Заботы Элли Рэйт (СИ)

Как всегда, хороший выход подсказала госпожа Ханна:
-- Элли, тебе вовсе не обязательно делать все это своими руками. Детка, я никогда не спрашивала, сколько ты зарабатываешь, но мне кажется, что тебе вполне по силам нанять работницу для дома. Посмотри сама – ты слишком много работаешь. Ты встаешь на два часа раньше всех, чтобы нажарить котлет и приготовить для всех завтрак. Затем ты возвращаешься домой и готовишь завтрак еще и для нас. Потом ты или едешь за мясом, или на кухне чистишь овощи и наблюдаешь, как делают фарш и крутят сало. И так – целый день. Я удивляюсь, что при этом ты еще умудряешься поддерживать чистоту в доме. Мне кажется, тебе обязательно нужно нанять работницу!
  
Отказываться от заказов я не стала – они были сильно выгоднее чем то, что продавалось на Стоке. Поэтому почти сразу после разговора с госпожой Ханной я вновь отправилась в контору «Агентство по найму домашней прислуги г-жи Вальмунт» и сообщила, что хочу нанять работницу на кухню и горничную.
Так в доме появились Нэнси – миловидная работящая девушка лет двадцати пяти и Руби – работница, которую я обучила жарить котлеты и мазать бутерброды. Руби была приходящая, и мне пришлось выдать ей ключ от маленькой половины дома – она начинала работу раньше всех, и мэтр Огдэн, допекающий в это время порцию пирогов на день, обещал присмотреть за ней.
Нэнси же поселилась в нашей половине дома и взяла на себя уборку помещений, мытье полов и смену постельного белья, а также мытье посуды и все дела с прачкой. Готовить для семьи я все же чаще предпочитала сама, хотя и тут Нэнси оказывала мне помощь, успевая и начистить овощи, и присмотреть за кипящей кастрюлей, если мне приходилось отвлечься.
Первый дни я еще тратила массу времени на то, чтобы проверять как работает Руби, но женщина она была не только крепкая, но и шустрая, справлялась со всем замечательно и уходила домой, оставив на плите горячий ужин для вернувшихся продавцов.
Совершенно неожиданным для меня оказалось, что есть такая замечательная штука, как свободное время. Первые дни я тратила это свободное время на сон. Все же накопившаяся усталость сказывалась и никакие наряды или прекрасная весенняя погода не могли оторвать меня от постели. Но, примерно дней через пять-шесть, я вдруг поняла, что все более или менее работает даже без моего прямого участия.
Даже мясо и сало я теперь не ездила покупать на рынок, а заказывала каждую неделю у своих поставщиков и его привозили прямо на дом, потому что брала я оптом. Я увеличила оплату Хезел и Эйнсу, так как теперь ему приходилось работать больше, а место Хейзел на Стоке заняла еще одна приходящая продавщица.
И как-то вот выяснилось, что все и без меня прекрасно знают, что делать. Так что выспавшись и отдохнув я обратила внимание на то, что за стенами дома лежит целый неизведанный весенний город. Город со своими театрами и цирками, с кондитерскими и парками, город с выставками и музеями!
Госпожа Ханна по-прежнему каждый день занималась с Ирвином, но это не требовало слишком много времени. Его успехами она была довольна и однажды, когда я заглянула к ним во время урока, госпожа Ханна сказала:
-- Ты знаешь, Элли, Ирвин у нас большой молодец! На твоем месте я бы сводила его в кондитерскую, – она потрепала своего ученика по русым волосам. – Он явно этого достоин!
Ирвин посмотрел на меня с такой надеждой, что я засмеялась и ответила:
-- Ну что ж, раз твоя учительница считает, что ты молодец – значит так и есть! Так что, молодой человек, позвольте пригласить вас в кондитерскую!
Ирвин восторженно пискнул и тут же уточнил:
-- Прямо сейчас идем?
-- Ну, нет. Сперва ты пойдешь и переоденешься.
