Кабзец. Учить, (Не) Убить, влюбить?
О-о… То есть это не просто так?
– Когда-то Феодосия стала первым живым зданием на Земле, и обитала в ней ведьма Ягиня, которую русские племена считали…
– Богиней? – уточнила я.
– А ты не совсем безнадежна, – усмехнулся Тарл.
– В отличие от ваших комплиментов, – парировала я.
– Ну вот и научишь меня светскому общению, – обрадовался он.
– Кхм… После того, как вы вломились ко мне без стука?
– После того, как я еще никому не вломил и не настучал!
Он прямо искрил оптимизмом, который я совершенно не разделяла.
Казалось – комплименты, культурное общение, воспитание – эти слова в одном предложении с Тарлом мог поставить только стендапер.
– Итак. Именно Феодосия нашла этот карман-измерение и переселилась сюда с русичами, способными к магии.
– А тут кикиморы есть? – спросил сын.
– Еще какие! Вот попадет такая к нам, и ка-ак начинает. Вламываемся мы не так, общаемся не так, объясняем плохо. Ну кикимора и кикимора.
Я подбоченилась и встала в позу кастрюли.
– Феодосия, как ты считаешь, что сделать с мужиком, который хамит женщине?
– Ну, если он ворвался к тебе, самое время что-нибудь ему вырвать! – радостно сообщило здание.
– Не-не! Ты повремени! Может это что-то тебе еще пригодится! – картинно поднял руки вверх и попятился Тарл.
– Даже не надейтесь! – выпалила я.
– Да вы о чем? – захохотал фет. – Я, например, о вырывании пальцев или же рук. Они мне нужны показывать вам достопримечательности, а потом учить писать в воздухе заклинания.
– Одного пальца для этого вполне достаточно!
– Не скажите… Вы ведь на компьютере всеми печатаете?
– Слепым методом. Так что глаза…
– Я понял… Но, как же я оценю вашу красоту, в отсутствие глаз… Решать, конечно, вам… Но сразу предупреждаю, что в таком случае придется оценивать сразу руками. Боюсь, мне это понравится больше, чем вам!
– А он наглый! – обратилась я к Феодосии.
– На том и стоит! – усмехнулось здание. – Но ты с ним поосторожней, поосторожней!
– Вот так показываешь и рассказываешь о достопримечательностях, а они тебя в хвост и в гриву… Ай-яй-яй… – притворно обиделся Тарл. – Ну, давайте, пойдем дальше.
Дальше… мы посетили фонтан в виде пикающего мальчика. Нет, правда. Он пикал, как будильник и при каждом звуке выливал изо рта воду.
Причем, всякий раз вода была разного цвета. Зеленая, фиолетовая, красная, но в сам водоемчик фонтана попадала исключительно обычная.
Следующей была скала из магического камня, из которого изготавливали какое-то оружие.
Напоминала она нечто среднее между куском металла и камнем.
От локации к локации мы перемещались при помощи аттиса, который Тарл вызывал все тем же двойным знаком Зорро.
Ецк мы уже наблюдали, пока ехали к Академии.
Природа тут напоминала российскую.
Ну вот разве что магическая скала, да стеклянная река впечатляли.
Последняя, реально, выглядела будто кусок стекла, фигурно уложенный в речное русло. Однако, если пощупать воду, оказывалось, что она вроде обычная. Но Тарл зачерпывал ее рукой с энергией магии, которой обещал научить пользоваться – и получался реальный кусок стекла, причем, тягучего, словно резина.
– Если в течение часа что-то слепить или сделать – форма застынет, – пояснил фет, радуясь моему интересу, словно ребенок – очередному подарку на Новый год. Я даже пощупала субстанцию у него в ладони. Тут она уже ощущалась совсем не водой, а скорее чем-то средним между жидким воском и парафином.
Следующей туристической достопримечательностью оказалась… местная ворожея.
Мы вышли из аттиса прямо к ее дому, и Тарл радостно объявил:
– А это – особняк одной из самых мощных колдуний нашего мира! Заходите, не бойтесь. Если вы сюда попали, бояться уже поздно. А бежать – так и вовсе бессмысленно…
Я хихикнула, Камиль покачал головой, и мы вошли в трехэтажное кирпичное здание с эффектным узором под крышей. Он очень достоверно изображал косичку из костей.
Стоило очутиться в просторном парадном первого этажа, со стенами под необработанное дерево, как послышался звук, похожий на звон бьющегося стекла, затем «Упс» грудным женским голосом и все стихло.
Тарл грозно свел брови на переносице и гаркнул:
– Радамира! Выходи!
– Ты мне прям, как дракону – выходи на бой! – раздалось сверху.
– Мы все слышали! Опять несанкционированное накладывание заклятий в немагическом мире? А? Признавайся!
На брусчатой лестнице, с балясинами в виде кеглей показалась высокая худощавая блондинка с конским хвостом на затылке. Простоватые черты лица ее совершенно не портили, а отсутствие выдающихся форм компенсировалось гордой осанкой и длинными ногами, как говорят – от ушей.
Женщина грациозно спустилась по лестнице, улыбнулась мне и подошла к Тарлу, заглянула ему в глаза и заискивающе произнесла:
– Ну, Тарлик, ну дорогой! Бес попутал… Понимаешь, они у меня с карты сняли процент якобы за перевод на другую кредитку. А я же делала рефинансирование! Условия выполнила! Ту карту закрыла… Все в срок, все, как полагается… И вдруг – бац – сняли процент! Ну это же… чистое… надувательство! Одно дело, когда я надуваю клиентов, как воздушные шарики, и запуливаю в небо, если уж совсем довели… и совершенно другое – Банк! Вдумайся! Ба-анк! Причем, он еще назван в честь этого, главного оборотня… Как там его… Бета, омега… А-а-а… Самый, что ни на есть, альфа! Наши местные альфа-оборотни должны сильно обидеться и даже подать в суд за кражу названия!
– Ну и что стало с недобросовестными работниками Банка на сей раз? – нахмурился фет еще больше.
– Да ровным счетом ничего… Я же добрая… Я – само терпение, понимание… участие… А третье ухо и небольшие рожки лишь придают им элегантности и шарма. Нынче же у малопов в моде всякая дичь. Вот видела я по аттису один показ мод… Ты даже не представляешь… То пакетами обвесятся, то мужики, прости господи, в платье выходят…
– Это у малопов Европы! – возмутился Тарл. – А ты, небось, с Российским банком дело имела?
– Кто знает… Мне уже почти четыре тысячи лет. Память не та… Старость – не радость.
Я заметила, как Камиль округлил глаза – на вид Радамире было лет тридцать пять, ну максимум – сорок, и то с натяжкой.
– Туристы? – уточнила она, быстро меняя тему и переключаясь на нас с сыном. – Из России?
– Ага, – улыбнулся Камиль.
– Вот сразу видно! Натур продукт! А то эти европейцы наедятся всякого генно-фальсифицированного.
– Генно-модицифрованного, вы хотели сказть? – уточнила я.
– А в чем разница? – Радамира вскинула густые брови.
– Ну, в принципе, да… Разница не очень разительна…
– Добро пожаловать, гости дорогие…
Она так засуетилась, что было ясно – Тарл напугал ведьму нехило.
– Смотрите… Я вам сейчас такое-е-е покажу…
И она резво побежала на второй этаж.
Мы тоже быстро поспешили к лестнице, а то эта «старость-не радость» в мгновение скрылась из виду.
Однако до следующего этажа не дошли – два пролета – и мы остановились возле большого зеркала, которое почему-то колебалось.
– Аттис! – представила Радамира. – Первая модель. Можно сказать – пилотная.
Провела рукой, делая знак Ви, затем еще раз наоборот, и вокруг – и… зеркальная гладь пошла всполохами, после чего за ней показался Париж…
– Я, кстати, поняла, почему говорят: «Увидеть Париж и умереть», – хихикнула Радамира. – Я там как пошла по этим Полям Елисея…
– Елисейским? – уточнила я.
– Ну да, наш царевич Елисей явно там побывал, раз в честь него даже улицу назвали. В общем, иду себе, смотрю… и ту-ут… за углом мусор, мусор, крысы, бомжи… Чуть не померла. Хорошо, что я ведьма, и у меня есть пожившая вода.
– Живая? – спросил Камиль.
– Это трактовка малопов…
– Что за малопы? – уточнила я.
– Это холопы по магическому. Как бы те, у кого нет магии, почему они считаются низшим сортом. У нас так давно уже не выражаются, – пояснил Тарл. – Просто Радамира – дама крайне старой закалки.