Жестокий трон (ЛП)

Это казалось нереальным, будто сцена из фильма ужасов.
Но это не было вымыслом.
Это было наяву.
Сонг нахмурился.
— Ты в порядке, Моник?
Я коснулась груди.
— Я?
— Да.
— Эммм…
Да, блять, ты бы лучше у Лео спросил, все ли с ним нормально. Это у него, между прочим, палец!!!
Я моргнула.
— Да… я… в порядке.
— Отлично. Пойдем.
Сонг снова зашагал вперед.
  
Я двинулась следом.
Лео тихо усмехнулся и сунул палец себе в карман брюк.
— Это палец Янь.
Я уставилась вперед.
— О-кей.
— Не думал, что он все еще в пиджаке.
Ну… это, конечно, один из способов отреагировать на происходящее…
Меня всю сковал ужас, тело одеревенело, а разум напрочь отказывался принять тот факт, что я только что вытащила из кармана пиджака отрезанный палец его мертвой дочери.
Лео тяжело выдохнул:
— Я его оставил.
Да уж, не поспоришь.
Я вздрогнула.
Он продолжил тем же непринужденным, будничным тоном, будто делился воспоминаниями за чашкой чая:
— Я воспринимаю это как… нечто вроде напоминания о ней, понимаешь?
Нет. Не понимаю.
Он снова усмехнулся себе под нос:
— Сонг предлагал оставить только кольцо, а не сам палец. Но… палец — это часть ее. А кольцо — просто украшение. Оставить ее плоть и кость… ну… так часть ее будет со мной до самой смерти. Это мрачно, но поэтично.
Ну… это тоже точка зрения, конечно.
Я даже не знала, что меня больше сломало, то, что он носил этот палец и я его потрогала, или то, с какой легкостью он все это объяснял. Спокойно. Просто. Будто это самое обычное дело.
Я не могла дышать. Мир вокруг словно накренился.
Не знаю, как у меня вообще получалось идти дальше. Возможно, именно страх заставлял мои ноги двигаться.
— Ты же понимаешь, Моник?
Я открыла рот, но слова застряли в горле.
— Ты бы сделала то же самое, правда? Ради того, кого любила так сильно?
— Я… — Я моргнула.
Сонг бросил взгляд через плечо.
Я сглотнула.
— Я бы, наверное, просто оставила кольцо.
Лео рассмеялся.
Сонг хмыкнул и снова повернул голову вперед:
— Не волнуйся, Моник. После моих наставлений ты, может, и сама начнешь таскать с собой пальцы.
Чего, блять? Наставлений? Нет уж, чувак. Мне не нужно, чтобы ты учил меня, как обращаться с человеческими пальцами.
Но его слова завертелись вокруг меня, как ледяной ветер, тревожные и зловещие.
В небе снова прогремел гром.
Лео ускорил шаг, и у меня не осталось выбора, я поспешила за ним, чувствуя, как жжет мышцы в ногах.
Дворец становился все ближе и ближе.
Наконец мы подошли к служебному входу, и я сразу почувствовала, как в воздухе что-то изменилось.
Там стоял Болин с несколькими мужчинами. Он кивнул нам:
— Добрый вечер, Великий Мастер.
— Спасибо за помощь сегодня, Болин.
Предатель.
Болин театрально поклонился:
— Все для вас, дядя Лео.
У меня пересохло во рту.
Я почти уверена, что Лэй даже не подозревает, что Болин все это время помогал его отцу.
Моему малышу потом тут все расхлебывать. Понимаю, Болин любит Лео, но это просто предательство.
Болин посмотрел на меня и кивнул:
— Добрый вечер, Хозяйка Горы.
Молча, я злобно уставилась на Болина.
Да пошел ты, чувак. Если бы не ты, я бы до сих пор была на барбекю, а потом меня бы хорошенько оттрахали у меня в спальне.
Я отвернулась, не желая уделять этому предателю ни секунды внимания.
Лео это заметил и усмехнулся.
Мы свернули за угол и направились к задней части, туда, где находилась вертолетная площадка.
Лео даже не замедлил шаг.
— Тебе не нравится Болин?
Я оглянулась через плечо.
Болин стоял у входа вместе с охраной Дворца, нахмурившись, провожая нас взглядом.
