Семья напрокат (СИ)

Северин отвел взгляд первым.
— Иди спать, Алиса, — произнес он, убирая руку. — Уже очень поздно.
Встал. Развернулся. Быстро пошел по коридору. Без единого слова мне. Бросив мне напоследок единственный, какой-то задумчивый взгляд.
Я проводила его глазами, чувствуя, как холод растекается по груди. Что-то изменилось. Что-то сломалось. Мерзкий маркиз!
— Вета? — тихо позвала Алиса. — Герцог на тебя сердится? Нас отсюда выгонят?
  
— Нет, малышка, не выгонят, — я обняла ее крепче. — Просто... он устал. Пойдем, уложу тебя спать.
Мы поднялись в детскую комнату. Зулана все так же крепко спала, свернувшись клубочком на тахте. Бедняжка, там умаялась за день, что вообще ничего не слышит, спит, как убитая. Я укрыла Алису одеялом, поцеловала в лоб.
— Спи, солнышко. Все хорошо.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Ложь. Но я не могла сказать правду. Сама ее не знала.
Я вернулась в свою комнату. Закрыла дверь. Прислонилась к ней спиной. Постояла так какое-то время. Потом медленно стянула с себя фрак Северина. Сложила его на руках — аккуратно. Зимний лес. Пряности. Его запах.
Отложила фрак на кресло. Сняла остатки платья — разорванного, испорченного. Кружево действительно было тончайшим, как паутина. Достаточно одного резкого рывка — и всё разошлось. От шеи до самой поясницы. Длинный, уродливый разрыв, повредивший тонкое плетение.
Я провела пальцами по порванной ткани. Вспомнила. Как маркиз наступил на подол. Намеренно. Как все обернулись. Смотрели. Судили. Как Северин прошел сквозь толпу — холодный, надменный.
Как накинул на меня свой фрак — бережно, почти нежно. Как вызвал на дуэль маркиза — ровным, ледяным голосом. Защитил меня.
А потом... закрылся. После того, как я сказала о словах маркиза. Получается, это правда? О той девушке?
Я бросила платье на пол. Надела ночную рубашку. Легла в постель. Но сон не шел. Лежала, глядя в потолок, и в голове крутились одни и те же мысли.
"Прошлая любовь... эмоционально недоступен... вы так на нее похожи..."
Кто она, та девушка? Почему Северин выбрал именно меня? Из сотен других возможных кандидаток? Правда ли я просто замена? Тень кого-то, кого он не смог забыть?
И почему... почему мне так неприятно от этой мысли?
Я перевернулась на бок. Посмотрела на фрак, лежавший на кресле. Темное пятно в полутьме комнаты. Встала, взяла его. Вернулась в постель.
Прижала фрак к груди. Вдохнула запах. Закрыла глаза.
"Влюбилась… Светка, ну ты даешь. За какие-то четыре дня! В твоем-то возрасте и влюбилась, как девчонка. Боже... как глупо".
А завтра дуэль. На смерть. Что, если маркиз схитрит? Что, если он... если он убьет Северина? Что, если я больше никогда не увижу эти золотые огоньки в его глазах? Не почувствую тепло его рук на своей коже?
Не услышу его голос — хриплый, тихий, интимный? Как тогда, когда мы танцевали. Страх сжал горло. Холодный, липкий, удушающий. Блин! Накрутила себя, идиотка! Надо успокоиться. Утро вечера мудренее. Завтра все страхи покажутся мне ерундой. Должны показаться…
Я крепче прижала фрак к себе. Уткнулась лицом в ткань. И так, обнимая его, словно ребенок обнимает любимую игрушку, провалилась в беспокойный сон.
Проснулась от серого света в окне.
Рассвет.
Я вскочила, сердце бешено колотилось. Дуэль! Сейчас! Прямо сейчас! Северин!
  
