Наследник пепла. Книга IX (СИ)
«Что бы это могло быть? — размышлял он. — Может быть, разломы? Может быть, ещё что-то?»
Да, конечно, это могла быть карта полезных ископаемых, ингредиентов для их болотной алхимии, мало ли что это могло быть в кабинете претендента на государственное управление? Мало ли какие интересы могли быть у этой ядовитой твари?
Но при всём том ему не давала покоя фраза Рарогова о том, что начали уничтожать капища.
А кто мог ещё об этом знать? Куда могла стекаться подобная информация, если не в Службу имперской безопасности?
Так или иначе, главы кланов, на территории которых происходило подобное, обязаны были сообщить об этом в Службу безопасности.
Да такое и не замолчишь. Тем более что это преступление не просто против конкретного капища или клана, это преступление против всего образа жизни родовичей.
Именно поэтому он отправился прямиком к Светозарову.
На его взгляд, Светозаров вообще был кремень. Мужик, конечно, хоть и сдал после всех последних пертурбаций, но остался на рабочем месте, причём с горящим взглядом.
Да и формально его никто не снимал с должности главы Службы имперской безопасности. Несмотря ни на что. Да и некому, в сущности, было это сделать. Потому что на данный момент не было правителя.
Да, витал запах двоевластия, но до следующего Совета все старались держаться и делать вид, что ничего этакого не происходит.
По всей империи были объявлены траурные мероприятия. Везде были приспущены имперские флаги. Все газеты и другие информационные издания сообщали новости о произошедшем на Ольхоне, о том, что демонов выбили из империи, и так далее, и тому подобное.
Много писали о цене битвы, об именах героев, о подробностях операции и прочее, прочее, и прочее.
И когда Морозов вошёл в кабинет к самому Светозарову, тот выглядел, конечно, лет на сто постарше себя обычного и привычного всем остальным.
И при этом сам Иосиф Дмитриевич взирал на Морозова с таким удивлением, будто вообще никогда в жизни не ожидал увидеть его у себя на пороге. Скорее всего, ещё и потому, что их последняя встреча проходила в совершенно ином ключе, в резком, напряжённом тоне.
Но сейчас Морозов был готов поступиться некоторыми своими принципами и обратиться к Светозарову за информацией. В конце концов, все они — родовичи, как правильно отмечал Рарогов, и сохранение капищ, сохранение уклада жизни, сохранение всего мира — было их общей целью.
Не смотря на то, что Светозаров, находился в лёгком шоке от прибытия Морозова, всё же пригласил его присесть, а затем спросил:
— И что же вас привело ко мне, Ледобор?
Морозов вдруг понял, что ему ещё нужно собраться с мыслями. В это самое время Светозаров достал одну из папок из ящика, глянул на неё и положил справа от себя. Морозов ясно рассмотрел гриф: «Совершенно секретно».
А потом увидел поднятый на него взгляд.
Затем Иосиф Дмитриевич повёл себя довольно странно: плюнул, махнул рукой — и, уставившись на Морозова, сказал:
— Пока вы собираетесь с мыслями, я вам скажу одну важную вещь. Это, по сути, совершение должностного преступления, но, если бы я был на вашем месте, честно говоря, тоже хотел бы знать, если подобное произошло бы.
Морозов сразу напрягся. Он не привык к такому Светозарову.
— Что случилось-то? — поинтересовался он.
— Видишь ли, — ответил Иосиф Дмитриевич, — у нас нынче на Аляску отправилась следственная группа в связи с пропажей целой делегации.
— Это что за делегация? — не понял Ледобор. — Кто вообще попёрся на Аляску? Кого там уже брат мой потерял?
— В том-то и дело, — выдохнул Светозаров, — что не брат ваш потерял. А сам Хладослав потерялся. Он вместе с частью своей доверенной гвардии в один день ушёл из Алексеевска и больше не вернулся из ледяных пустошей.
Морозов понял, что у него внутри всё холодеет.
— А можем ли мы отправить кого-то вдогонку за вашей группой следователей? — спросил он.
