Самая рыжая в академии драконов

Блайк смотрел на меня как круглую дуру.
– Извини, но я слышала разговор со Стефанией. Не то чтобы я подслушивала, она очень громко говорила, – уверила его, когда он нехорошо прищурился. – По-моему, притвориться, что влюбился в другую, отличное решение твоей проблемы. Я выиграю спор и нормально сдам зачет, а ты заставишь невесту ревновать. Уверена, как только она увидит тебя с девушкой, немедленно решит забрать свое.
  
– Действительно звучит глупо, – наконец высказался он. – И нелогично.
– Ты в курсе, что Стефания сегодня появилась в столовой под руку с парнем с боевого? – уточнила я. – Знаешь, что это значит?
– Что она перебесится и вернется?
– Что она уже не собирается возвращаться, Николас. Если ты сейчас ничего не предпримешь, то останешься без невесты.
Я изложила все доводы, решение оставалось на Блайком. Он смотрел на меня с легкой долей презрения. Высокий, в идеально отглаженной кипенно-белой рубашке. Темные волосы зачесаны на косой пробор. Николас был действительно красивым парнем.
– Понимаю, предложение внезапное, – согласилась я. – Подумай сегодня…
– Нет, – резковато бросил он.
– Нет в смысле «тебе не надо думать» или ты мне отказываешь?
– Меня не интересует твое предложение.
– Вот как. – В первое мгновение после категоричного отказа я растерялась, но быстро взяла себя в руки. – В таком случае удачи на экзаменах, Николас. Надеюсь, ты скоро помиришься с невестой.
И меньше всего я ожидала, что на следующее утро он подсядет ко мне на утренней консультации перед зачетом по взаимодействию стихий. С каменным лицом Блайк раскрыл конспекты, аккуратно и строго вертикально положил перьевую ручку и сухо вымолвил:
– Я согласен.
– В смысле? – не поняла я, увлеченная разглядыванием другого кандидата в фиктивные парни, с которым собиралась поговорить после занятия. Его имя шло в списке под номером пять. Номер четыре оказался давно и безнадежно помолвлен с любимой девушкой, ни на одном хромом драконе не подкатишь.
– Я буду твоим парнем на три дня.
Понятия не имею, что именно его заставило передумать. Вероятно, взвесил все за и против. Возможно, даже записал столбиком в блокноте с дорогущей кожаной обложкой. Но он точно спас меня от катастрофы!
С трудом сдержав улыбку, я протянула ему руку:
– Будем партнерами, Блайк.
Он посмотрел с непередаваемым высокомерием. Понятия не имею, как мне хватило воспитания не закатить глаза.
Вообще, стоило догадаться, что влюбленный из Николаса получится своеобразный. После консультации я на минуту заглянула в деканат, чтобы поточнее узнать о списках предложений от будущих работодателей, а Блайка уже и след простыл. Пришлось воспользоваться служебным положением старосты группы, отыскать номер его связеона в книге контактов и связаться на расстоянии.
Оказалось, что он отправился на тренировку в бассейн, располагавшийся под зданием общежития водных стихийников, и сейчас был способен изображать из себя только пловца. Уверена, плавает Николас не хуже морского тритона. Высокомерие и педантичность не позволят ему делать что-то плохо. И я его прекрасно понимала.
– Во время обеда подсядь ко мне за столик, – попросила без лишних расшаркиваний.
– Договорились, – произнес он и немедленно прервал вызов.
Пока мы с Оливией ждали своей очереди у стойки раздачи, я постоянно проверяла, не зашел ли Николас. В очередной раз обернулась и едва не уткнулась носом в заклепку на коричневой кожаной куртке. Осторожно подняла голову и уставилась в нахальные глаза Рэдвина.
– Привет, – ухмыльнулся он.
Подружка устремила в это чудо драконьей природы восхищенный взгляд. Даррел умел производить впечатление, даже меня при знакомстве провел. Я и не поняла, что у него ветер свистит не только между крыльев, но и между ушей.
– Рэдвин, – представился он.
– Оливия, – отозвалась она и отчеканила свою фамилию едва не по слогам: – Хатченсон.
– Даррел, напоминаю, – нудным голосом начала я, – зачет через два дня. В десять утра. Северный подъемник. А теперь вали в конец очереди!
