Бывшие. Первая жена (СИ)

— Привет, — чувствую себя неважно, а вот он отлично выглядит. — Что-нибудь узнал?
Это я отсыпалась, а его люди пахали, как кони.
— Более чем, — Ян привстает, поправляя под пиджаком кобуру и бросает водителю. — Поехали!
Замечаю на переднем сиденье роскошный букет. Темно-красные, как кровь, роз. Рядом скромный белый цветок — мой, отдать дань приличиям на похоронах? А ведь Роман был прав… Розы живые, но как будто пластиковые. Ничем не пахнут.
— После инцидента, из-за которого Дубнин потерял пальцы, он ушел из профессии. Переучился на другую специальность. Угадай, на какую.
— Программист?
— Умница! — Ян веселится, хотя ничего смешного не вижу.
Мне не по себе.
— Недолго работал на западные компании, затем на себя. Исчез с поля зрения почти на десять лет и всплыл уже состоятельным человеком. Где-то в этот промежуток он связался с теми, кто надоумил его, как можно зарабатывать. Обналичками, услугами по отмыванию денег. Начинают всегда с малого. В какой-то момент он перешел на вещи посерьезнее. Начал устранять людей, присваивая их деньги. Думаю, это произошло лет пять-шесть назад. Он очень умен и осторожен.
— Были еще жертвы?
— Я нашел трех. Уверен, были еще. За время существования отдела в фирме Корнилова, погибли три клиента. По одному в год…
— Первого я знаю. А остальные?
— Тоже некрупная рыба. Не моего уровня, хотя состоятельные люди. Несчастный случай с ДТП и случайное утопление.
Вспоминаю, как меня выталкивают под машину Яна.
Выходит не только меня. И даже не старую сводницу Альбину Борисовну. Это их отработанный способ!
— Ты была права. Отдел открывали под меня. Думаю, если бы им удалось осуществить задуманное, его бы закрыли быстрее. Я слишком заметная фигура.
— Для чего ему отпечатки?
— Я думаю, они заключали договоры и сами сдавали отпечаток в качестве подписи. Какое-то время Дубнин пользовался ими, чтобы перевести средства себе. Затем от них избавлялись. Я в то время тоже ими пользовался.
— Ты исчезаешь, от твоего лица заключают сделки или получают доступ к счетам. Или берут кредит. Это ведь один из способов подтвердить личность. Отличная месть…
— Мы выяснили не все. Например, неизвестно, как он дошел до этой идеи. Но пока вырисовывается такая картина.
— Что будешь делать? — смотрю на бывшего. — Его нужно сдать полиции, Ян.
Он молчит.
Ему не нравится предложение.
— Понимаешь, я не знаю, где он. Я могу все это рассказать, но гарантий, что ему помешают выехать из страны и задержат, нет. Слишком он скользкий.
— Только не говори, что ты что-то придумал! Ты тоже не сможешь помешать ему уехать.
Ну, конечно, для Яна Горского слишком мелочно просто сдать полиции врага такого масштаба и ждать развязки. Он хочет реванша лично.
— Давай потом. Подъезжаем.
Наш «бмв» въезжает в мрачные кладбищенские ворота. Катафалк уже там.
— Ненавижу похороны…
Процессия медленно движется к козырному месту на главной аллее. Ян был ее мужем, так что потратился на дорогой участок. Но думаю, Злата бы предпочла Бали, сережки и шубу из соболя.
Съемочная группа на месте, как Ян и предполагал, снимают, как мы подъезжаем. За нами еще пять машин, две из которых — наша охрана. Несколько подруг Златы с мужьями и в последнем авто — мать и бабушка. Не знаю, сколько ей было, но она умерла молодой. А это всегда грустно.
— Лучше останусь в машине, — бормочу я, глядя, как охрана под руки ведет рыдающую бабушку к месту у гроба. — Я твоя первая жена, мы не можем появиться вместе на глазах у родных. Это цинично.
— Не глупи, — Ян застегивает пиджак, готовясь выйти.
— Хотя бы выйдем по отдельности.
Мать Златы холодно смотрит на нашу машину. Знает, кто должен из нее появиться.
— Я пошел, — Ян забирает роскошных букет темно-красных роз и выходит из машины.
Остаюсь еще на минутку.
Пусть отвлекутся, незаметно выскользну и сделаю вид, что якобы подруга. Издали девушка в белом гробу выглядит юной и прекрасной, как спящая красавица. Черт.
Сглатываю ком в горле.
На ее месте должна была быть я. Точно также, как Ян должен был быть на месте того бизнесмена. За нас умерли другие люди. Если бы Роман не вмешался, со мной так бы и случилось.
  