— Если это поможет каким-то образом отыскать вашего брата, — ответил на это Светозаров, — я только за. Вы же сами знаете, что в стихии льда наши люди послабее будут, чем ваши. Тем более что вы, если что, сможете, может быть, родовой техникой какой-нибудь отыскать своего брата. То есть, если вы поможете нам, мы будем только рады.
— Без проблем, — сразу отрезал Ледобор. — Благодарю за информацию. Мы отправим группу. Будем работать совместно.
Иосиф Дмитриевич кивнул и убрал папку обратно в ящик.
— А вы сами-то по какому вопросу? По предстоящему Совету или по части ведомства?
— По части ведомства, — ответил Морозов. — У меня не идёт из головы то, о чём мы разговаривали с Креславом, когда он приезжал ко мне. Про уничтожение капищ. У вас есть такая информация? В конце концов, вы имперская служба безопасности. К кому обращаться с этим вопросом, если не к вам?
Тут Морозов увидел, как правый уголок рта Светозарова опустился. Ему говорили, что у старика, кажется, был инсульт, но он не верил. А сейчас он явно увидел, что это не просто слухи.
Но Иосиф Дмитриевич продолжал держаться. Он развернул карту на столе перед Морозовым.
— На данный момент, — проговорил он, — я знаю больше чем о дюжине уничтоженных капищ. Все они разбросаны по империи, по разным её концам. Но это, не считая ситуации в Горном, где всё обернулось в пользу капища. Но двенадцать капищ уже выпито, — добавил Светозаров и показал отметки на карте, где эти места были обведены кружочками.
И Морозов поймал себя на мысли, что эти кружки подозрительно находятся вблизи от тех мест, которые были обозначены булавками у Ликоморы.
«И вот это ни хера не хорошо, — подумал он. — Если она решила уничтожать капища повсеместно, то кто гарантирует, что она не полезет с мелких капищ на более крупные роды?»
— А на чьих землях уничтожали? — спросил он, сглотнув.
— Пока у мелких родов, — ответил Светозаров. — У самых малочисленных, которые не в состоянии проверить все свои уснувшие капища. — Да, времена такие: роды хиреют, количество магов уменьшается, ну и количество проводников соответственно тоже. Мы сейчас только бросили клич, чтобы все объехали и проверили все свои уснувшие капища. Ты же понимаешь, какое это количество?
— Да, я представляю, — сказал Морозов, кивнув. — Чтобы всем всё объехать нужно время. Пока до каждого доберёшься, но ведь только тогда и можно дать ответ.
— В то же время, — проговорил Светозаров, — у меня на сейчас уже двенадцать донесений, но я очень переживаю, что их станет больше.
Морозов про себя подумал: «А их реально станет больше. Их уже — больше. И с этим надо что-то делать».
Но и сообщать о своей осведомлённости Светозарову он пока тоже не собирался.
— Хорошо, — проговорил он. — Если я что-нибудь узнаю, обязательно скажу. Мы проверим все свои капища до одного. Если вдруг что-то случилось с каким-нибудь я обязательно сообщу.
И выходя из кабинета Светозарова, он думал только об одном. Ликомору надо хотя бы в этом вопросе остановить. Если Болотов пока мальчишка, которым можно крутить налево и направо, то ведьма эта слишком заигралась.
Глава 5
Закончив с Зоричем, я, наконец-то, освободился, чтобы пообщаться с Азой. Она меня уже ждала.
Я видел среди пара над озером её фигуру.
Она делала вид, что немного обижена на меня. Ну, естественно, это всё было притворством. Поэтому, когда я расположился на берегу и позвал её, она обернулась на мой голос и подошла, ступая по водам озера, как будто посуху.
Мне всегда нравилась эта её манера, было в ней что-то эдакое, завораживающее.
— Ого, — сказала она, положив руки мне на плечи и, впервые в жизни, глядя мне в глаза снизу вверх. — А ты изменился. Побывал у Саламандры?
— Да, — ответил я. — Как видишь, она постаралась. Сделала из меня настоящего богатыря.
— Это только слепой бы не заметил, — в её голосе я услышал мурлыкание, которого раньше почти не замечал. — Но вижу я и то, что внутри тебя всё сильно изменилось.