая буквально ушла у нее из-под ног. Лив вскрикнула и провалилась по колено, больно ударившись бедром. Кое-как выбравшись из «ловушки», она растерянно замерла. Что ей делать теперь? Продолжать подниматься? Или лучше покинуть этот ненадежный дом?
Оливия выбрала второе. Она вновь выбежала на улицу, но уже не так резво. Нога болела, и Лив не рискнула нагружать ее еще больше. Она подошла к соседнему строению, которое оказалось бывшей мастерской. Не успела Оливия углубиться в просторное помещение с покрытыми пылью станками, как по улицам Монтеселло пронесся короткий гудок.
Это означало, что Охотники вступили в игру.
***
Оникс проверял ножи и пистолет в кобуре уже стоя у выхода из парка. Он не собирался терять ни секунды, чтобы не позволить Даллеру или любому другому Охотнику добраться до Оливии Гамильтон первым.
– Видел, как рванул Вествик? – хмыкнул Чарльстон, остановившись рядом с Ониксом. Они все хорошо изучили лица и фамилии игроков этого года. – Думаешь, несется на самую окраину?
– Все пытаются убежать как можно дальше, – кивнул парень, поворачивая кепку козырьком назад.
– Гамильтон сделала меньше всех шагов. Интересно, это такая стратегия или милашка просто впала в ступор?
Оникс неопределенно дернул головой и замер у края тротуара, уже готовый сорваться с места.
– Эй, здоровяки, – крикнул провидец. – Оставьте мне хоть парочку девчонок! В прошлом году я едва успел найти троих участников и все, как назло, оказались мужиками. А я не на такое подписывался, между прочим.
– Давай в следующем году изменим правила и будем брать только девушек, – закатил глаза глава Шэдоу.
– Это будет выглядеть подозрительно, – спокойно возразил Декстер, тоже занимая свое место в ряду. Он выглядел умиротворенным и даже отчасти отстраненным, но Ониксу было хорошо известно, что выпитый алкоголь уже завладел его разумом, и мужчина с удовольствием пустится в погоню за жертвами.
Большинство Охотников впадали в настоящую ярость, если им не удавалось найти игроков в первые часы. С усмирителями всегда так: все чувства на максимум, непременно нужно получить желаемое, да лучше бы как можно скорее и в большем количестве, чем хотелось.
– Как будто нам есть до этого дело, – фыркнул Даллер. – Эти люди жаждут золота, а мы – развлечений.
– Участвовать имеют право все, – отрезал Оникс. – И правила мы не меняем.
– Зануда, – беззлобно отозвался провидец, бросив взгляд на часы. – Дайте хотя бы подсказку! В каком направлении искать? Вы вечно жульничаете со своим звериным зрением!
Оникс усмехнулся.
– Разве это жульничество? Мы пользуемся тем, чем одарила нас природа. Кто виноват, что усмирители обладают более острым зрением, чем всем остальные?
– Завали, Оникс, – буркнул Даллер.
– Так завалить или дать подсказку? – засмеялся парень.
– Где мне искать ту горячую штучку? – выпалил провидец, поигрывая ножом, а у Оникса сами собой напряглись плечи. – Я о Гамильтон.
– Она бежала в северо-восточном направлении, – тихо ответил Декстер.
– Она тебе не светит, – процедил Оникс, решив сразу обозначить свой интерес.
Даллер резко обернулся к Охотнику, но Оникс даже не смотрел на него, зато едва приподнял руку, демонстрируя главе средний палец.
– Ты охерел?! Мы же договорились!
Но едва Даллер успел произнести последнее слово, как один из военных подал сигнал о начале игры для Охотников, и в ту же секунду Оникс сорвался с места и бросился в темноту заброшенного Монтеселло.
За пару минут он покрыл то расстояние, которое преодолевали обычные люди за пятнадцать. Ониксу было отлично известно, что большинство игроков Охотники находили в самом начале игры, ведь почти все предпочитали не прятаться, а бежать как можно дальше, считая, что на окраинах они окажутся в гораздо более выгодном положении.
Декстер был прав. Оливия направилась на северо-восток – именно этот район больше всего пострадал от взрывов. Здания там были изуродованы и ненадежны. Именно в этой части чаще всего случались обвалы, и некоторых игроков они находили уже после окончания игры по запаху свежей крови. Но Оникс не мог допустить, чтобы это случилось с Оливией.
Он слышал, как где-то слева мимо него пронесся Чарльстон. Этот парень всегда был хорошим стратегом и уже приметил нескольких игроков, найти которых в ближайший час у него были все шансы. Оникс тоже сверился с данными браслетов участников Пряток. Гамильтон действительно отчего-то преодолела наименьшее расстояние, остальные постарались убраться от Охотников как можно дальше. Может быть, это ее стратегия – спрятаться поближе к месту начала игры? Однажды некоторым участникам пришло в голову вернуться к парку, но Охотники быстро нашли тех умников.
– Что же толкнуло тебя на подобный шаг, Оливия? – шепотом протянул Оникс, цепким взглядом оглядывая район.
Он направился было к пятиэтажному дому с разрушенной стеной, как вдруг справа послышался грохот обвалившегося бетона. Парень резко развернулся и бросился в том направлении, словно голодный хищник.
 
Глава 5
 
Оливия зажала рот рукой, когда с улицы послышался отчаянный крик. Она не могла разобрать, кто кричал – мужчина или женщина. Но в голосе участника, которого наверняка только что обнаружил Охотник, она отчетливо различила панику вперемешку с отчаянием.
Вопль оборвался спустя долгую минуту, а Лив вжалась в стену, закрывая голову руками и плотно сжимая веки. Но вскоре она услышала еще один звук, на этот раз едва различимый, значит, Охотник и игрок находились довольно далеко, и все же в городе-призраке любой звук мог с легкостью быть услышан.
Кого-то нашли. Так быстро. Час прошел совсем недавно, а Охотники уже настигли участников и… Неужели они начали убивать? В спину Лив впились противные мурашки. Она едва слышно выдохнула, но быстро сжала зубы, опасаясь, что Охотник может ее услышать. Ей не очень нравилось то место, в котором она решила спрятаться – среди старых станков и железа, среди пыли и запаха машинного масла. Слишком просторным и недостаточно заполненным было это помещение. Но после сигнала, оповестившего об участии в игре Охотников, Лив не рискнула оставаться на улице. Ей было известно, насколько стремительно могли перемещаться усмирители, а значит, не стоило и думать о том, чтобы устраивать с ними гонки. Не зря ведь название игры – Прятки. Чем тише и незаметнее будешь, тем выше вероятность выиграть.
Но что делать с жаждой и голодом? От бега у Оливии уже давно пересохло в горле, и она никак не могла перестать думать о бутылке с холодной водой.
Внезапно за окном, неподалеку от которого она сидела, раздался хруст стекла. Лив задержала дыхание, круглыми от страха глазами глядя в пространство. На нее вдруг набросилось нестерпимое желание заорать и броситься отсюда вон – должно быть, именно это и была паника. Но Оливия заставила себя сидеть неподвижно и не шевелить даже пальцем.
  
Что-то зашуршало, пискнуло, а следом до Оливии донесся приглушенный голос:
– Сколько у тебя?
«Рация, – осознала Лив. – Они переговариваются. И плевать им, если мы их слышим».
– Один. Парень лет тридцати.
– И чем ты его?
– Ничем, – ответил мужчина, стоявший под окном здания, где пряталась Оливия. – Он забрался в дом, где лестница едва держалась. Его придавило бетонной ступенью. Кости раздробило. Не жилец.