Глава 40
 
Я вскочила, сердце бешено колотилось. Дуэль! Сейчас! Прямо сейчас!
Схватила первое попавшееся платье — простое, домашнее. Натянула через голову, даже не потрудившись надеть корсет. Нижние юбки? Некогда! Пусть неприлично, но мне все равно!
Волосы растрёпаны — наплевать. Босые ноги сунула в туфли. И побежала. По коридору. Вниз по лестнице, перепрыгивая через ступеньки. К входной двери.
Герцог стоял в холле. Как обычно, весь в черном. Рядом с ним находился Гур, вот уж кого я не ожидала увидеть, — огромный, молчаливый, с оружием в руках. Со шпагой. Значит, таков выбор оружия. Вполне понятный, не на луках же им стреляться... ага... не смешно вообще.
Северин застыл, увидев меня.
— Иветта? — голос удивленный. — Зачем вы пришли?
Я остановилась в нескольких шагах от него, хватая ртом воздух. Грудь вздымалась — без корсета ткань платья обтягивала тело, не скрывая изгибов. Его взгляд скользнул вниз. Задержался на секунду. Потемнел. Он резко отвел глаза.
— Вам не стоило вставать так рано, — произнес жестко.
— Как я могла не прийти? — выдохнула я, все еще пытаясь отдышаться. — Это дуэль. А вдруг...
— Не будет никаких вдруг, — отрезал он. — Маркиз — слабак. Давно не упражнялся, погряз в разгульной жизни. Победить его — вопрос нескольких минут.
— А если он... - я сглотнула, — если он схитрит? Использует какой-то подлый прием?
Северин бросил на меня нечитаемый взгляд.
— Такой вариант вполне может быть. Я буду осторожен.
— Пожалуйста, — прошептала я. — Пожалуйста, будьте осторожны.
Он посмотрел на меня. Долго. Изучающе.
— Вы... — начал он медленно, — вы будете волноваться?
Глаза защипало. Я моргнула, отгоняя предательские слезы.
— Конечно, — призналась я тихо. — И буду ждать.
Пауза.
Он смотрел на меня — взволнованную, без корсета, босиком в туфлях, с непричесанными волосами. Смотрел так, будто видел впервые. Или в последний раз. В его глазах полыхнули золотые огни. Яркие. Горячие.
— Когда я вернусь, — произнес он хрипло, — нам нужно будет серьезно поговорить.
— О чем? — прошептала я.
Он качал головой.
— Не сейчас. Когда вернусь.
Сделал шаг ко мне. Еще один. Поднял медленно руку. Пальцы почти коснулись моей щеки. Я замерла. Затаила дыхание. Смотрела на него снизу вверх и ждала… сама не знаю чего.
Видела, как напряглась его челюсть. Как дрогнули губы. Как в глазах мелькнуло что-то... отчаяние? Боль?
И остановился. Рука замерла в воздухе. В миллиметре от моего лица. Потом медленно опустилась.
— Я вернусь, и мы поговорим, — сказал он. Обещание. Почти клятва.
Развернулся. Пошел к двери. У порога остановился и оглянулся через плечо. Посмотрел на меня — последний, долгий взгляд. Словно запоминал. Каждую черту. Каждую линию. Потом вышел.
Я стояла у открытой двери. Холодный утренний ветер врывался в дом, обжигал босые ноги, трепал растрепанные волосы.
Смотрела, как он садится в карету. Как Гур забрался следом. Экипаж тронулся, поехал по подъездной аллее. Все дальше. Дальше. Дальше. Пока не скрылся за поворотом.
Только тогда я закрыла дверь. Прислонилась к ней спиной. Глубоко вдохнула. Выдохнула. Сердце колотилось. Руки дрожали. В животе противно скручивалось от страха.
Дуэль. На смерть. Он может не вернуться.
"И что ты будешь делать, если он не вернётся?"
Жить дальше, как обычно. Воспитывать Алису. Продавать свои венки. Все будет нормально. Я справлюсь. Как всегда справлялась.
"Тогда почему трясутся руки?"
Я посмотрела на свои пальцы. Действительно дрожали. Черт. Сжала их в кулаки. Разжала. Снова сжала.
"Потому что... потому что он дурак. Идет на дуэль из-за меня. Из-за какого-то порванного платья. Может погибнуть. И все из-за меня."
Вот что бесило. Не то, что я "не могу без него жить". А то, что он рисковал собой. Ради меня. Идиот благородный. Я сползла по двери вниз. Села на пол. Обняла колени. Холодно.
Ноги босые, платье тонкое. Надо было хоть шаль накинуть. Но я тогда не думала. Просто бежала. Чтобы увидеть его перед... перед тем, как он уедет.
"Зачем, Светка? Зачем тебе это надо было?"
  
Просто не могла не прийти, не могла остаться в постели, зная, что он сейчас там, внизу, собирается на дуэль, а я...
"Влюбилась. В мужа по контракту. Который через неделю станет бывшим мужем. Молодец, Светлана. Умеешь выбирать."
Я уткнулась лбом в колени. Тупо. Все это тупо.