Жизнь во благо Родины

– Значит, нужно на корабль, – резюмировал я, – пусть Москва решает, а мы будем исполнять по мере сил.
– Кто же переговоры будет вести, пока сюда прибудет замена…
– Да я и проведу, вон, ребята инженеры помогут, да и бумаги у нас остались, почитаю, пока едем, войду в курс дела. Пока туда-сюда, пока местные назначат новые переговоры, если еще не передумали, пока соберутся, начну я, а там, может, и приедет кто-нибудь.
– Как скажете, товарищ Андреев, нас предупредили, какие у вас полномочия.
– Ха, а меня вот как-то не предупредили. Расскажете, что там у меня за полномочия, даже интересно? – засмеялся я.
– На корабле, думаю, вам все пояснят, у командира была долгая связь с Москвой, много чего наговорили.
Но только сказать о корабле было легче, чем пропасть на него. Тут три сотни километров надо преодолеть, чтобы туда добраться, а это не по Советскому Союзу путешествовать, это Африка вообще-то. В городке, больше похожем на большую деревню, откуда к нам пришла подмога, в гарнизоне был вертолет, но без дозаправки он не долетит, нужно договариваться о промежуточных остановках.
– Даже не знаю, чем и помочь, товарищ Андреев, – пытаясь мне помочь решить проблемы, командир подразделения, что было тут расположено, с ног сбился.
– По земле, говорите, вообще не вариант? – уточнил я.
Подтянутый, находящийся в прекрасной форме майор Фомин представлял собой настоящего офицера, какие всегда были в моем представлении об армии. Высокий, крепкий, начисто выбрит, он смотрел на меня прямо и твердо, но не высокомерно, как иногда смотрят военные на штатских.
– Был бы у меня полк в подчинении, прошли бы, а так, сами видите, два бэтээра на всю миссию…
– Я понял вас, товарищ майор, – кивнул я, скорее своим же мыслям. – Тогда так, мне нужна хорошая машина, надежная как танк, и три-четыре бойца. Подождите, – говорю я, видя, что офицер хочет возмутиться. Еще бы, какой-то хмырь у него солдат просит, причем, по его мнению, на верную смерть. – Форму снять, оружие на полу, видели, как америкосы тут ездят?
– Э-э, да, – почесал затылок майор. Мы не раз, пока добирались в эту глухомань, встречали «конкурентов». Американцы, как и европейцы, тут присутствуют в приличном количестве.
– Вот так же спокойно и поедем. По-английски я объяснюсь, не вопрос, главное, не выдать свою принадлежность к СССР, мало ли на кого нарвемся.
– Это очень опасно, товарищ Андреев, авантюра какая-то. Ни четкого плана, ни возможностей… Извините, я на такое пойти не могу, с меня голову снимут.
– Это ваше право, тогда просто достаньте мне хорошую машину, автомат, патронов в магазинах побольше, гранаты, и я поеду один.
– И этого сделать не могу, мне вашу смерть не простят. – Ух, какой правильный офицер, даже приятно с ним спорить.
– Мне что, сбежать от вас, без штанов через половину Африки пробраться?
– Я поеду с вами, можно взять с собой мичмана Деревянко, рядовых брать не буду, я и так их много потерял, и еще не ответил за это.
– Сами поедете? – удивился я. – А кто на командовании гарнизоном останется?
– Капитан-лейтенант Алексеев, мой зам.
– Ну, смотрите, я вам не указ.
В авантюрное путешествие мы отправились все же впятером, с нами напросились двое бойцов, которых я уже знал, вместе отбивались. Машину взяли свеженький американский джип, какие поставляют местным бандитам пиндосы в качестве взяток. На первый взгляд выходило все красиво, как уж получится, будем посмотреть. Оружия с собой майор набрал как для маленькой армии. У каждого из нас, кроме бойца с пулеметом, были автоматы и пистолеты, по моему совету собрали кучу запасных снаряженных магазинов, чтобы в случае небольшой войнушки не тратить время на набивание этих самых магазинов патронами. Если попадем в заварушку, никто нам не даст для этого время, а так плотность огня будет приличная, может, и прорвемся. Конечно, это если нам засаду не устроят, тогда уже без разницы, пять бойцов ничего не сделают против полусотни бандитов, вооруженных до зубов. Расчет беру на скорость, нигде не останавливаемся, в багажнике запас топлива, взяли почти все, что смогли найти в гарнизоне, надеюсь, что хватит. Деньги у нас так-то есть, в более или менее спокойных городках-поселках можно и прикупить топлива, да вот только хрен его знает, что там будет за бензин, да еще и открыто ехать через территории, где возможно присутствие американцев, опасно.