Я закатила глаза и снова повернулась вперед:
— Он должен быть предан Лэю, а не тебе.
— Это правда.
— Это неправильно.
— Он сделал выбор. И выбрал меня.
— Я понимаю, но ты же не действующий Хозяин Горы.
— Именно, — подмигнул Лео. — Так что ты собираешься с этим делать на следующей неделе?
— Что ты имеешь в виду?
— Когда меня не станет, как ты поступишь с Болином?
Я коснулась груди:
— Я?
— Да, ты. Лэй не дурак. Он прекрасно понимает, что Болин вполне может быть одним из тех, кто мне помогал. Но Болин ему двоюродный брат, он не станет действовать напрямую. — Лео указал на меня. — Так что делать будешь ты?
— Я не знаю.
— Узнаешь. После моих уроков.
От его слов у меня сжалось в животе.
Что именно Лео имел в виду под своими уроками?
Одно только это слово казалось тяжелым, будто в нем таился какой-то мрак, что-то извращенное и пугающее. В голове сразу закрутились варианты, ни один из них не был хорошим, каждый страшнее предыдущего. Я вспомнила изуродованный палец в его кармане и поняла: чему бы он ни собирался меня учить… это навсегда изменит меня.
Я только надеялась, что это не оставит шрамов в сердце или на душе.
На горизонте показалась вертолетная площадка, и на ней, припаркованные в ряд, стояли вертолеты «Четырех Тузов», обтекаемые, синие, сверкающие в лунном свете.
Лопасти пока были неподвижны, но у одного вертолета уже была открыта дверь.
Мы направились прямо к нему.
Сонг подал знак своим людям.
Один из них запрыгнул в кабину и начал включать приборы.
Сразу же лопасти вертолета начали медленно вращаться, набирая скорость с каждой секундой.
Мы с Лео подошли к вертолету следом.
— После вас, Моник, — Лео указал на дверь.
Чувствуя, как почва уходит из-под ног, я поднялась внутрь.
В кабине пахло новой кожей и дорогим мужским парфюмом.
Сонг зашел следом и сел напротив меня.
Лео поднялся последним и устроился прямо рядом.
Сонг взглянул на меня:
— Пристегни ремень.
Я подчинилась, почувствовав, как холодный металл щелкнул у меня на поясе.
Лео лишь усмехнулся, даже не потрудившись пристегнуться. Вместо этого он снова достал палец Янь из кармана и начал вертеть его в руках, будто это был старинный артефакт, а не часть тела его мертвой дочери.
Потом он посмотрел на меня:
— Чья идея была устроить барбекю?
— Бэнкса.
— Значит, я отдам должное тебе, потому что Бэнкс бы не сделал этого, если бы не ты.
Сонг вмешался:
— Как прошло экстренное собрание Синдиката «Алмаз» для «Четырех Тузов»? То, что вел Дима?
— Нас оштрафовали, но без серьезных последствий.
Лео прищурился:
— Ты сказала нас.
— Я теперь часть «Четырех Тузов».
Лео кивнул:
— Это точно.
И даже Сонг улыбнулся, и это была странная улыбка, маленькая и неуверенная, как будто он не был уверен, как выразить эмоцию счастья. Уголки его губ едва заметно приподнялись, а взгляд оставался настороженным.
Лео наблюдал за мной:
— Это было правильно, поставить Эйнштейна на место.
Я опешила.
Я вгляделась в него:
— Ты слышал тот разговор?
— Мы стояли за книжным шкафом, пока вы разговаривали.
Я с трудом подавила страх.
— Всю беседу ты держалась на одном, защищала Лэя и укрепляла власть на Востоке, — Лео указал на меня. — И ни разу не дрогнула в своей верности.
Я застыла. Я знала, если бы я сказала какую-нибудь хуйню… ну… Лео вполне мог бы появиться в той библиотеке и убить нас обоих.
Последний человек поднялся на борт и закрыл за собой дверь вертолета.
Сонг взглянул через плечо:
— Взлетаем.
— Есть, сэр.
Двигатель вертолета начал гудеть.
Лео повернулся к Сонгу:
— Думаю, теперь мы можем отпраздновать. Как считаешь?
Сонг нахмурился, сунул руку во внутренний карман пиджака, вытащил пакет с синей марихуаной и бросил его Лео.
Лео поймал его на лету, а потом посмотрел на меня: