Семья напрокат (СИ)

В какой-то момент я поскользнулась и плюхнулась в сугроб. Герцог тут же оказался рядом, протягивая руку.
— Не ушиблись?
— Нет, все хорошо, — схватилась за его руку, он потянул меня вверх.
А я дернула его вниз. Угу. Гадкая я.
Герцог упал в снег рядом со мной с таким удивленным выражением лица, что я снова расхохоталась. Алиса тут же кинулась к нам, плюхнулась сверху. Мы лежали втроем в сугробе, похожие на снеговиков и смеялись. Почти все. Двое так точно.
  
— Вы на редкость коварная женщина, леди Иветта, — произнес Северин, глядя в небо, откуда продолжали сыпаться снежинки. Но в его голосе не было ни капли осуждения. Только легкое удивление и что-то похожее на веселье.
— Признаю, — согласилась я, отдышавшись. — Но так, как мне кажется, веселее.
Он повернул голову, посмотрел на меня. Наши лица были слишком близко друг к другу. Его взгляд соскользнул на мои губы, а потом вернулся к глазам, словно герцог провел на мне невидимую ватерлинию, ниже которой спускаться даже взглядом нельзя.
— Я забыл, каково это, — тихо сказал он.
— Каково что?
— Веселиться. Просто так. Без причины.
Что-то сжалось в моей груди. Какая-то дурацкая, из-под старого матраса пружина, наверное. Другого объяснения нет.
— Мне холодно! — объявила Алиса. — Хочу какао!
— Справедливое желание, — я поднялась, отряхивая снег. — Ваша светлость, вы не подскажете, где здесь можно найти горячее какао?
— Знаю одно место, — герцог тоже встал, помог подняться Алисе.
А потом скинул с моего плеча горсть снега, прилипшего к ткани, словно погоны. Я тоже счищала пальто, наши пальцы соприкоснулись. На секунду всего. И меня обдало жаром. Такой густой волной, что я даже выдохнула, выпучив глаза.
— У вас ледяные руки, — буднично сообщил герцог. И тут же вытащил из своих карманов перчатки. — Не возражайте, пожалуйста.
Взял мою холодную ладонь в свои руки, молча надел перчатки. Сначала одну, потом другую. Деловито, будто ребенка на прогулку собирает. Я бы поверила. Да только лорд исподтишка бросил на меня быстрый взгляд, который я успела перехватить. И, не будь я Света, но в этих черных углях вместо глаз не было и намека на родительскую заботу.
Герцог привел нас к маленькому кафе на углу площади. Уютное, с теплым светом в окнах и запахом выпечки. Как мы туда дошли — не запомнила. Во-первых, из-за своей супер-способности теряться в пространстве, которая меня ужасно бесит, а во-вторых, из-за того, что все еще оставалась под впечатлением от герцогского взгляда и никак не могла выключить это тепло в теле.
Внутри было людно, но нам быстро нашли столик у окна. Официантка, увидев герцога, присела в реверансе.
— Три какао, пожалуйста, — попросил Северин. — И что-нибудь сладкое для ребенка.
— Сейчас, Ваша Светлость.
Мы сидели, и я смотрела в окно, на площадь, на падающий снег, на людей. Алиса устроилась рядом со мной, прижавшись боком. Теплая, довольная.
— Так что насчет секрета? — негромко спросил герцог.
Я повернулась к нему.
— Секрета?
— Вы обещали рассказать, как расположили к себе светских дам.
— А, это, — я улыбнулась. — Все просто. Я продала им венки, которые сделала из выброшенных еловых веток. По золотому за штуку. Сказала, что это эксклюзивный товар из Нортландии, который вы специально заказывали.
Герцог приподнял бровь.
— Вы продали выброшенные ветки за золотые монеты?
— Не просто ветки. Красиво украшенные венки с лентами, кружевом и шишками, — поправила я. — На завтра у меня крупный заказ, так что придется потрудиться.
Он смотрел на меня несколько секунд. Потом хмыкнул.
— Как только я перестаю чему-то удивляться, вы тут же преподносите новый сюрприз, леди Иветта. Покоя с вами не жди.
— Покой — он для мертвых, Ваша Светлость, — ответила с улыбкой. — А живым нужно движение.
Отметила задумчивый и немного нахмуренный вид герцога после моих слов, но не придала значения.
Официантка принесла какао в больших керамических чашках и тарелку с пирожными. Мы принялись за какао. Оно было божественным — густое, горячее, с пенкой. Прекрасное, но у герцога тогда получилось вкуснее. Эх! Надо было менять свой секрет на его. Какой бы бизнес можно было организова-а-ать! Размечталась я.
— А мне понравилось гулять, — сказала Алиса, чинно вытерев салфеткой пенку с губ. — Можно еще? Завтра?
Я посмотрела на герцога. Он посмотрел на меня. И кивнул.
— Можно, — ответила я падчерице. — Если Его Светлость не будет занят.
— Не будет, — тихо сказал Северин.
Эх! Все-таки есть в этих зимних праздниках какое-то волшебство!
Иииии небольшой арт в тему))
  