-- В матросский костюм?! – почему-то шепотом уточнил брат.
-- Именно в него, Ирвин.
Он убежал, громко топая по лестнице, а я спросила у соседки:
-- Госпожа Ханна, как вы думаете, где лучше посмотреть хорошую детскую коляску?
-- Зови уж меня тетушка Ханна. А то ты все – госпожа да госпожа…
Я улыбнулась и согласно кивнула – за это время она и правда стала в семье кем-то вроде тетушки. Пожилой, справедливой и мудрой, и довольно родной.
-- Так что скажете насчет коляски, тетушка Ханна?
-- Не понимаю я этих глупостей! Всю жизнь бонны детей на руках носили. Зачем нужны эти ужасные коляски?
-- Вообще-то, Джейд уже год, она пухленькая. Конечно, Лия может носить малышку на руках, но ей тяжело. Что это за прогулка для ребенка, если ее на руках таскают?
-- Напридумывают всяких глупостей, лишь бы деньги выманить, – несколько ворчливо ответила Ханна. – Впрочем – тебе виднее. Только смотри, прислугу не разбалуй.
-- Не разбалую, – улыбнулась я.
-- Тогда поищи магазин в районе Дворцовой площади. Я там давненько не бывала, но всякие новые и дорогие вещи всегда возле площади появляются. А все равно… как по мне – так чистое баловство…
Ирвин вернулся не просто одетый в матросский костюмчик и свежие белые чулки к нему. Он еще и старательно расчесал волосы, обильно смочив их водой. Пробор у него получился изрядно кривым, а голова – почти мокрой, с водой он явно переборщил. Выглядел он кошмарно!
Почему-то пробор он сделал не сбоку, а по центру и прилизанные влажные пряди делали его похожим на карикатурного приказчика из какого-нибудь фильма о дореволюционной России. Смех я сдержала с большим трудом, но не оценить его старания не могла!
-- Какой ты молодец! Только я бы чуть-чуть поправила волосы. Пойдем со мной, мне тоже нужно поменять одежду и за одно я тебя расчешу.
Это была совершенно восхитительная и немножко ленивая прогулка! Теплый безветренный день, еще нет сильной жары, зато все вокруг зеленеет и цветет. И горшки с геранями на окнах домов, и яркие солнечные одуванчики на газонах, и роскошные клумбы, что стали попадаться ближе к центру города.
Мы медленно дошли с Ирвином до хорошей кондитерской, брат, который ни разу не был в таких местах, даже притих от великолепия витрины. Он долго любовался на очаровательные пирожные, каждое из которых лежало на кружевной бумажной салфеточке и очень долго не мог выбрать, на чем же остановиться. В конце концов Ирвин соблазнился фруктовой корзинкой с первой клубникой и взбитыми сливками, а я выбрала эклер. Горячий шоколад привел его в полный и окончательный восторг, а я поняла одну простую вещь: за столом мой ребенок не умеет вести себя правильно.
Коробку с пирожными для домашних Ирвин мне нести не доверил. Этот груз он предпочел охранять сам.
Мы взяли извозчика и доехали до Дворцовой площади, немного побродили, любуясь витринами, а потом долго и тщательно выбирали коляску для Джейд. А к коляске – еще и вышитые подушечки с очаровательным кружевным пледом. Все это время брат неусыпно наблюдал, чтобы никто не притрагивался к его сокровищу и на любезное предложение продавца – поставить на время коробку с пирожными на прилавок, ответил категорическим отказом. Ирвин сам продиктовал адрес, чтобы всё доставили сегодня к вечеру.
На обратном пути я выбрала лавочку попроще, где и приобрела несколько комплектов мельхиоровых столовых приборов. Столовое серебро нам пока не по карману, а учиться аккуратно есть нужно уже сейчас. Ирвин с недоумением покосился на ножи и вилки, лежащие в плоской коробке и почти как раньше проворчал: