Бывшие. Верну тебя (СИ)

Меня дико тошнит.
— Снова приступ гастрита? — летит в спину едкое замечание Шиховой. В голосе чистый яд.
Алина забеременела от одного из местных депутатов, но у него семья, взрослые дети и ребенок от «девки на одну ночь» ему не нужен. Жена не простит измену, а он не допустит развод.
Поэтому Шиховой была предложена приличная сумма денег, которую она без зазрения совести взяла. Сделала прерывание и на неделю слетала в отпуск на море. Вернулась оттуда с ровным загаром, без синяков под глазами и с непонятной уверенностью в себе.
  
— Евочка, тебе нужно к врачу, — сочувствующе отзывается уборщица тетя Валя, как только я выхожу из кабинки. Видок, видимо, у меня тот еще.
— Все в порядке, — заверяю обеспокоенную женщину и умываюсь. Руки потряхивает, но я достаточно быстро должна прийти в себя. По крайней мере, все прошлые разы было именно так.
Теперь понимаю, почему Марье было так плохо… Токсикоз оставляет после себя не самое приятное воспоминание о счастливом периоде в жизни женщины.
Привожу себя в порядок и иду прямиком к руководству. В отличие от Алины, у меня есть весомая причина для отказа от навязанного репортажа.
Связываться с лакокрасочным заводом не хочет никто.
— Александр Давидович, зачем вы сказали Алине передать мне материалы по заводу? У меня завал, вы же знаете. Я не могу взять на себя еще и его, — развожу руками и всем своим видом демонстрирую недоумение.
Про спор с Шиховой намеренно умалчиваю.
Я жду, что босс поменяет свое решение, ведь он прекрасно знает, какие материалы у меня сейчас в работе. Передать мне еще одно дело было ошибкой. Алекандр, как никто другой, должен понимать это.
Но он лишь откидывается на кресле, проходится по мне оценивающим липким взглядом и возвращает внимание к монитору.
— Ты всегда можешь передать пару интересных дел Алине, она их докрутит, — предлагает невозможное.
Я никогда ей ничего не отдам!
Мало того, что она вечно меня подставляет, так еще и начала скидывать «неудобные» объекты. А босс ей потакает и закрывает на все выходки глаза.
— Свои репортажи я закончу сама, — заявляю без тени сомнения. — Но и чужих мне не нужно!
— Лакокрасочный завод за тобой, — жестко парирует. — Принимай.
Босс суров, его взгляд тверд и решение не подлежит изменению. Алина очень хорошо его обработала…
— А если я скажу, что беременна? — аккуратно прощупываю почву.
Насколько мне известно, что для женщин в положении запрещено ухудшение или ужесточение условий работы, а еще там отдельно упомянуто про вредные производства. Отправка меня на завод как раз может расцениваться, как одна из причин для жалобы в трудовую инспекцию.
Но пока я об этом промолчу. Может удастся договориться без угроз, уж больно не хочется портить и без того ставшими натянутыми отношения с руководством.
— Если ты беременна, то иди на прерывание. Мне не нужны бабы в декрете и с маленькими детьми, — жестко отрезает. — Они вечно болеют и сидят дома. Никакого толку.
— Вы не имеете права отправлять меня на аборт, — ахаю. Я в полном шоке, не ожидала подобной реакции от него.
Босс поднимает на меня суровый взгляд, его лицо искривляется коварной улыбкой.
— Ева, ты живешь на съемной квартире, у тебя нет ни мужа, ни постоянного партнера. Даже родственников, на которых можешь положиться в случае необходимости, нет. Если уйдешь в декрет, то не сможешь работать. Жить-то на что собралась? — намеренно бьет в самые слабые места. — Неужели ты считаешь, что при таком раскладе у тебя или у твоего ребенка есть шанс на нормальное будущее? Не будь дурой, делай аборт.
— И принимай у Алины материал по заводу? Так? — глотая горькие слова и рвущиеся из груди нелицеприятные фразы, спрашиваю. Как бы мне не хотелось обратного, но Александр прав. Рассчитывать я могу исключительно на себя.
Босс одаривает меня недобрым взглядом и ухмыляется.
— Репортаж с тебя, — режет сурово. В словах ни толики сочувствия и понимания ситуации.
— А если я откажусь? — чтобы унять дрожь, скрещиваю руки на груди.
Босс одаряет меня убийственным взглядом.
— Тогда ты уволена, — произносит сурово. — Забирай вещи и проваливай на все четыре стороны.
— Вы не имеете права меня уволить! — заявляю, едва контролируя рвущийся из груди гнев.
— Ты так уверена? — босс с претензией во взгляде изгибает бровь. — Найти весомый повод для расторжения трудового договора не так сложно, как тебе кажется. При желании я могу вообще тебя уволить по статье. Хочешь? — взгляд босса прожигает насквозь.
Меня бросает в холодный пот.
— Нет, — отвечаю гораздо тише, чем хочется. Голосовые связки не слушаются, и я могу лишь шептать. — Не хочу.
— Выбор за тобой. Либо ты делаешь репортаж по лакокрасочному заводу, либо пиши заявление на увольнение. Решай.
  
