Академия магии, или Я люблю зельеварение

– Не заберут, не имеют права! Я – личность! Ох, плохо, плохо! Сейчас лопну! – вновь застонал друг, но я уже вбежала в большой холл Академии.
– Где тут лестница на второй этаж? – остановила первого студента, медленно идущего с большой кипой бумаг.
А может, преподавателя? Сейчас столько молоденьких специалистов принимают на работу.
– Справа, – он недоумённо посмотрел на мои руки и побрёл дальше.
– Спасибо! – крикнула я, заворачивая за угол.
– Ой, не тряси! – икнул Цветик, стоило мне побежать по лестнице.
– Терпи. А как по-другому? Подъёмника я тут не вижу.
Как назло, тридцать восьмой кабинет оказался в самом конце коридора. Толкнув попой дверь, я радостно взвизгнула. Удача была на моей стороне. Кабинет оказался не заперт, а также накопитель магии стоял на видном месте, на письменном столе.
– Быстрее! Больше не могу! – застонал Цветик.
– Сейчас, сейчас, – локтем спихнув пыльные бумаги на пол, аккуратно положила друга на стол.
Не дожидаясь, пока я пододвину артефакт поближе, Цветик вытянул тонкие жгутики и вцепился, как в родную, в чёрную палку, на которой крепился штатный артефакт.
– Хорошо, ох, хорошо! – прошептал Цветочек, прижимаясь к чёрной округлости практически всем телом. Ещё немного, и залезет на артефакт с ногами. – Ну, всё, хватит! – через минуту сообщил тот и бодренько так вскочил на ноги.
– Ты молодец, что спас тех парней. Конечно, мне было интересно изготовить зелье, убирающее последствия. И я даже знаю один рец…
– Лора, милая, ты же знаешь, что к тем парнишкам тебя подпустили бы только в исключительном случае? – мой питомец прервал фантазии своей взбалмошной хозяйки, то бишь меня.
– Да, господин Николас еле сдерживал себя. Наверно, сильно задолжал господину Гаспару, что так легко согласился вступиться за меня.
– Я думаю, что Гаспар ректору жизнь спас, приняв на себя удар, последствия которого ты пока безуспешно пытаешься излечить, – мы любили с Цветиком посплетничать и перемыть косточки нашим клиентам.
Подруг у меня нет, поэтому чаи гонять за праздными разговорами было не с кем. А иногда так хотелось с кем-нибудь поделиться своими догадками. Цветик идеально подходил на эту роль. Всегда поддерживал мои идеи, всегда был рад поделиться мыслями и помочь в работе. Золото, а не питомец.
– Пыльно. Как в таком кабинете можно работать? – Цветик вцепился за плотные шторы и с силой дёрнул их на себя.
После этого чихали мы долго.
– Зачем ты это сделал? Если тебя от магии распирает, то лучше уж пыль в ком собери! – прочихавшись и отдышавшись, пожурила Цветика.
– Я не думал, что настолько всё запущенно, – оправдывался он. – А пыль собирать не умею!
– Куда сейчас девать эти шторы? – мы посмотрели на груду ткани, лежащей на полу.
– Госпожа, вам нужна помощь? У вас всё в порядке? – в кабинет заглянула миловидная дама среднего возраста. – Какой ужас! – вошедшая всплеснула руками. – Не понимаю, как они упали? Столько лет держались и верно служили.
– А вы кто? – Цветик быстро подошёл к женщине и протянул лист для рукопожатия.
– Добрый день. Извините, что не представилась. Госпожа Гольдинелла, секретарь господина ректора. Вы так громко чихали, что я взяла на себя смелость заглянуть и проверить всё ли в порядке.
– Как я рада вас видеть, – глубоко вдохнув, вновь зачихала. – Я… я… Зовут…
– Пройдёмте в мой кабинет, там и поговорим, – женщина, сморщившись, похоже, пыль достигла и её носа, быстро вышла за дверь.
– Да, да, идём! – вслед за ней выскочил виновник переполоха.
Кабинет секретаря был на удивление уютным. Два небольших диванчика, чайный столик, три высоких шкафа и письменный стол. Цветик похвалил хозяйку за наличие живых цветов. Он всегда считал их братьями меньшими.
Познакомившись, мы сели пить чай.
– Вы знаете, месяц как идёт учебный процесс, а профессора на освободившееся место никто и не ищет. Как же я была удивлена, что вас приняли на работу, – в глазах секретаря проскользнуло не только удивление, но и заинтересованность. – Вы знаете, что старого профессора студенты не просто не уважали, а игнорировали. Часто прогуливали лекции, и им ничего за это не было. Все оценки бедный старичок ставил автоматом. Он хотел дослужить до пенсии и спокойно уйти на покой.
 