Глава 25
 
На приподнятом и каком-то, словно хмельном настроении, я легко сделала пятнадцать венков до полуночи. Шестнадцатый для заказа возьму из тех четырех, что работали презентацией. Конечно, придется сплести еще, ведь я только начала, но сначала нужно запастись материалами, ветки закончились. Надо бы сходить на тот рыночек, где торгуют елками.
С такими мыслями и заснула, уставшая до коматозного состояния. Но снились мне не венки и еловые ветки, как можно было подумать, а голубые глаза герцога и золотые солнечные искры в них.
Проснулась рано утром. Бодрая, словно всю ночь пролежала на подзарядке. На свежую голову сразу пришла мысль, что мне нужен помощник, хотя бы один. Если бизнес наладится, одна я все не успею. Пока принимала водные процедуры, в спальню пришла Зулана, прибрала постель, раскрыла шторы, явив мне чудесный солнечный день — редкость зимой в этих краях.
Пока девушка помогала мне с одеванием и прической, я рассматривала ее в зеркало. Стало ясно, что она не так юна и худа, как мне показалось сразу из-за ее постоянной манеры испуганно таращить глаза и норовить сжаться до состояния точки. Скорее всего, она даже старше меня. Ну, в смысле нынешней меня.
— Зулана, — обратилась к горничной, та моментально скукожилась и посмотрела на меня виновато, хотя все прекрасно делала и нареканий у меня к ней не было, да и позвала я ее тихо, нормальным голосом, — а сколько тебе лет? Извини за любопытство.
— Двадцать пять, госпожа, — выдохнула девушка с облегчением.
— Оу… а у тебя есть семья? Муж, дети?
— Нет, госпожа. Я уже вышла из брачного возраста, — ровно, без эмоций ответила Зулана. — Молодые мужчины на меня уже не смотрят, впрочем, и раньше не особо уделяли внимание. А вдовцы…
— Да какие вдовцы? Это наверняка уже мужики за сорок, с кучей детей! — возмутилась я.
— Иногда и за пятьдесят, — добавила горничная.
Я передернула плечами. Фу! С меня хватило неравных браков. Хоть мой муженек и оказался так любезен, что помер, но все же… перспектива мерзкая. Молодые должны быть с молодыми, а зрелые со зрелыми. А покупать себе молоденьких девочек без их на то желания — это прям за пределами моей толерантности.
Еще раз присмотрелась к Зулане. Хорошенькая же! И эта ее родинка на щеке — просто няшечка. И что тем мужикам надо?
— Венки уже отправили? — спросила, вспомнив, что мы с горничной договаривались о том, что она утром сделает рассылку.
— Да, госпожа. Все расписала, инструктаж провела, посыльные надежные, — отчиталась Зулана.
И мне пришла в голову мысль. А почему бы ее не сделать моей помощницей? Девочка умная, сноровистая. Уверена, и деньги ей лишние не помешают. Надо будет поговорить с ней на этот счет. А пока…
  
— Два венка, которыми вчера украшали гостиную, сняли, запаковали?
— Да, ждут вас внизу, в холле на столе.
— Отлично. Зулана, ты мне очень помогла, спасибо.
Девушка сначала недоуменно заморгала глазами, потом покраснела и просто кивнула, видимо, растеряв все слова. Я же отправилась к Алисе, где мы быстренько позавтракали и, забрав венки, попросили выделить нам карету, чтобы съездить в таверну «Смело ешь».