Глава 2
 
Ева
 
— Ев, ты чего такая грустная? На тебе нет лица, — рядом со мной на диван присаживается Марья.
Смотрю на подругу и вытираю одинокую слезинку с щеки. Мне обидно, что так все вышло.
— Я уволилась, — озвучиваю свершившийся факт.
Марья тут же меняется в лице. Ее удивлению нет придела.
— Да ладно? Почему? — ахает, пересаживаясь для более лучшего обзора. Не сводит с меня встревоженного взгляда. — Ты же так радовалась новой должности, тебе все нравилось. Что случилось? — сочувственно спрашивает.
Меня недавно повысили. Да…
Но увы и ах. Когда на одну чашу весов ложится карьера, а на другую жизнь маленького человечка, полностью зависящего от тебя, то выбор очевиден. На неопределенное время о карьере придется забыть.
— Не сложилось, — отмахиваюсь максимально небрежно.
Я не хочу пока говорить о своей беременности, не нужно Марье про нее знать. У моей подруги и соседке по квартире своих проблем хватает, не желаю навешивать еще и мои.
Как только Марьюша узнает о том, что я жду ребенка, тут же последует вопрос об его отце, и вот здесь случается самый настоящий затык. Отец моего малыша — брат Марьи, но он никогда не должен узнать о моей беременности.
Коновалов не дурак, ему хватит мозгов вычислить срок и прийти ко мне за ответом. Только вот после нашей ссоры я не желаю видеть его. Он гад!
Петя отказался от меня, а это значит, что и от нашего ребенка тоже. Я не готова опять впускать его в свою жизнь.
— Но ты была на хорошем счету, — Марья, сама того не подозревая, продолжает жать на больное. — Может получится все исправить? — с надеждой смотрит мне в глаза.
Они у нее такие же, как и у Пети… Та же глубина, тот же взгляд…
— Нет. Ничего не изменить. Я безработная! — всхлипываю на последних словах.
Схватив подушку, реву.
Мне до боли обидно, что так все сложилось. Я не ожидала от Александра подобной подставы, надеялась на человечность и профессионализм.
Оказалось, что мой босс думает не той головой, которая на плечах. Вопрос со мной решила Алина, одним махом она убрала соседку по кабинету и главную конкурентку в глазах руководства.
Теперь-то я понимаю, почему она вернулась из отпуска сияющая, как медный таз. Там Алина закрутила роман с Лесниковым и поэтому вела себя так уверенно. Ее даже не остановил ребенок от другого мужика, от которого она только-только избавилась.
Все же Шихова — редкостная тварь.
— Тише, тише, — Марьюша ласково гладит меня по спине, пытается успокоить. Только вот все попытки подруги ни к чему хорошему не приводят, я только сильнее начинаю себя вновь жалеть.
Мой малыш родится без отца, у него буду лишь я, и обеспечивать должна нас обоих. Только вот я все никак не могу придумать способ, чтобы это сделать.
  
Как женщины справляются с подобными испытаниями? Как не сдаются? Как выдерживают?
Как⁈
— Ты обязательно что-то придумаешь, — заверяет подруга. — Ты умная. Хваткая. У тебя светлый ум и отличные аналитические способности, — продолжает. А мне тошно, как никогда.
— Да не возьмут меня никуда! — говорю на эмоциях. Меня кроет.