Ян приближается к теще и обнимает ее. Затем поворачивается к гробу и кладет букет жене на живот… Это ведь его семья. Официальная. Он не любил их, отстраненный и холодный, даже во время соболезнований, но… Это они его семья, а не я.
Ян наклоняется, прощаясь с женой.
Следом подходит мать — вся в черном, но лицо застывшее и надменное. Кажется, искренне по ней убивается одна бабушка. У матери расчетливый взгляд. Думаю, Ян хорошо заплатил за эту потерю. Но она явно жалеет, что потеряла богатого зятя.
Выхожу, когда ко мне все поворачиваются спиной. В руках только одна белая роза. К гробу подхожу последней, кладу цветок и на миг смотрю в лицо покойной.
У нее отличный грим.
Волосы уложены идеально — как и при жизни. Мне не по себе, потому что мы похожи. Она как фарфоровая куколка лежит с закрытыми глазами, сложив на животе руки. Вся в цветах и в слезах.
Я не могу отделаться от мысли, что это мой гроб, мои похороны и мои цветы.
Снова сглатываю боль в горле и не получается. Замечаю, что Ян пристально наблюдает за мной.
— Вам плохо? — охранник берет меня под руку. — Помочь отойти?
— Нет, — спотыкаясь, отхожу сама.
Господи, как же это тягостно…
Я ее почти не знала. При каждой встрече она говорила гадости, но так паршиво на душе.
— Говорят, из-за криминальной смерти похороны задержали, — слышу шепот сзади. — Злата в криминальном морге лежала…
Подружка сзади болтает по телефону.
Приходит смска, и я с облегчением переключаюсь.
Сестра?
«Вера, ты снимаешь квартиру дальше? Просрочила оплату, соседи говорят больше не живешь. Если съезжаешь, завези ключи и забери вещи, или я их выставлю. Завтра квартиру смотрят клиенты! Ты приедешь?»
Как вовремя… Квартирная хозяйка.
«Через пару часов устроит?»
«Жду на квартире».
Похороны и переезд в один день. Что может быть хуже.
Замечаю еще одну фигуру и забываю про смс. По дороге к могиле медленно идет Герман, на нем футболка, ветровка с обычными штанами. Часть лица закрыта бинтами, под которым скрыты следы пыток. Ян еще у гроба и не видит его.
Направляюсь к нему:
— Что ты здесь делаешь? — после наших таких личных видео странно обращаться друг к другу на «вы», Герман бледный, весь в поту и видно, что обессилен. — Ты ушел из больницы?
— Мне нужно поговорить с Яном, — он смотрит на гроб, и когда Горский оборачивается, зовет. — Ян!
С недоумением смерив нас взглядом, бывший стремительно приближается.
— Нужно поговорить! — выдыхает Герман, борясь с болью. — О том, что там было.
  
Глава 33
 
— Не хочу, чтобы ты думал, что я сдал тебя… — продолжает телохранитель. — Мне сказали, тебе прислали видео.
— Идем в машину. Видео было, — подтверждает Ян, когда мы устраиваемся в «бмв». — Первые пятнадцать минут. На нем ты молчишь.
Герман выдыхает, обхватив лысую голову.
— Поверь, я тебя не сдал, — замечаю, что у него красные, воспаленные глаза. Не просто уставшие, а какие-то замученные. — Я пришел, чтобы с тобой поговорить. Чтобы ты не считал меня предателям. Я не сказал ничего, что может тебе повредить!
— А что сказал?
Герман делает движение челюстями, словно жует что-то горькое. То, немногое, что он может позволить себе из эмоций.
— Ты не веришь? Я бы не когда не предал тебя. Ты спас мне жизнь — уже второй раз, и я очень тебе благодарен!
Ян смотрит ему в глаза. Но выражение настороженное.
— Ты бы не выдержал сутки. Они свое дело знали.
— Я боялся, тебе прислали другое видео… Но вижу, ты ничего не получал, — вдруг говорит он. — Я не выдержал, но то, что рассказал, к тебе не имело отношения. Я не сказал ничего, что могло повлиять на твою безопасность. Я им лгал, Ян.