– Возмутительная безалаберность, – Цветик тихонько цедил прозрачную воду, что ему подали в большом бокале. – Мы с Лорочкой такого не потерпим.
– Не потерпим, конечно, – подтвердила я.
– Молодцы! – похвалила секретарь и, встав со стула, тут же выдала мне расписание на завтра, кучу журналов, пропуск в библиотеку и, о чудо, ключи от кабинета. – Если вы заплатите несколько монет, то девушки из прачечной не только постирают шторы и повесят их на место, но и артефактом соберут всю накопившуюся за многие годы – пыль.
– Вот это сама прекрасная новость, госпожа Гольдинелла. Что бы мы без вас делали, – открыв кошелёк, отсчитала нужную сумму.
Зардевшаяся женщина произнесла:
– Скорее всего, вы не заметили. Но справа в вашем кабинете есть дверь, ведущая в подсобку. Там очень много наглядного материала, которым предыдущий профессор не пользовался. Я вижу, вы – энергичная пара, и на ваших уроках будет нескучно. А слева дверь, ведущая в аудиторию, где вам предстоит преподавать.
– Спасибо, госпожа, – Цветик, расчувствовавшись, поцеловал руку секретарю.
Попрощавшись с приятной во всех отношениях женщиной и не заходя в кабинет, я закрыла его. Гольдинелла сказала, что у неё есть запасной ключ, и служанки спокойно попадут вовнутрь.
В библиотеке мы провели часа два, подготавливая литературу для завтрашних вводных лекций.
По расписанию была пара у первых курсов, затем пара у пятого выпускного курса и пара у третьего.
Было страшно. Я никогда не преподавала, хотя приходилось помогать дедушке в подготовке материалов для его лекций.
Справлюсь! Попрощавшись с милым худощавым библиотекарем Леонидом и занеся бумаги в кабинет, быстро направилась в сторону полигона. Поздно, ох, поздно я вспомнила про одежду. Пакета, конечно, уже не было, да и никого уже не было. Скорее всего, бедняги студенты в лазарете. Желания искать ректора, который сегодня на нас с Цветиком очень зол, не возникло.
– Едем домой. Нужно отдохнуть, подготовиться и хорошенько выспаться, – Цветочек притронулся к моей руке.
– Ты прав, пора домой. Уже темнеет.
До дома мы добрались без приключений, а вот возле дверей меня ждал не самый приятный сюрприз.
Мои руки задрожали, и я заплакала.
 
Глава 7. Куда едем?
 
– Мои драгоценные колбочки и мензурки. А-а-а… Магическое увеличительное стекло, – дрожащими руками я медленно подняла тяжёлый с огромной трещиной артефакт, который уже можно просто выкинуть.
– Что тут происходит? – Цветик подошёл к нашим чемоданам.
Дверь моего дома неожиданно распахнулась, и оттуда вышел дородный дядечка, что сдавал нам это жильё за деньги.
– О, явились, голубчики! – рявкнул господин Вахрушкин и кинул в нас перевязанной папкой с бумагами. Цветик легко её поймал, в ней находились мои документы и личные бумаги. – Убирайтесь вон! Не потерплю, чтобы в моём доме жили преступники! – вытащив из кармана помятый вырванный листок из вестника, он бросил его нам под ноги.
– Кто вам позволил портить мои личные вещи? Я заплатила за месяц вперёд, поэтому вы не имеете права выгонять нас! У меня договор! – я с горечью посмотрела на травы, лежащие в пыли.
Некоторые из них ещё можно было отмыть, но некоторые испорчены безвозвратно.
– Где договор? Какой? О чём вы? Предъявите, голубушка, мне бумагу с подписями, – на его лице читалось неподдельное удивление. Пока я, открыв папку, искала договор, хозяин дома продолжил свои издевательские речи: – Вы тут, не спрашивая моего разрешения, свои пожитки разложили, проход к дому загородили, угрожаете мне, деньги вымогаете. Сейчас же убирайтесь, пока я не вызвал охрану! – этот гад пузатый плюнул на землю и захлопнул перед нами дверь.