Не хватало еще, чтобы тетка Берта, полнотелая раздатчица с куцым хвостиком на затылке, заметила нашу теплую компанию. Она и без того ненавидела девушек и вечно кормила как от себя отрывала, а рядом с парнями на что-то достойное в принципе не стоило рассчитывать.
– Разве ты нам с парнями не занимала очередь? – невозмутимо спросил он.
– Чего? – Я поперхнулась, наблюдая, как к нам шустро пристраивается целая толпа оголодавших боевиков. Набежали, точно ушлые горные гномы!
Правда, возмутиться не успела.
– Заказывайте! – сварливо велела тетка Берта.
Стало вообще не до драконов, не до гномов и не до галдящих боевиков. Судьба обеда решалась!
– Будьте добры, куриный бульон с лапшой и яйцом, – попросила я и аккуратно подвинула на подносе мисочку с овощным салатом.
– Бульончик ей… – пробормотала Берта и взялась за торчащую из чана поварешку.
Она что-то размешала и вылила в глубокую тарелку жижу охрового цвета. В конце плюхнулось гладкое, словно обглоданное хиллисами ребро неопознанного животного.
– Тебе гороховый суп! – объявила Берта и со стуком поставила тарелку.
– Гороховый суп! – звонким голосом следом за мной потребовала Оливия.
Похоже, думала, что сейчас ей из чувства противоречия нальют бульон и сунут туда промытой лапши, но хитрость не сработала. Соседка тоже получила порцию горохового супа.
– Чем тебя угостить, солнышко? – ласковым голосом, расплывшись в блаженной улыбке, спросила Берта у Рэдвина.
Мы с подругой одарили драконов презрительными взглядами и отступили к столу у открытого окна. Пообедать на свежем воздухе все равно не удалось бы: все места были заняты компаниями. Как назло, Даррел с приятелями устроился на улице как раз под нашим окном, согнав пугливых первокурсников.
– Приятного аппетита, – пожелал он.
– И тебе, – широко улыбнулась Оливия, но поймала мой недовольный взгляд и сделала вид, что страшно заинтересована содержимым тарелки.
Блайка за обедом ужасно не хватало! Он появился в тот момент, когда компания уже отчалила в сторону острова боевиков. Николас вошел, одетый с иголочки, причесанный волос к волоску, словно был не на тренировке по плаванию, а три часа убил на поход в мужской салон красоты.
Он получил свою порцию еды от растаявшей от его красоты тетушки Берты и с каменным лицом, кажется, доведя до икоты абсолютно всех, подсел к нам.
– Оливия в курсе нашего плана, – тихо проговорила я.
Николас холодно кивнул. В присутствии высокомерного внука архимага, управлявшегося со столовыми приборами так, словно он обедал на королевском приеме, а не в студенческой столовой, Оливия нервничала.
Я начала думать, что мы обречены на провал и ни один вменяемый человек не поверит, что этот потомок ледяной статуи способен внезапно потерять голову от кого-то, кроме своего отражения в зеркале. Внезапно он мягко улыбнулся, прикоснулся к моей руке, привлекая внимание, и переложил со своего подноса красное яблоко.
– Угощайся, Катарина.
– Спасибо? – вопросительно проговорила я, намекнув, что не понимаю причины щедрости.
Оказалось, что на площадке перед столовой появилась Стефания с подружками. Высокая блондинка, обычно носившая строгие юбки-карандаш и элегантные блузки с бантами, была одета в легкомысленное платье в цветочек. Она с интересом смотрела в окно. Стоило нам случайно встретиться глазами, как бывшая невеста Николаса отвернулась и принялась что-то рассказывать приятельницам.
– Полагаю, нам надо почаще появляться вместе вне учебных аудиторий, Катарина, – надменно произнес Николас.
  
– Вообще-то, из вас двоих именно Катти тебя ждала, – не выдержала Оливия.
– Я был занят, – бросив на мою подругу ледяной взгляд, с королевским достоинством ответил он на упрек.
Та не нашлась, чем парировать, я предпочла грызть яблоко. Вдруг Блайк передумает и заберет обратно, а яблоки тетушка Берта выдавала с таким видом, словно в собственном саду единственную яблоню обдирала, чтобы угощать любимчиков. Но в следующее утро, несмотря на шероховатости составленного плана, мы входили полностью готовые зажечь!