 
Перед самым нашим убытием вдруг появились представители местной администрации, в виде четырех темнокожих мужчин, и предложили нам взять их с собой для сопровождения. Переводчик помог пообщаться, оказалось, и это удивило еще больше, люди были заинтересованы в нашем успешном рейде, ибо от него зависит будущее их страны. Патриоты, оказывается, есть и в африканских странах. Мы сначала развели руками, объясняя, что некуда их сажать, так местные разрешили проблему в пять минут, быстро пригнав еще один джип, правда, со следами пуль.
– Не смотрите на внешний вид, машина в отличном состоянии, к тому же наш водитель обучался у американцев и знает, как починить этот автомобиль буквально на дороге, – пояснили нам, видя удивление советских товарищей. Ага, простреленный движок он тоже на коленке отремонтирует? Так и спросил. На что получил не менее серьезный ответ: – Если будет стрельба такой плотности, то тут уже без разницы, какая машина у вас.
– Хорошо, – быстро согласился я, уже поняв перспективу поездки в компании местных, но решил уточнить: – Наверное, вы и дороги знаете, где можно безопаснее проехать?
– Конечно, по крайней мере до границы нашей территории мы доедем спокойно, это наша страна, точнее, эти территории всегда были под нашими кланами, мы здесь дома, а вот те, что на вас напали – пришли с востока, вряд ли у них тут целая армия, способная перекрыть все наши тропы.
Довольно свободный перевод от нашего толмача заставил меня улыбнуться.
– Отлично, если вы готовы, выезжаем через десять минут, – мы-то заранее приготовились, а местные выразили желание помочь пять минут назад.
– Мы готовы, – четко отрапортовал один из темнокожих мужчин, что и вел с нами переговоры.
Видели когда-нибудь кадры о ралли «Париж – Дакар»? Вот примерно так мы и понеслись. Буквально через пять минут такой езды выяснилось, что наш водитель, рядовой Иванов, с которым мы вместе отбивались от врагов во время нападения на форт, не может поддерживать скорость, заданную местным Шумахером. Пришлось быстро пересесть на его место, отказав остальным желающим, ибо, как мне кажется, остальные едва ли будут лучше Иванова. Ну не ездят советские люди с такими скоростями, да еще и по бездорожью, в Союзе и машин-то пока кот наплакал, а те счастливые обладатели своих «Антилоп», кто все же имеет транспортное средство, берегут его как зеницу ока, ибо запчасти найти тот еще квест. А по мне дорога была вполне хорошей, мелких и противных выбоин нет, грунт довольно плотно укатан и позволял ехать быстро. Если не врал спидометр во вражеской машине, мчались мы на семидесяти километрах в час, а местами позволяли себе и больше.
Да, после остановки я быстро смог догнать наших сопровождающих Сусаниных и даже удивил их, предложив ехать побыстрее. Нет, не кричал, а просто «повис» у них на бампере, как бы подгоняя.
Первый же населенный пункт мы объехали по широкой дуге, потом местные объяснили, что в этом месте часто видели прихвостней скоропостижно скончавшегося диктатора Мобуты, его опричники слонялись по всей стране, пытаясь склонить народ выступить против представителей оппозиции. Пролетели мы быстро, тут о скорости еще вот что нужно заметить: американцы здесь ездят быстро, а уж раз мы на американских машинах и пытаемся быть похожими на представителей Запада, нужно максимально соответствовать.
– Мы не уверены, что нужно продолжать переговоры.
Начало беседы получилось ужасным. Наш путь к морю оборвался возле одного из поселений на западе страны. Остановило нас присутствие в городке представителей оппозиции бывшего диктатора Мобуты, то есть как бы новая власть. Сюда мы заехали по предложению наших сопровождающих, хотели запастись провизией, и вдруг попали на нужных людей. Один из наших сопровождающих увидел знакомые автомобили и решил разузнать, кто это здесь такой важный появился, и как оказалось, это были те, кто в принципе и нужен. Только вот разговор не задался сразу. Люди были незнакомые, ни они меня, ни я этих людей не знали, но встреча произошла, и нужно было спасать наши отношения.